Исследование путинских репрессий


Россиян часто критикуют за то, что они не сопротивляются режиму. Но на деле число осужденных по политическим статьям только в последний президентский срок Владимира Путина превысило показатели СССР времен Никиты Хрущева и Леонида Брежнева. Прямым репрессиям в России за последние шесть лет подверглись около 116 тыс. человек. И это лишь вершина айсберга: если учесть тех, кого наказывают за неповиновение силовикам и нарушение ковидных ограничений, реальные масштабы репрессий могут быть в разы больше.

Что и как мы считали

Для анализа мы машинным методом собрали на сайтах российских судов общей юрисдикции, Мосгорсуда и военных судов информацию о поступивших на рассмотрение уголовных делах и делах об административных правонарушениях с 2018 по 2023 год по следующим статьям.

Статьи Уголовного кодекса (УК):

Из Уголовного кодекса (УК) – статьи раздела 

«Преступления против государственной власти», непосредственно не связанные с применением насилия 

(Почему мы считаем ненасильственными статьи, в названиях которых есть слова «диверсия» и «экстремизм»? В УК есть несколько статей, квалифицирующих деяния, связанные с диверсией, экстремизмом и терроризмом. Мы выбрали только те из них, в которых идет речь о разных видах ненасильственного соучастия. Людей, которые совершили непосредственно само террористическое или диверсионное преступление, судят по другим, более суровым статьям, не вошедшим в наш анализ).

● – Введены после 24 февраля 2022

275 Госизмена

275.1 Тайное сотрудничество с иностранной организацией или страной ●  

276 Шпионаж

280 Публичные призывы к экстремизму

280.2 Нарушение территориальной целостности РФ

280.3 Дискредитация вооруженных сил

280.4 Публичные призывы к деятельности против безопасности государства ●  

281.1 Содействие диверсионной деятельности ●  

281.2 Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности ●  

281.3 Организация диверсионного сообщества и участие в нем

282 Возбуждение ненависти либо вражды,а равно унижение человеческого достоинства ●  

282.1 Организация экстремистского сообщества

282.2 Организация деятельности экстремистской организации ● 

282.3 Финансирование экстремистской деятельности

282.4 Неоднократные пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики ● 

283 Разглашение государственной тайны

283.1 Незаконное получение сведений, составляющих государственную тайну

283.2 Запрет на выезд обладателю гостайны ● 

284.1 Осуществление деятельности иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации ее деятельности

284.2 Призывы к введению санкций ● 

284.3 Оказание содействия в исполнении решений международных организаций, в которых Российская Федерация не участвует, или иностранных государственных органов

285.5 Нарушение должностным лицом условий госконтракта по гособоронзаказу ● 

285.6 Отказ от заключения госконтракта по гособоронзаказу ● 

285.6 Отказ или уклонение должностного лица, подвергнутого административному наказанию, от заключения государственного контракта по государственному оборонному заказу

К статьям из раздела «Преступления против государственной власти» мы добавили статьи из других разделов:

148 Оскорбление чувств верующих

207.3 Распространение фейков об армии и органах власти РФ

205.2 Призывы и оправдание терроризма – попала в список репрессивных из-за количества политических дел, возбужденных по ней

212 Массовые беспорядки

212.1 Неоднократное нарушение порядка организации собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования

330.1 Уклонение от исполнения обязанностей, предусмотренных законодательством Российской Федерации об иностранных агентах

354.1 Реабилитация нацизма

Статьи Кодекса об административных правонарушениях (КоАП):

Для анализа административных наказаний мы отобрали статьи КоАП, связанные с основными свободами – свободой слова, совести, собраний:

5.26 Нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях, по ней судят тех, кто распространяет информацию о своей религии вне храмов и в Интернете

6.17 Нарушение законодательства о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию. По ней, к примеру, судят предпринимателей за торговлю носками с нецензурными надписями, карамелью с названием Zombie,создание детских квест-комнат. Суд оштрафовал даже МЧС за объявление в транспорте о том, что в пожарах гибнут в день

6.21 Пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений и предпочтений, смены пола

6.21.2 Распространение среди несовершеннолетних информации, демонстрирующей нетрадиционные сексуальные отношения или способной вызвать желание сменить пол

6.26 Организация публичного исполнения произведения литературы, искусства или народного творчества, содержащего нецензурную брань

13.15 Злоупотребление свободой массовой информации, по ней судят как СМИ, так и блогеров – в основном за отсутствие маркировки на фамилиях иноагентов, названиях нежелательных или экстремистских организаций

13.48 Нарушение установленного федеральным законом запрета публичного отождествления целей, решений и действий руководства СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии

19.34 Нарушение порядка деятельности иностранного агента

19.34.1 Нарушение порядка деятельности иностранного СМИ, выполняющего функции иностранного агента (утратила силу в декабре 2022 года)

19.34.2 Участие в деятельности на территории РФ иностранной или международной некоммерческой неправительственной организации, сведения о которой отсутствуют в реестре

20.1 Мелкое хулиганство и, в частности, части 3-5, по которым наказывают за оскорбление власти и неуважение, высказанное в Интернете

20.2 Нарушение установленного порядка организации и проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования

20.2.2 Организация массового одновременного пребывания и передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка, по ней судят оппозиционеров, участвующих в митингах и пикетах

20.2.3 Невыполнение обязанностей по информированию граждан, органа власти субъекта РФ или органа местного самоуправления о принятии организатором решения об отказе от проведения публичного мероприятия, массово применяется в регионах как наказание за неправильное следование сложному и запутанному алгоритму согласования митингов

20.3 Пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики, или символики экстремистских организаций

20.3.1 Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства, часто используется против тех, кто высказывает недовольство действиями власти, их высказывания квалифицируют как возбуждение ненависти к социальной группе чиновники, военнослужащие, казачество и другим

20.3.2 Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ

20.3.3 Публичные действия, направленные на дискредитацию использования вооруженных сил РФ

20.3.4 Призывы к введению мер ограничительного характера в отношении РФ, граждан РФ или российских юридических лиц (статья за призывы к санкциям против России

20.28 Организация деятельности общественного или религиозного объединения, в отношении которого принято решение о приостановлении его деятельности

20.29 Производство и распространение экстремистских материалов, по этой статье судят тех, кто размещает или репостит в соцсетях картинки, книги, песни или видеоролики, внесенные в список экстремистских материалов

20.33 Участие в деятельности иностранной или международной неправительственной организации, в отношении которой принято решение о признании нежелательной ее деятельности на территории РФ.

Другие статьи

Также мы исследовали репрессии, связанные с войной, среди военных и гражданского населения прифронтовых регионов. Для этого мы проанализировали дела по следующим статьям:

332 Неисполнение приказа

337 Самовольное оставление части или места службы

338 Дезертирство

339 Уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами

352.1 Добровольная сдача в плен

356.1 Мародерство

Отдельно были проанализированы статьи, по которым судят за преступления против силовиков – ст. 318 УК «применение насилия» и ст. 319 УК «оскорбление» и ст. 19.3 КоАП «неповиновение законным требованиям представителя власти». А также статьи, по которым судят за нарушение карантинных правил, введенных в связи с эпидемией коронавируса:ст. 6.3 КоАП «Нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения» и ст. 20.6.1 КоАП «Невыполнение правил поведения при чрезвычайной ситуации или угрозе ее возникновения»

Однако наши подсчеты не исчерпывающие, и вот почему:

1. Серверы российских судов, разбросанных по всей стране, работают нестабильно, и данные не всегда удается собрать в полном объеме.

2. Часть анализируемых нами уголовных и административных составов – например, по ст. 319 УК «оскорбление представителя власти», по ст. 6.21.2 КоАП «пропаганда ЛГБТ», а также часть «иноагентских» статей административного и уголовного кодексов – рассматриваются в мировых судах, которые в наш анализ не входили.

3. Информация по части уголовных дел вообще не публикуется, особенно это касается государственной измены и статей, связанных с терроризмом и экстремизмом.

Некоторых россиян осудили за антивоенную или оппозиционную позицию по статьям, которые принято считать бытовыми, например, за хулиганство (ст. 213 УК РФ) или вандализм (ст. 214 УК РФ), в которых, впрочем, есть части, определяющие более жесткое наказание, если преступление совершено «по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти». Чтобы отобрать из всех дел по «хулиганству» и «вандализму» те, что связаны с войной и оппозицией, мы провели анализ приговоров по ключевым словам. После еще раз перечитали отобранные приговоры – и нашли как минимум 20 случаев, когда людей судили по политическим мотивам. Они включены в нашу статистику.

Другие статьи, хотя бы раз применявшиеся в качестве репрессивных, в наш анализ в итоге не вошли – из-за того, что приговоры по делам на сайтах судов не публикуются и невозможно даже примерно представить как часто эти статьи использовались, чтобы покарать несогласных. Яркий пример – статья о недоносительстве (ст. 205.6), которую как минимум дважды использовали для наказания за посты о войне. Из одного из немногих опубликованных по ней приговоров известно, что житель села Жиганск на севере Якутии Вениамин Бобухов был администратором небольшого телеграм-канала с аудиторией около ста человек. В марте 2022 года в канале появилась серия постов о подготовке российских военнопленных к боевым действиям на стороне ВСУ в составе «легиона Свобода России». Появление этих постов в телеграм-канале Бобухова могло привести к реальному сроку – к этому времени в России вовсю сажали людей за «дискредитацию армии» и «распространение фейков об армии». Но подсудимый отделался лишь штрафом в 20 тыс. руб. Суд посчитал, что посты публиковал кто-то другой, а Бобухов виноват лишь в том, что не сообщил об их появлении в полицию или ФСБ. Возможно, столь мягкий приговор связан с тем, что ранее Бобухов работал в суде родного села специалистом по информатизации.

Дела, где в дополнение к экстремизму есть преступные, но ненасильственные деяния – хранение оружия, наркотиков, распространение порнографии, мошенничество, вымогательство, порча имущества и другие, – мы не стали исключать из анализа. Во-первых, потому что известны случаи, когда «политических» обвиняли во всем вышеперечисленном. Во-вторых, экстремистские и террористические статьи в деле значительно «утяжеляют» доказательства – из-за чего правосудие и превращается в репрессии. Простой пример: если человек оставляет личную оскорбительную надпись на чужой машине – это преступление. Его могут осудить за умышленную порчу имущества – и такое наказание будет справедливым. Но если он напишет «Нет войне!», его деяние в современной России может попасть под статью «распространение фейков об армии», а это уже реальный срок и факт репрессий.

По тем же соображениям мы оставили в выборке дела, в которых речь идет о приготовлении к преступлению или соучастии, поскольку из-за цензуры дел мы не можем доподлинно узнать, в чем эти приготовления и соучастие заключались.

Более полное число репрессированных до и после 24 февраля 2022 можно будет узнать позже и лишь из архивов силовиков, наш анализ – лишь попытка представить их примерное число и сравнить с репрессиями на других отрезках отечественной истории.

Вывод первый

Хуже, чем при Брежневе

За шесть лет последнего путинского срока по репрессивным уголовным статьям судили более 10 тыс. человек, по административным – более 105 тыс. человек

– Учитывая его [Путина] мощнейший авторитет, это стабилизирующий фактор для нашего общества, для развития страны, для проведения преобразований, это гарантия устойчивости, как внутри страны, так и по ее внешнему контуру.

Этими словами 83-летняя Валентина Терешкова, летавшая в космос еще при Никите Хрущеве, с трибуны российского парламента оправдывала обнуление президентских сроков, которое позволило Владимиру Путину править Россией едва ли не пожизненно. На самом деле «устойчивость внутри страны», о которой говорила космонавтка, достигалась не авторитетом президента. «Стабилизирующим фактором» стали репрессии, по сути идентичные тем, что практиковались во времена космического полета Терешковой. Правда, в те времена государство не скрывало своих мотивов и судило всех инакомыслящих по специальным, «политическим» статьям.

В уголовном кодексе РСФСР от 1926 года первой содержательной была глава «Государственные преступления», которая состояла из разных вариаций печально известной 58-й статьи. В ее подпунктах уместились все преступления, по которым репрессировали миллионы советских граждан – от измены родине до антисоветской пропаганды и агитации. Кодекс существенно изменился при Хрущеве – главной политической стала ст. 70 «Антисоветская агитация и пропаганда», позже добавилась ст. 190 «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй» (84,5% репрессированных с 1956 по 1960 год были осуждены по статье за «антисоветскую агитацию и пропаганду», приводятся данные в статье историка, руководителя центра изучения и публикации документов госархива РФ Владимира Козлова «Крамола: инакомыслие в СССР при Хрущеве и Брежневе. 1953−1982 годы»). В 1991 году осужденных по ним признали жертвами политических репрессий и реабилитировали.

В современной России все намного сложнее – политических статей для несогласных как будто нет. Реальные мотивы государства могут быть скрыты за самыми разными составами: от экономических (Алексея Навального в первый раз судили именно по экономической статье) до бытовых вроде хулиганства или вандализма. Тем не менее, аналогами советских репрессивных статей сегодня называют статьи «экстремистские». Экстремизм – это сложное и не описанное четко в законе понятие, под которое при желании можно подвести любое не понравившееся властям действие или высказывание. Кроме этого признаки современной «антисоветчины» можно увидеть в других статьях – в первую очередь, об оправдании терроризма (ст. 205.2), а также о дискредитации армии (ст. 280.3), о призывах к санкциям (ст. 284.2) и фейках (ст. 207.3).

Мы проанализировали все вышеперечисленные статьи (ст. 205.2, 207.3, 280, 280.3, 282, 282.1, 282.2, 282.3, 282.4, 284.2) и выяснили, что по ним в 2018—2023 гг. в российские суды поступило как минимум 4667 дел. Обвиняемыми по этим делам прошли 5613 человек. Часть уже осуждены, часть – ждут своей участи. Но вряд ли последним удастся избежать обвинительного приговора, ведь число оправданий в России много меньше 1%.

Такое число обвиняемых и осужденных по репрессивным статьям – это больше, чем осужденных за антисоветчину в аналогичный шестилетний период при Никите Хрущеве. И в разы больше, чем судили за преступления против советской власти в брежневские времена.

Но в реальности жертв современных репрессий может быть намного больше, ведь путинская власть, как и советская, использует в своих целях широкий спектр статей – госизмену, шпионаж, сотрудничество с иностранными организациями, разглашение гостайны, участие в диверсионном сообществе и другие (см. методологию). Кстати, часть этих статей в современной России используют чаще, чем в брежневском СССР. Правда, сейчас осужденных по ним хотя бы не расстреливают.

C началом войны репрессии начались и в армии против тех, кто отказывается воевать в Украине. Наказание за неисполнение приказа, побег из части или симуляцию болезни в 2022 году сильно ужесточили. С учетом вышеупомянутых статей получается, что за последний путинский срок репрессиям подверглись более 10 тыс. человек – в суды поступило 10187 уголовных дел, по которым прошли 11442 обвиняемых.

По сравнению со страшным террором, который страна пережила с конца 1920-х до начала 1950-х гг., когда жертвами стали миллионы человек, и хрущевские, и брежневские, и путинские времена выглядят травоядными. Но уголовные дела за «антисоветчину» – это лишь малая часть развернутой в послесталинские времена репрессивной системы, основной упор в которой делался на так называемое «профилактирование». Люди, «имевшие подозрительные связи с иностранцами», «вынашивавшие изменческие намерения» или «допускавшие политически вредные проявления», ставились чекистами на специальный учет, им выносились официальные предостережения. Кроме этого с ними работала «общественность»: их слова и поступки обсуждались на собраниях, выносились на товарищеские суды – все это давило на людей, портило им жизнь и карьеру. Такому «профилактированию», по данным КГБ, с 1967 по 1974 годы подверглись более 120 тыс. человек.

Современная российская власть активно использует аналогичные методы. Несогласных, как и при СССР, отчисляют из университетов, увольняют с работы, выдавливают из страны, а тех, кто не хочет уезжать, – вынуждают публично извиняться и клясться в верности власти. Однако подсчитать, сколько человек прошло через такой вид репрессий на практике невозможно: централизованная статистика если и существует, то только негласно, где-нибудь в недрах полицейского центра «Э» или ФСБ.

Что можно посчитать, так это число случаев привлечения граждан к административной ответственности по статьям, связанным со свободой слова, совести и собраний. Мы выяснили, что цифры сопоставимы с числом подвергнутых «профилактированию» в советское время – за шесть лет, с 2018 по 2023 год, в суды поступило более 105 тыс. таких дел, подавляющее большинство которых закончились наказанием – штрафом, арестом или обязательными работами.

Таким образом, общее число репрессированных в России по уголовным и административным статьям за 2018−2023 годы можно оценить примерно в 116 тыс. человек.

Но и это еще не все. В 2021—2022 году резко выросло количество уголовных дел за словесные угрозы в адрес представителя власти (часть состава по ст. 318 УК РФ), а кроме этого росло и количество дел о «неподчинении законным требованиям силовиков» (ст. 19.3 КоАП РФ). Это очень неоднозначные составы преступлений, куда могли попасть как агрессивно настроенные к власти оппозиционеры, так и бытовые дебоширы (их, видимо, большинство). Поэтому мы не включили наказанных по этим статьям людей в общий подсчет. Но важно отметить, что таких очень много – за шесть лет в суды поступило 600 тыс. дел. Так что в нашем исследовании мы уделим этим статьям отдельное внимание.

И еще один состав, который власти могли использовать с репрессивными целями: после отмены ковидных ограничений и даже после того, как ВОЗ объявила об окончании эпидемии COVID-19, суды продолжали штрафовать граждан за несоблюдение карантинных мер. Выяснилось, что с апреля 2022 до конца 2023 года по делам, связанным с коронавирусом, было оштрафовано около 159 тыс. человек. Нередко эти статьи также применялись к оппозиции – за попытки организовать массовые акции протеста.

Все это нельзя объяснить ни демографией, ни уж тем более эпидемиологической обстановкой. Единственное объяснение: помимо широко обсуждаемых репрессий в отношении оппозиционеров и антивоенных активистов в России действует система давления на общество, где граждан сурово наказывают за самые незначительные проступки.

Теперь мы расскажем о разных типах путинских репрессий подробнее.

Вывод второй

«Не болтай!»

С 2018 по 2023 год более 50 тыс. человек подверглись репрессиям за слова

Как уже говорилось выше, в советские времена людей наказывали «за слова» по статьям об антисоветской агитации и пропаганде, а также за «распространение заведомо ложных измышлений». В наше время за неправильные высказывания карают по статьям об экстремизме и оправдании терроризма.

В начале последнего срока Путина главной репрессивной была экстремистская ст. 282 «Возбуждение ненависти либо вражды равно унижение человеческого достоинства». В 2018 году по ней возбудили три четверти от общего количества репрессивных уголовных дел. Но, переизбравшись в президенты, Путин устроил «оттепель» и частично декриминализировал эту статью. Правда, эта декриминализация была неполной – она практически не привела к закрытию ранее возбужденных дел, а аналогичная статья появилась в административном кодексе (ст. 20.3.1 КоАП РФ). И в абсолютном выражении число людей, преследуемых за «разжигание ненависти и вражды», не снизилось, а выросло. За шесть лет уголовные суды по обвинению в разжигании ненависти прошли 948 человек, а оштрафовали по «административке» – 4995. Всего же по административным статьям, предполагающим наказание за высказывания, через суды прошло более 45 тыс. человек за шесть лет.

К 2023 году на лидирующих по части репрессий позициях оказалась другая экстремистская статья УК, и тоже «за слова» – ст. 280 «публичные призывы к экстремистской деятельности».

Это очень закрытая статья – по ней практически не публикуются приговоры. За что судят россиян, известно лишь в единичных случаях, в основном если за процессами следят журналисты и правозащитники. Среди небольшой части опубликованных приговоров есть и дела, в которых подсудимые писали в интернете исламофобские лозунги, выражали в комментариях неприязнь к кавказцам или евреям. Но достоверно узнать, за что на самом деле судили каждого, – невозможно. Например, среди антисемитских высказываний выделяется история о том, как астраханца осудили за комментарий о евреях, в одном из которых упоминался и Путин. В паблике «Наука и техника» под постом о Михаиле Булгакове некий Алексей Мамаев оставил комментарий «Булгаков, хоть и масон. Жыдов на кол! А Путин то же масон» (орфография – авторская). Вполне вероятно, фамилия президента и стала определяющим фактором при возбуждении дела. Называть Путина евреем, видимо, является экстремизмом, с точки зрения российских властей. По крайней мере, в списке экстремистских материалов, которые составляет Минюст и распространение которых уголовно наказуемо, есть видео с заголовком: «Путин публично, на собрании евреев признался в том, что он еврей». Видео с таким заголовком есть в общем доступе на YouTube – это обыкновенный репортаж с визита Путина в Еврейский общинный центр на празднование Хануки в 2000 году.

В последние годы все более важной становится ст. 205.2 «оправдание терроризма». Ее ввели в 2006 году, когда Россия ратифицировала конвенцию Совета Европы о предупреждении терроризма и должна была привести национальное законодательство к европейским нормам. Спустя 15 лет, уже после начала вторжения в Украину, Россию исключили из Совета Европы, но статья в кодексе осталась – и теперь это один из главных репрессивных инструментов режима Путина. За последние шесть лет, с 2018 по 2023 год, по ней судили 1560 человек. И это несмотря на то, что еще в 2018 году Путин заявил о почти полной победе над внутренним терроризмом, а за несколько месяцев до этого приказал вывести войска из Сирии, где Россия формально воевала с терроризмом международным.

Как силовики, особенно ФСБ, используют «террористическую» статью для борьбы с внутренним врагом, ярко иллюстрирует история теракта в Архангельске. 31 ноября 2018-го года 17-летний студент колледжа и анархист Михаил Жлобицкий пронес в здание УФСБ по Архангельской области бомбу и подорвался. Троих сотрудников ФСБ ранило, сам студент погиб на месте.

Незадолго до теракта в чате анархистов в Telegram появилось предположительно предсмертное сообщение Жлобицкого, где он говорит о своих мотивах: «[ФСБ] фабрикует дела и пытает людей». После взрыва по стране прокатилась (и до сих пор катится) волна репрессий против тех, кто реально или лишь по версии ФСБ сочувствовали Жлобицкому. Один из самых известных эпизодов – уголовное дело по ст. 205.2 против журналистки из Пскова Светланы Прокопьевой, возбужденное в феврале 2019-го после ее выступления на «Эхе Москвы» и публикации статьи на сайте «Псковской ленты новостей». По мнению суда, Прокопьева оправдывала действия Жлобицкого, в том числе фразой «ФСБ оборзело», а ее отношение к теракту в Архангельске выражено в «личной негативной установке в отношении правоохранительных органов». В итоге Прокопьеву – возможно, благодаря широкой кампании в ее поддержку – приговорили лишь к штрафу в полмиллиона рублей.

По подсчетам «Проекта», с 2018-го года по всей стране в той или иной форме преследованиям из-за теракта в архангельском ФСБ подверглись 105 человек. Большинство – по уголовным статьям.

Административные дела практически во всех случаях возбуждались против тех, кто выходил на пикеты в поддержку Прокопьевой и других людей, которых судили «за оправдание» поступка Жлобицкого. Обыски и опросы проводились с анархистами и журналистами, которые могли состоять в тех же пабликах, что и Жлобицкий. Репрессии по «делу Жлобицкого» растянулись надолго: в год начала полномасштабного вторжения России в Украину было возбуждено столько же уголовных дел, сколько и сразу после теракта в 2018 году.

Как ФСБ преследует россиян после взрыва в Архангельске
С 2018-го года силовики возбудили как минимум 56 дел об оправдании терроризма, связанных со взрывом в Архангельске, десятки человек подверглись административному преследованию, обыскам, проверкам и другим видам давления со стороны государства. По многим делам еще не вынесены приговоры и ФСБ продолжает их возбуждать спустя годы после теракта.
25 августа 2023
Стало известно о новом деле против математика Азата Мифтахова. Его сокамерники дали показания о том, что Мифтахов оправдывал Жлобицкого во время просмотра телевизора. Один из доносчиков через неделю получил УДО
« из 17 »

С делом Жлобицкого связана и другая особенно громкая репрессивная история последнего времени. Спустя почти пять лет после теракта в Архангельске фигурантом дела об оправдании Жлобицкого стал московский математик Азат Мифтахов. Сначала, еще в 2021 году, его приговорили к шести годам тюрьмы за поджог офиса «Единой России». Из-за времени, проведенного в СИЗО и сокращения заключения при обжаловании, его срок закончился 4-го сентября 2023 года. Прямо на выходе из колонии Мифтахова снова задержали силовики уже по новому уголовному делу – как раз по ст. 205.2 за оправдание действий Жлобицкого.

Согласно показаниям свидетелей обвинения, математик оправдывал Жлобицкого во время просмотра телевизора в колонии, а после отсидки якобы собирался поехать в Украину воевать там против российского вторжения. Все это Мифтахов якобы говорил двоим сокамерникам – Евгению Трушкову и Руфану Гаджимуратову – их показания и стали основой для нового дела. Судя по всему, обоих свидетелей использовали силовики.

Трушков отбывал срок за групповое изнасилование. К неполным тридцати годам у него скопилась целая коллекция судимостей: за угон машины, воровство бензина и кражу телевизора. Сблизившись с Мифтаховым в колонии, Трушков дал ФСБ нужные показания на математика. Зачем он это сделал – неизвестно, зато второго свидетеля щедро наградили.

В марте 2023 году Гаджимурадова осудили за грабеж и избиение женщины на два года и два месяца колонии. Но всего через полгода после приговора и через 10 дней после задержания Мифтахова по новому делу он получил условно-досрочное освобождение. Мифтахову же теперь грозит до пяти лет колонии.

Схема выглядит отработанной: в 2019-м году заключенных также использовали, чтобы возбудить дело против жителя Петербурга Павла Зломнова. Сокамерники Зломнова утверждали, что тот читал стихи о Жлобицком во время просмотра сюжета по телевизору.

Зэки – не единственный источник зависимых свидетелей для ФСБ. Таким же образом использовали военнослужащих. В 2018 году художник из Хабаровска Максим Смольников (творческий псевдоним – Xadad) опубликовал в соцсетях комментарий, в котором задавался вопросом о причинах поступка Жлобицкого: «На данный самоубийственный акт его [Жлобицкого] толкнули репрессии государства», а гибель нападавшего называл «слишком высокой ценой».

Чтобы покарать художника, ФСБ привлекла двух молодых военнослужащих Росгвардии – 24-летнего срочника Степана Зяблицкого и 20-летнего контрактника Владислава Канакаева, которые поступили на службу в хабаровскую воинскую часть в июле 2020 года, то есть спустя два года после взрыва в Архангельске. Ни один, ни другой, судя по их показаниям, со Смольниковым не был знаком и даже его творчеством не интересовался. Во время дачи показаний следователям и очной ставки со Смольниковым они не смогли вспомнить и примерное содержание публикации и сопровождавшую ее картинку. Канакаев в своих показаниях даже проговорился о том, как узнал о публикации. Контрактника, по его собственным словам, «вызвали сотрудники ФСБ в свой кабинет, где ознакомили с постом в социальной сети „ВКонтакте“, в котором было графитти и текст» и в котором «действия [Жлобицкого] оправдывались тем, что сотрудники ФСБ фабрикуют дела, тем, что они ему угрожали, давили на него и что у мужчины не было иного выхода, как подорвать это здание». То есть единственными людьми, за два года увидевшими в посте Смольникова оправдание терроризма и ненависть к ФСБ и МВД, оказались военнослужащие Росгвардии, причем с постом они познакомились «в кабинете сотрудников ФСБ».

В итоге Смольникову назначили штраф в 300 тыс. руб., который он не может оплачивать – его банковские счета заблокировали, так как после приговора его внесли в список террористов и экстремистов.

Людей, оправдывающих Жлобицкого, ФСБ ловило по всей стране. Но ни разу следствие не сообщило, что задержало его сообщников или подстрекателей. Все доступные уголовные дела возбудили «за слова».

О делах Прокопьевой, Мифтахова и Смольникова хотя бы широко известно. Часть фигурантов дел, связанных со Жлобицким, остались безымянными, как еще сотни других россиян, осужденных за «оправдание терроризма». Российские суды скрывают информацию о почти трети таких дел – фамилии обвиняемых заменяются на <Информация скрыта>, а приговоры не публикуются. Например, в сентябре 2021 года читинское подразделение ФСБ сообщило, что местного жителя осудили за комментарий в интернете о теракте Жлобицкого – якобы «подследственный неоднократно высказывал в адрес представителей правоохранительного блока угрозы, связанные не только с жизнью и здоровьем сотрудников, но и с целостностью зданий и сооружений». Но ни его имени, ни фамилии адвоката или родственников человека, которого приговорили к шести годам колонии в открытых источниках обнаружить не удалось. Дело есть, а против кого и за что – неизвестно.

Но особой популярностью у силовиков статья за «оправдание терроризма» стала после начала войны – ее стали применять чаще, чем многие другие статьи, которые будут описаны в следующей главе.

Вывод третий

Кому война, а кому… десять лет строгого режима

По законам, введенным в России в связи с войной, судили уже более 13 тыс. человек, из которых 4,5 тыс. – военные

После начала войны в России ввели «военную цензуру», но власть готовилась к этому загодя. Впервые закон о распространении «фейков» про армию Госдума рассматривала еще в мае 2018 года. Это выглядело странно, ведь официально армия в это время не воевала: контингент из Сирии почти полгода как был выведен, а присутствие российских солдат и военной техники на Донбассе власти продолжали отрицать. Видимо, поэтому после первого чтения закон отправили на доработку и вскоре забыли.

Но уже в начале марта 2022 года, на десятый день полномасштабной войны с Украиной, его не только достали из небытия, но и дополнили наказанием за распространение «заведомо ложных сведений» о посольствах, прокуратуре, Росгвардии и МЧС. И скоропалительно приняли – весь процесс, от голосования до подписи президента, занял всего два дня.

Уже к началу 2024 года по этой статье возбудили 273 уголовных дела, при этом в суды (следовательно, и в наш подсчет) попало 145 дел, обвиняемыми по ним проходят 148 человек. Оставшиеся почти 130 дел до судов, видимо, еще не дошли. Несмотря на весьма размытые формулировки этой статьи, ни одного оправдательного приговора по ней пока не было. Дела, которые прекращались в ходе суда или возвращались на доследование прокурорам, – обязательно передавались обратно в суд и, в конце концов, по ним тоже выносились приговоры.

Позже законодатели ввели в уголовный и административный кодекс еще семь новых статей из пакета «военной цензуры». В 2022—2023 году по ним судили 8797 человек.

Кроме борьбы с несогласными в военное время у российской власти появилось множество других вызовов, для которых в современном уголовном кодексе просто не было статей – их пришлось придумывать заново или восстанавливать из старых советских практик.

Так, летом 2022 года в Уголовный кодекс России добавили ст. 275.1 «Сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством, международной либо иностранной организацией». Возможно, она появилась из-за широко обсуждаемого дела журналиста Ивана Сафронова, которого приговорили к 22 годам заключения по статье «госизмена», – за то, что он написал для чешского заказчика несколько аналитических записок, построенных на открытых данных. Теперь восемь лет можно получить за любой тайный контакт с иностранцем – примерно как и в советские времена за «подозрительные связи» с иностранцами. В 2023 году по этой статье уже передано в суд семь дел.

А в сентябре 2022 в УК вернулась статья за добровольную сдачу в плен – прямо как во время и после Великой Отечественной, когда советских солдат, вернувшихся из немецких концлагерей, сразу же отправляли в ГУЛАГ. И сроки по ней – типично сталинские: до 10 лет. Правда, за 2022−2023 годы по ней так никого и не судили. Почти нет практики и по введенной в то же время ст. 356.1 «мародерство».

К 2023 году одной из главных проблем стал массовый отказ контрактников и мобилизованных воевать в Украине. Поэтому в конце 2022 года власти ужесточили целый набор статей, по которым судят за нарушение дисциплины в войсках. Теперь были введены более жесткие наказания за деяния «в период мобилизации», «военного положения», «военного времени», «в условиях вооруженного конфликта» или «ведения боевых действий».

Но это не помогло: количество дел по статьям, связанным с отказом от исполнения обязанностей по службе, в 2023 году резко выросло.

Всего же по новым, репрессивным частям статей в армии за 2022−2023 год судили 4642 человека. Суды не останавливает то, что формально Россия не ведет никакой войны, военное положение в стране так и не было введено, а мобилизацию называли лишь «частичной». Приговоры под предлогом «вооруженного конфликта или ведения боевых действий» выносятся в самых жестких формулировках.

Так, в 2023 году военнослужащий Роман Егоров четыре раза сбегал из части, расположенной на территории Хабаровского края. Трижды он, отдохнув от службы, «бытовых проблем» и «ссор с женой», сам приходил сдаваться в военную комендатуру, а на четвертый военная полиция нашла его раньше. Егоров выпивал в доме своей знакомой Л., когда услышал стук в дверь. Испугавшись, он выскочил в окно, но был пойман на улице и заключен под стражу. Судя по всему, перспектива отправки на войну в Украину Егорова не пугала: в последнем слове он просил назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы, «чтобы продолжением военной службы в зоне [СВО] он доказал свое исправление». Но суд, находящийся в 6,5 тыс. километров от линии соприкосновения в Украине, сослался на «период частичной мобилизации» и приговорил Егорова к десяти годам строгого режима.

Даже военнослужащие, сбежавших в ноябре 2022 года с полигона в Луганской области вместе с оружием, получили меньше – от 6,5 до 7 лет строгого режима. Призванные из Калининградской области в период «частичной мобилизации», восемь мужчин сначала пытались оспорить призыв в армию в суде. Но после отправки на Донбасс, накануне выхода в зону боевого соприкосновения, сбежали из части вместе с выданным им оружием. Первым делом они отправились на рынок, купили одежду и переоделись в гражданское. Затем на попутках добрались до Подмосковья, где «понимая невозможность убытия в Калининградскую область в силу географических особенностей расположения таковой», пошли в полицию и сдали весь свой «арсенал»:

– три автомата АК-74 в комплекте и 10 магазинов к ним;

– один ручной пулемет Калашникова и 4 магазина к нему;

– один пулемет Калашникова модернизированный с запасным стволом;

—штык-нож.

Их приговор – документ эпохи. Он показывает, как на самом деле обстоят дела в российской армии: мало того, что мобилизованным выдали оружие производства 1970−1980 гг. с весьма скудным запасом патронов. Эксперт признал, что ручной пулемет, к которому полагался запасной ствол, не исправен и пригоден лишь к производству одиночных выстрелов.

Еще одно интересное наблюдение: за открытый отказ воевать в Украине, озвученный на построении при доведении приказа, российские суды наказывают относительно мягко. Средний срок по таким делам – два года и три месяца в колонии-поселении. До войны количество дел за неисполнение приказа было и вовсе ничтожным: с 2018 по 2021 год в суды поступило всего пять таких дел, в итоге которых военным назначали штрафы от 10 до 30 тыс. руб.

Среди тех, кого судили за неисполнение приказа в 2023 году, лишь один военнослужащий, опасаясь уголовного наказания, передумал и все же поехал на войну. Контрактник из Бурятии Адилхан Магомедов дважды отказывался от командировки в Украину по состоянию здоровья. Но эксперты признали Магомедова годным к военной службе с незначительными ограничениями, и в декабре 2023 года он отправился на фронт, после чего уголовное дело против него прекратили.

Вероятно, репрессивных дел, связанных с войной, намного больше: мало того, что суды скрывают информацию о фигурантах дела, не публикуют приговоры по репрессивным статьям уголовного кодекса, так еще и не все дела в принципе оказываются в данных российских судов.

Вывод четвертый

Столпы общества

В России растет число дел за неподчинение, оскорбление и насилие в адрес представителей власти – за шесть лет в суды поступило почти 600 тыс. дел с таким составом

6 мая 2012 года. Одни из самых массовых уличные акции протеста за все время правления Владимира Путина. Во время митинга на Болотной площади в Москве полицейские спровоцировали давку, которая переросла в столкновения, за которыми последовали массовые задержания и так называемое «болотное дело», то есть серия уголовных дел против оппозиционеров, призванная умерить пыл антипутинского протеста.

В майских столкновениях на Болотной пострадавшими оказались только силовики – одной из статей УК, по которой судили фигурантов «болотного дела», была за насилие в отношении представителей власти (ст. 318 УК). По ней, например, на 4,5 года колонии осудили Максима Лузянина. По версии обвинения, он «прорывал оцепление», «бил полицейских ногами», «применял удушающие приемы». Единственным задокументированным ущербом здоровью стал «скол зубной эмали» у полицейского, с которым Лузянин вступил в потасовку. Формулировка «скол зубной эмали» в тот момент стала символом полицейского произвола. Теперь же подобные дела перестали кого бы то ни было удивлять.

Статьями УК 319 и 318 (оскорбление и насилие в отношении представителя власти), а также ст. 19.3 КоАП (неподчинение законным требованиям сотрудников полиции) и раньше, и сейчас карают не только и не столько «политических преступников». Основная масса осужденных по этим составам – бытовые дебоширы, виновники ДТП, сопротивляющиеся задержанию. Вот типичный пример одного из опубликованных приговоров. В 2018-м году молодой человек по фамилии Ржаницин ждал ночной поезд на вокзале Анапы. К нему подошли сотрудники полиции и попросили предъявить документы. Ржаницин отказался – так появился состав для ст. 19.3 КоАП. Полицейские задержали мужчину и доставили в отделение. Там он вдруг «схватил руками за форменную рубашку сотрудника полиции П.И.А., а затем осуществил захват за шею и повалил его на землю, в результате чего причинил П.И.А. телесные повреждения в виде кровоподтека на передней поверхности грудной клетки слева и ссадины на задней поверхности правого локтевого сустава». Это уже состав для уголовного дела по ст. 318. Ржаницина в итоге оштрафовали на 100 тыс. руб.

Упомянутые выше статьи – важный маркер обострения отношений между гражданами и властью.

Зачастую, в суд попадает уголовное дело сразу по двум статьям – за оскорбление и последовавшее за ним насилие в отношении представителя власти. И тут – очень показательная перемена. В последние годы растет перекос в пользу статьи о насилии против представителя власти в сравнении с более мягкой статьей об оскорблении. Иными словами, либо граждане обозлились по отношению к силовикам, либо власти стали чаще карать по более тяжелой статье в назидание всем, кто может поднять на них руку.

Впрочем, есть еще одна очень вероятная причина – снижение порога того, что силовики и суд считают насилием по отношению к себе. Это касается и бытовых, и политических дел. С 2018-го года выросло число дел по ст. 318, где обвиняемых судят не за конкретные действия, а лишь за словесные угрозы. Причем резкий скачок в их числе произошел в 2021 году – после «обнуления» президентских сроков Путина.

Яркий пример снижения порога насилия по отношению к силовикам (во всяком случае применительно к политическим арестантам) – уголовное дело против Самариддина Раджабова, участника акций протеста за допуск оппозиционеров на выборы в Мосгордуму в 2019-м году. Раджабова осудили лишь за угрозу в отношении полицейского – он бросил пластиковую бутылку рядом с силовиками и тем самым напугал их. «Линник Д. А., Комбаров А. А и Внуков А. Ю. […] действия Раджабова С. С. восприняли как реальную угрозу применения к ним насилия, поскольку брошенная им [Раджабовым С. С.] бутылка […] при падении на тротуарную плитку создала резкий звук удара, имитирующий разрушение неизвестного предмета с опасностью причинения телесных повреждений», – сказано в материалах уголовного дела против Раджабова, которого в итоге приговорили к штрафу. Тогда это было равносильно оправданию – выплачивать ничего не пришлось из-за времени, которое Раджабов провел в СИЗО, а сам приговор суд вынес на фоне широкой общественной кампании в его поддержку.

В последние годы проявились еще несколько тревожащих тенденций. Во-первых, суды стали реже прекращать дела по ст. 318.

Во-вторых, в России растет доля женщин, которых судят за оскорбление и насилие в отношении силовиков. В 2023 году каждый пятый человек, судимый по этой статье, – женщина.

Вот пример одного из уголовных дел. У жительницы Перми Нины Тюриной возник конфликт с сотрудником ГИБДД, причем около ее собственного дома. За мат в адрес сотрудника Тюрину обвинили по ст. 319, а за «удар в область груди» – по ст. 318. Патрульный «испытал физическую боль», и, чтобы ее загладить, не хватило ни раскаяния Тюриной, ни компенсации ущерба, ни письма с извинениями на имя начальника полиции. Прокурор по этому делу был непреклонен и возражал против окончания уголовного дела без приговора, потому что «в этом случае не будут достигнуты цели наказания». Итог – 30 тыс. руб. штрафа и уголовная судимость за то, что женщина повздорила с полицейским.

Растет число дел и по административной ст. 19.3 «неподчинение законным требованиям представителя власти». Всего за шесть лет в суды общей юрисдикции по ней поступило более 543 тыс. дел.

Наказание по этой статье ужесточили в феврале 2021 года, после массовых протестов в поддержку Алексея Навального. Если раньше минимальная сумма штрафа за неповиновение сотруднику составляла 500 руб., то сейчас это уже 2 тыс.. Для сравнения, штрафы по первым частям статьи 20.1 «мелкое хулиганство» за последний срок Путина никак не изменились: за грубое нарушение общественного порядка по-прежнему штрафуют на 500−1000 руб.

Доля же прекращенных по разным причинам дел по ст. 19.3 за последние годы тоже уменьшилась – с ничтожных почти двух до еще более ничтожного одного процента.

Более частое применение статей о насилии к силовикам нельзя списать ни на демографию, ни на особенности статистического учета. За пять лет, с 2018 по 2022 год, взрослое население России сократилось более чем на 1 млн человек.

Среди «пострадавших» от россиян почти 90% – это сотрудники МВД (полиция и ГИБДД) и росгвардейцы. Их число с 2018 года почти не изменилось, так что рост дел не объясняется тем, что полицейских бьют чаще, потому что их стало больше.

Другая гипотеза, которая могла бы объяснить рост и уголовных, и административных дел: люди в России обозлились настолько, что стали чаще нападать на силовиков. Чтобы ее проверить, мы рассмотрели количество дел по другой массовой административной статье – ст. 20.1 КоАП РФ «Мелкое хулиганство». По ней за шесть лет возбудили более 1 млн 30 тыс. дел. И, как видно из графика ниже, по сравнению с 2018 годом «хулиганства» в России становится меньше.

Особенно выделяется Москва: столица, где живет чуть ли не одна седьмая часть населения страны, почти не хулиганит. На нее приходится около 2% процентов дел, переданных в суды по статье 20.1.

Таким образом, число хулиганов в абсолютных числах с 2018 года уменьшилось, а число административных дел за неповиновение представителям власти по статье 19.3 КоАП и уголовных дел за насилие в отношении представителя власти по ст. 318 УК РФ – выросло.

Кого и как судят за массовые беспорядки в России

«Мы же с вами не хотим, чтобы у нас были события, похожие на Париж». Так 11 декабря 2018 года Владимир Путин прокомментировал арест 77-летнего правозащитника и диссидента Льва Пономарева. Суд отправил его в изолятор на 25 суток за пост в Фейсбуке с призывом выйти на акцию в поддержку фигурантов дел «Нового величия» и «Сети». Под «событиями, похожими на Париж», Путин имел в виду массовые выступления так называемых «желтых жилетов», прежде всего, против повышения налогов на бензин во Франции. Протесты переросли в многомесячные массовые беспорядки, во время которых погибли 11 человек, протестующие громили здания, бросали в полицейских коктейли Молотова, силовики применяли водометы. В ходе демонстраций был разграблен музей Триумфальной арки.

«Событий, похожих на Париж», то есть аналогичных по численности, продолжительности и разрушительности акций протеста в путинской России не было никогда. При этом, уголовные дела за массовые беспорядки возбуждаются регулярно. С 2018 по 2023 год по ним судили 294 человека.

Из почти полусотни поступивших в суд в рекордном 2021 году дел, приговоры опубликованы лишь у половины. Из них понятно, за что преследовали россиян:

Например, Николая Волкова из Костромы осудили на 10 месяцев ограничения свободы в том числе за негативный отзыв о семье друзей Владимира Путина и о самом президенте: «Наш президент если говорить правду и его подчинённые Пиздаболы Воры Хапуги Уроды которых надо прилюдно сжечь как Фашистов ещё Ротенберга которому с Платона мимо гос. Казны 560 млрд Руб. В год достается. Блевать на всех Этих Козлов охото. Как чмо Путинское такое происходит ты в прямой линии ссышь принимать реальные вопросы…». В других комментариях Волков негодовал по поводу экономической ситуации и призывал к расправе над руководством страны, но среди опубликованных в приговоре постах не было ни одного призыва выходить на улицы в конкретное время или час. Разумеется, после этих постов никто не громил витрины магазинов и не бросался коктейлями Молотова. Более того, это не самостоятельные посты, а лишь комментарии к другим новостям в ВК, например, в паблике «Мы из СССР».

Вывод пятый

Страна бесконечного ковида

Вплоть до недавнего времени в России продолжали судить граждан за нарушение ковидных ограничений – с апреля 2022 по декабрь 2023 гг. суды вынесли решения о наказании в 159 тыс. таких дел

В середине августа 2022 года Ксения Серебрякова вернулась из Турции домой в Магадан. Почти через год, в июне 2023-го, ее вызвали в суд за нарушение коронавирусных ограничений. Оказалось, перед вылетом в Россию Ксения забыла оформить анкету Роспотребнадзора для прибывающих из-за границы россиян.

К моменту вынесения решения и в Магаданской области, где живет Ксения, и в Москве, где она делала пересадку, коронавирусные ограничения были уже больше года как отменены (в обоих регионах это случилось в начале марта 2022-го). А в мае 2023-го, за месяц до суда, Всемирная организация здравоохранения объявила, что ковид больше не является мировой чрезвычайной угрозой. Но несмотря на это Серебрякову оштрафовали на 15 тыс. руб.

Роспотребнадзор, полиция и суды продолжали наказывать россиян за нарушение карантинных мер по всей стране вплоть до лета прошлого года (а юрлица штрафуют и сейчас). С апреля 2022-го по конец 2023 года по делам, связанным с коронавирусом, в России было наказано около 159 тыс. физических и юридических лиц.

Естественно, антиковидные меры власти использовали для борьбы с гражданской активностью. Так, в марте 2023 года суд в Красноярске оштрафовал местного жителя Павла Емельянова, который осенью 2022 года вышел на одиночный пикет с плакатом «Обними меня, если тебе плохо». Уже через 20 минут местной патрульной службе поступило указание «проверить гражданина». Емельянова задержали в связи с запретом публичных мероприятий из-за COVID-19. При этом всего за три недели до пикета в Красноярске проходил митинг в поддержку российского вторжения в Украину – такое мероприятие никого не смутило.

* * *

В 2013 году Алексей Навальный получил свой первый политически мотивированный приговор по делу «Кировлеса» по экономической ст. 160 («присвоение или растрата»). И если бы позже на него не завели дело об экстремизме и реабилитации нацизма, он бы в нашу статистику не попал – политически мотивированные дела по экономическим и насильственным статьям в наше исследование не вошли. Но они есть. И сколько политических заключенных на самом деле сидят в российских СИЗО и колониях по надуманным и самым неожиданным обвинениям, остается только гадать. Ясно лишь одно: в масштабах репрессий Путин давно обошел почти всех советских генсеков, кроме одного – Иосифа Сталина.

Источник: Екатерина Резникова, Алексей Коростелев, «Проект».

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *