Лиманский котел: «своих бросаем!» или История одного прощания

Из ОРДЛО рассказали одну удивительную и показательную историю. Она настолько проникновенно-показательна, что я не могу нею не поделиться.

Знаете, вот глядя на тех людей, которые позиционируют себя, как «русские», «славяне», представители «русского мира», все время задаешься вопросом, из какого они мира, какой параллельной вселенной, из какого котла ада они попали на эту землю. В какие бы моральные одежды или скрепы, веру или что-то там красивое они себя не одевали, все равно из них лезет что-то дикое, варварское, которое нельзя вписать даже в рамки модели девиантного поведения.

Звери плачут над погибшими сородичами, над друзьями, за хозяевами, а вот представители русского мира — нет.

У тех, кто называет себя русскими, нет ни сострадания, ни жалости, ни… иногда мне кажется, что в них нет никаких чувств, делающих их людьми-человеками. Это пустоты. Физические оболочки с минимум потребности ср*ть-ржать-жрать.  

У россиян есть странная поговорка, долго ее не понимала, пока не увидела войну и отношение русских к своим погибшим: «помер Максим, да и @@@ с ним». Я уже писала об этом.

Безразличие к близким. Дикое, холодное безразличие.

И вот где-то внутри меня тлел уголек надежды, что более эмоционально богатые, эмоционально зрелые донбасяне все же не смогут жить в русском мире.

Ошиблась. Видимо, все же 8-летняя политика выдавливания из оккупированных районов местного населения сделала свое дело, и там, в ОРДЛО, осталось концентрированное нечто, вот эти самые гомо-советикусные пустоты, без морали, принципов, жалости даже к самим себе.

Итак, новости последних дней, порадовали Украину: в Лиманском котле сгорели 208-й и 204-й казачий полк (мобики Ровеньки, Антрацит, Перевальск, Свердловск, Красный Луч), не говоря уже о россиянах.

Котел закрывали классически, умело, стратегически и несколько дней. Паблики и соцсети сепаратиско-коллаборационистского пропагандофронта заливались соловьиным пометом «ситуация под контролем, идет подмога, подмога уже близка, уже громим ВСУ и наступаем».

Вбросы о том, как идет помощь, занимали львиную долю информационной сетки пропагандистов ОРДЛО.

Я поняла, что помощи не будет, котел закрыт и можно смело праздновать освобождение Лимана, так как информационная составляющая была один в один с Балаклеей и Изюмом. Там тоже пропагандисты кормили историями о спешащей к русским помощи.

И вот знаете, в ОРДЛО, которое знало, что это их мобики гибли под Балаклеей, Изюмом, гибнут под Лиманом, не было никакой реакции на это.

Все обсуждения были под новостями, какой новый магазин откроют вместо закрывшегося, где сделать красивые ноготочки, как воспитывать детей…

И потом ОРДЛО утонуло в счастливых слезах «референдум», «вот-вот заживем», в шампанском и праздновании нового путинского пшика.

О том, как ОРДЛО праздновало, и о размахе празднования, я напишу, чтобы не было манипуляций на тему «их заставили под дулом автомата, они жертвы, заложники».

Не жертвы, не заложники. Там реальные люди, в большинстве своем праздновали, пили, танцевали и радовались тому, что «Путин наконец их взял в Россию».

И вот сама история, от которой становится как-то не по себе, и ты начинаешь задавать себе вопросы.

В Ровеньках все рестораны-наливайки были в эти дни забиты представителями женского пола всех возрастов от 14 до 50-ти. Каждый выбирал себе по деньгам. Кто-то пил в крутом генделике, кто-то в пивнушке, кто-то под пивнушкой, но праздник лился рекой: шампанское, водка, коньяк, пиво… все это в ОРДЛО на разлив из бочки, русские традиции.

Праздновали «наконец–то мы в России и заживем, Путин нам даст». Праздновали за деньги и в долг. Пили, плясали, праздновали, целовались, обнимались, обливались шампанским и пивом, пускали салюты…

Слушали выступление Путина в Москве, пили и плакали от счастья «вот-вот заживем».

В это время женщинам звонили. Их телефоны просто разрывались, но на них особо не обращали внимания из-за эмоций и спиртного.

Кто-то не слышал звонок мобильного за громкой музыкой. Кто-то сбрасывал, хотя и видел, кто звонит.  Кто-то поднял трубку, но музыка была громкой, и прокричал «потом перезвоню, у нас праздник». В общем, если кто и отвечал на звонок, то это было пьяное угарное «цьомки-бомки, позвоню, нас Путин взял, мы бухаем».

Женщинам в Ровеньки, Антрацит, Красный луч, Перевальск и Свердловск пытались дозвониться их мужья, бравые казаки, как они себя называли, потомственные и донские, которые варились в Лиманском котле и пытались позвонить женам, матерям и дочерям, чтобы попрощаться.

204-й и 208-й казачий полк «народной милиции ЛНР» — это не только свежеотловленные мобики  из шахтерских городов, но и старые, потертые в боях «спарта» и другие террористические формирования, которые называли себя казаками всевеликого войска донского.

Его остатки сейчас добивают под Лиманом. Те, кто вышел, пытаются прийти в себя в Кременной и Сватово.

И вот эти счастливые пьяные женщины, которые отмечали «победу России и возвращение Донбасса на родину» утром дома или на работе узнали, что им звонили мужья. Звонили, чтобы попрощаться. Мутными от алкоголя глазами читали последние смс «мы в котле, прощай, береги детей, мы не выйдем», «нас бросили, нас кроет арта», «Катя, батю убило», «позаботься о детях, нам пи*да»…

Они понимали, что это с ними прощались их мобилизованные мужья, сыновья, отцы, братья, брошенные полоумным диктатором гибнуть за его призрачные иллюзорные идеи, диктатором, которого скоро распнет своя же собственная страна, и он умрет от страха в нечистотах, испражняясь под себя, диктатором, которому они вчера аплодировали и орали куда-то в экран «умрем за Россию, хочу ребенка от Путина»…

Кидались звонить. Судорожно жали на кнопки вызова.  Большинства телефоны уже не отвечают.  Включали новости, с одной надеждой услышать опровержение или сладкую ложь «под Лиманом войска лнр уничтожили стопятьсот тысяч войск НАТО».

В новостях бравые военные глашатаи в очередной раз оглашали «отрицательный отвод войск на более выгодные позиции».

Чуда не было. В соцсетях тихая паника военкоров «потери под Лиманом колоссальны», «армия ЛНР почти вся уничтожена».

И вот знаете, дальше, дальше моя собеседница была не просто шокирована, она просто говорить не могла от эмоций: «Знаешь, Леночка, а они такие бросают телефоны с раздражением, и говорят между собой, «ой, может и не убили, а может и убили, но мы же теперь в России, выплатят нормальные деньги, да не может быть, чтобы укры поперли, Путин же вчера обещал, может их Россия освободит потом, теперь же Россия за нас воевать будет, ну, и славненько, это ж, этот козел алименты платить не будет этой твари своей, а я, как законная жена, получу выплаты».

Потом среди этих женщин шло обсуждение, куда и как потратят 7 миллионов, ведь все уверены, что мобикам ЛДНР теперь будут в случае гибели выплачивать, как в России, и сегодня вторая пьянка или третья. В общем, все умерли, веселье продолжается!

Я даже не знаю, что сказать: не. лю. ди.

И вот, поверьте, людям, которым не жалко близких, не будет жалко чужих.

Именно поэтому мобики ОРДЛО не дезертируют, в отличие от мобилизованных из России, более жестоки по отношению к украинцам, ведь считают нас виновными в их бедах, в том, что они 8 лет плохо жили и Путин им ничего не дал.

Именно поэтому Путин сделал ставку на мобилизованный ресурс из ОРДЛО, который почти везде шел впереди, и закрывал все трудные участки фронта. 

И вот знаете, как-то в ОРДЛО обсуждалась тема (как по мне — неожиданная и очень важная) – «чем отличается оккупация и мобилизация в ОРДЛО от оккупации и мобилизации в Херсоне, Мариуполе, Запорожье».

Мне понравился ответ одного из участников (что примечательно, на аватарке у него флаг «Новороссии». Он написал настолько честную и гениальную фразу, насколько смог: «просто здесь у нас русские без страха раздают оружие всем желающим, а в Херсоне и Запорожье русские бояться ночью на улицу выходить, даже не раздавая оружия».

Никто из мобилизованных ОРДЛО не протестовал против мобилизации. Прятались, да. Но не протестовали, не пытались повернуть оружие против оккупантов. На фронте молча шли на убой, несмотря на то, что видели разницу, как одеты, вооружены русские и как они, мобики.

Абсолютно согласное со всем существо, даже не имеющее сострадания и первичных базовых настроек – выжить.

В момент кипения Лиманского котла (почему-то рука тянется написать Лутугинского, видимо подсознание уже готово к деоккупации родных земель) Путин проводил шабаш в Москве, и сотни и тысячи таких же женщин России пели, пили и плясали тогда, как их мужья превращались в удобрения.

В момент начала празднования и проведения концертов, в Донецке, Луганске и Москве знали о том, что в Лимане погибнет более 5,5 тысяч российских военнослужащих и около 2000 мобилизованных из ОРДЛО. Это самый большой котел за все восемь лет войны.

Но, сколько бы русских и лугандонцев не погибло в этой войне, их родные не будут плакать за ними, единственное, что их подстегивает, выплати, льготы, пенсии по потере кормильца. Смерть мужчин в Росии и в ОРДЛО стала выгодным вложением в будущее женщин. Даже дикие варварские племена оплакивали мертвых.

Более того, если на начало войны 2014-й год и на начало второго этапа войны 2022-й год, в ОРДЛО погибших хоронили с почестями, сейчас их просто отдают семьям и все. Хороните, как хотите.

Их погибших мужчин не выходят встречать селами, поселками и городами. Всем там все равно. Даже завидуют родне, ох, получат выплаты, пенсии, заживут.

Их мужчины просто перемалываются в войне, не оплакиваемые, без жалости, без сострадания.

Женщины ОРДЛО пьют в ресторанах, женщины ОРДЛО славят Путина, женщины ОРДЛО радуются, когда из России в ОРДЛО завозят башкир или дагестанцев и шутят о себе «все города ЛНР можно называть Иваново, у нас на 10 женщин 1 мужчина и тот без ноги».

Зачем это все? Они не знают. И даже не хотят знать. Путин же не просто так все начал, Путин же все продумал и решил, за родину нужно умереть. Не жить, нет, а именно умереть. И их мужчины умирают не во имя жизни и будущего их детей, а во имя их будущей смерти. А женщины ОРДЛО и России будут пить, танцевать и весело смеяться, ведь Путин обещал, ведь заплатят и можно пожить. А мужики? — так еще подвезут, не в мужиках счастья, а в оплате за них.

То, что называет себя «русским» и «русским миром», изначально запрограммировано на смерть. И это хорошо. Значит, мы победим, поскольку мы, украинцы, любим жизнь!

Автор: Елена Степовая, «Информационное сопротивление».

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *