Спецназовец ВСУ подтвердил захват в Лимане оружейных складов РФ: «Снаряды, минометные снаряды, снаряды для реактивной артиллерии»

Военнослужащий 1-й бригады спецназа ВСУ Тарас Березовец, чье подразделение на прошлой неделе участвовало в освобождении украинского города Лимана в Краматорском районе Донецкой области, в интервью Настоящему Времени рассказал, что украинские военные захватили в этом городе «огромные» склады боеприпасов российской армии.

«Там находятся запасы 152-миллиметровых снарядов, 120-миллиметровых минометных снарядов и снарядов для реактивной артиллерии, которые обеспечат нам потребности на несколько месяцев вперед. А у них, россиян, соответственно, теперь нет таких запасов, – подчеркнул он. – То есть им необходимо теперь несколько месяцев, чтобы это все завезти. И поэтому их артиллерия большей частью не то чтобы молчит, но «огрызается». И мы сейчас уже достигли не паритета, а преимущества в артиллерии».

Березовец также подтвердил, что новомобилизированные россияне уже участвуют в боях на харьковском направлении и «охотно сдаются в плен». «Они не имели ни одного дня, ни одного часа опыта, они вступают в бой и тут же сдаются при первой возможности», – отметил он.

ВСУ в ночь на 1 октября перекрыли все дороги для отступления из Лимана, а спустя пару дней объявили о полном взятии города под контроль.

– Военные аналитики признают, что успехи ВСУ в Харьковской области привели к продвижению и на других направлениях. Что там происходит сейчас?

– После освобождения значительной части Харьковской области сложились оперативно-тактические возможности для продвижения наступления в направлении Луганска и Донецка. Нужно понять, что российские оккупанты и сопутствующие им войска так называемых «ЛНР» и «ДНР» оказались в невыгодной оперативной ситуации, поскольку они отошли на неподготовленные позиции.

За время, последовавшее за новым началом войны и после 24 февраля, они успели закрепиться на новых оккупированных территориях. Там у них были выстроены долгосрочные ВОПы (взводные опорные пункты), они построили достаточно мощную систему оборонительных сооружений. Я был лично на ней, заходил туда вместе с нашими наступающими войсками. Могу сказать, что это была очень грамотно построенная, согласно всем воинским уставам, линия.

Сначала было «Лиман наш! Все панические визги о том, что мы его сдали, я попросил бы прекратить». А закончилось: «Я не могу объяснить сдачу Красного Лимана. Не могу объяснить». В рядах российской пропаганды – разброд, шатание и поиски виновных в том, что ВСУ освободили Лиман сразу после его аннексии:

Но проблема заключается в том, что за ней ничего подобного не было. Поскольку они предполагали, что они будут удерживать эту территорию в течение значительного времени, они не озаботились построением второй или третьей хотя бы линии укреплений. Поэтому сейчас они откатились на ту линию, где они не вели боевых действий после 2014-2015 годов. И из-за этого у них просто физически нет времени окопаться, выстроить что-либо долговременное.

А в это время ВСУ наносят постоянно удары, то есть не дают им возможности проводить никакие инженерные работы. Понятно, что под обстрелами украинской артиллерией и системой HIMARS ничего путного и долгосрочного строить они не могут.

– Украинское наступление в Луганской области продолжается?

– Наступление, безусловно, продолжается, в том числе и в направлении Сватово. И освобождение Лимана было критически важно как раз таки для дальнейшего успешного наступления, поскольку мы захватили их склады, огромные. Там находятся запасы 152-миллиметровых снарядов, 120-миллиметровых минометных снарядов и снарядов для реактивной артиллерии, которые обеспечат нам потребности на несколько месяцев вперед. А у них, соответственно, нет таких подвезенных запасов. То есть им необходимо теперь несколько месяцев, чтобы это все завезти.

Поэтому сейчас их артиллерия большей частью не то чтобы молчит, но она огрызается. Мы сейчас уже достигли не паритета, а преимущества, в том числе в ствольной артиллерии. На этом направлении им будет очень тяжело попытаться остановиться или хотя бы затормозить наше наступление.

– Дорога в Сватово – важная артерия, как там продвигаются ВСУ?

– Не буду комментировать эту информацию до завершения операции. Могу сказать так, что в принципе все их пути подвоза в радиусе до 50 км, в данном случае эта дорога тоже попадает, находятся под огневым контролем украинской артиллерии. Она под постоянными ударами, скажем так, раздражительными и которые препятствуют россиянам нормально функционировать, нормально подвозить боекомплект, нормально подвозить личный состав. В данном случае я не могу ничего дополнительно комментировать. Но могу сказать, что как и в случае с Херсонской областью, большинство путей снабжения находится под нашим огневым контролем.

– Вы сказали, что наступление будет на Сватово. Можете объяснить, почему этот город так важен?

– Сватово – это, во-первых, центр военных складов, там находится, как и в случае с Лиманом, большое количество российских вооружений и боеприпасов к ним. Кроме того, это ключевой пункт для дальнейшего захвата. Это все, знаете, как эффект домино.

Сначала для России было принципиально важным не сдать Купянск – они его потеряли. Потом Изюм, потому что это господствующая высота, которая позволяет контролировать значительную часть и Харьковской, и Луганской областей. Потом они потеряли Лиман. Ну а падение Сватово, по сути, предопределяет дальнейший коллапс всего фронта. Поскольку, смотрите, мобилизовать уже некого в «ЛНР»: всех, кого можно, они уже «выгребли». То есть все мужчины в возрасте от 16 до 80 лет в буквальном смысле уже мобилизованы, кроме немногочисленной категории граждан на этих оккупированных территориях, которые имеют так называемую бронь. То есть в случае нового наступления им просто неоткуда будет подвозить людей.

Более того, сейчас на этих территориях в ходе наступления наши подразделения уже сталкиваются с российскими новомобилизированными гражданами, которые охотно сдаются в плен. В том числе они сдаются и на харьковском направлении. Здесь уже берут в плен новомобилизированных, которых буквально кинули «затыкать дыры». Они не имели ни одного дня, ни одного часа боевого опыта. Они вступают в бой – и тут же сдаются при первой возможности.

Поэтому боевая ценность этих подразделений «мобиков» не то что нулевая, она отрицательная: они сами ищут возможности, каким образом быстрее перебежать и безопасно сдаться в плен и не участвовать в дальнейших боевых действиях.

– Вы видите разницу в поведении солдат противника после того, как ВСУ стали идти в активное контрнаступление?

– Конечно, мы это видим, видим по радиоперехватам, плюс мы видим это по чатам их жен, которые общаются и спрашивают друга друга, делятся. Сейчас в Российской Федерации в соцсетях, в телеграм, в «ВКонтакте» созданы сотни чатов по подразделениям, причем там даже не побригадно и не полковые, а побатальонно они общаются. И в том числе жены задают друг другу вопрос, знают ли супруги их сослуживцев, как можно безопасно и быстро сдаться в плен в Украине. То есть эта информация распространяется.

Мы это видим точно так же по их перехватам. Они сами это сообщают, когда сдаются в плен, они сами говорят, они делятся, то есть у них есть большой запрос. Они это ищут в гугле, активно гуглят информацию, спрашивают друг у друга. Они сами говорят: вот мы спрашивали, получили какую-то информацию, искали, как можно быстрее и безопасно сдаться.

Вся эта информация доступна на официальных ресурсах. Президент Украины [Владимир] Зеленский записал соответствующее видеообращение, есть процедура, согласно которой они могут сдаться. Причем самый безопасный способ – когда нет перестрелок. Во время боя сдаться практически нереально: убьют либо свои, русские, либо наши, украинские, воины. Поэтому они активно пытаются сдаваться, особенно в тех местах, где нет активных боевых действий, где их заткнули, грубо говоря, кинули на какие-то новые позиции.

Источник: Ксения Соколянская, «Настоящее время».

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *