Страна довольных людей: почему россиянам сейчас уютно


Общепит быстро растет, но этот рост не заслонил бы печальной реальности, если б россияне хотели ее разглядеть Пресс-служба правительства Москвы

После двух лет войны выяснилось, что режим хоть и не способен предложить подданным общий рост уровня жизни, но чувство глубокого удовлетворения предоставить вполне может. По крайней мере, на средних отрезках времени.

Среднестатистический россиянин выказывает высокий уровень довольства своими личными обстоятельствами. Об этом сообщают буквально все опросные службы.

Счастливый край

Сразу уточню, что их замеры, которые сейчас воспроизведу, были сделаны до теракта в «Крокусе», который, естественно, многих напугал. Но до него все было почти лучезарно.

Замеренный фондом «Общественное мнение» так называемый индекс благополучия, отображающий довольство жизнью, счастье и социальную самооценку, в марте 2024-го оказался выше, чем в любом из последних лет, включая предвоенные. Причем 36% опрошенных россиян обозначили себя как чрезвычайно счастливых и только 5% – как чрезвычайно несчастных.

В беседах с той же службой 58% опрошенных указали, что среди их родных, друзей и коллег сейчас преобладает спокойное настроение, и только 34% – что тревожное. Такого оптимистичного соотношения ответов не было уже очень давно. (Оно фиксировалось, повторю, накануне теракта.) Но даже и через две недели после него соотношение «спокойных» и «встревоженных» ухудшилось вовсе не радикально – до 49 к 44%.

И в отзывах о своем материальном положении тоже преобладает уверенный оптимизм. Целых 29% опрошенных россиян ждут в ближайший год улучшений на этом направлении, и только 10% – ухудшений (ФОМ). В мирное время такой уверенности в будущем в широких массах не было. 

А 84% опрошенных ВЦИОМом добавляют, что в целом довольны своей работой. Их портрет, широкими мазками набросанный опросной службой, таков: «Россиянина, удовлетворенного своей работой, отличают хороший доход, достаточно молодой возраст и высокий уровень образования. А россиянина, недовольного нынешним местом работы, характеризуют старший возраст, плохое материальное положение и образование ниже среднего специального».

Сегодняшняя Россия, таким образом, – страна счастливых людей, обитатели которой спокойны, зажиточны, продвинуты и довольны тем, что видят рядом с собой. Согласитесь, что граждан страны, ведущей тяжелую войну и подвергающейся внешним санкциям, обычно представляют себе иначе. 

Ключи от радости 

Перейдем к объяснениям. «Стабильный спрос на рабочую силу выступает важнейшим позитивным фактором снижения тревожности и роста удовлетворенностью жизнью», – сообщает Центр полевых исследований РАНХиГС в качестве вывода из своего февральского опроса.

Это действительно многое ставит на место. Война ликвидировала безработицу как фактор, который давит на людей. Формально она сохраняется: в феврале 2024-го по методике МОТ в России насчитали 2,1 млн безработных (66,2% от уровня предвоенного февраля 2022-го).

Однако фактически впервые в постсоветские времена почти любой, кто всерьез ищет работу, находит ее за считанные недели. Правда, только 40% опрошенных Центром полевых исследований сообщили, что рабочее место сейчас найти легко. Но эта доля гораздо выше, чем была раньше, и опасения, если и высказываются, то по инерции.

Война не просто подняла статус наемного работника в его отношениях с нанимателем. Она еще и открыла массу неожиданных возможностей для предприимчивых и трудолюбивых.

«Значительно вырос спрос на труд со стороны импортозамещающих производств, стремящихся занять рыночные ниши после ухода из страны иностранных фирм, – отмечают аналитики Центрального банка, – происходит переток кадров между отраслями. Отток работников происходит из сферы торговли, услуг и сельского хозяйства в обрабатывающую промышленность и строительство».

От острого взгляда аналитиков не укрылся и «приток внутренних трудовых мигрантов в новые регионы из-за более высокой оплаты труда; в частности, происходил приток занятых в строительстве, сельском хозяйстве, а также водителей и грузчиков».

Тот, кто хочет быстро и много заработать, знает, где это сделать.

И развернуться можно не только на завоеванных землях. В некотором роде «новым регионом» стала и Москва, откуда эмигрировала не одна сотня тысяч квалифицированных работников. Каждый такой отъезд – вакансия для талантливого человека из глубинки.

Помимо Москвы и «новых регионов», для внутренних трудовых мигрантов сейчас особо притягательны Московская и Ленинградская области с их работающей на войну промышленностью и нефтегазодобывающие регионы. В целом же субъекты РФ в 2023-м разделились пополам: в 43-х фиксировался приток работников, а в 42-х – отток. Больше всего переселенцев уезжало из Сибири и Дальнего Востока. Военное процветание их не коснулось.

Трофеи поровну не делят

Понятно, что выгоды перепадают не всем. Если реальные заработные платы работников организаций в феврале 2024-го были на 9,2% выше, чем в последний предвоенный месяц, то реальные назначенные пенсии за этот же отрезок времени увеличились только на 3%. 

Делая поправку на обычай Росстата приукрашивать отчетность, предположим, что пенсии остались примерно такими же, как и перед войной, а зарплаты (по крайней мере, в «организациях», т. е. на крупных и средних предприятиях) отчетливо выросли.

Вполне логично, что ускоренными темпами они увеличивались в тех отраслях, которые работают на войну (машиностроении, производстве компьютеров, химпромышленности, металлургии и строительстве), а также в производстве пищевых продуктов. А медленнее среднего – в науке, образовании, медицине и соцуслугах. Но, пожалуй, ни одна заметная группа работников не может сказать, что денежные доходы у нее упали.

В благоприятную сторону за последние месяцы меняется и так называемое восприятие инфляции. Большинство россиян соглашается, что цены сейчас стали расти не так уж быстро.

Что же касается восприятия благодеяний высшей власти, то о них россияне отзываются тем лучше, чем меньше они касаются отзывающегося. Скажем, в богатых домохозяйствах гораздо чаще (51%) верят в эффективность новейшей путинской программы денежного субсидирования многодетных семей, чем в бедных (32%). Те, кто реально может претендовать на получение этих денег, относятся к ним трезвее, чем те, кому они явно менее нужны.

Повышенная лояльность к воинственному, архаичному и безбашенному режиму со стороны людей зажиточных и успешных – феномен, который не имеет еще полного объяснения.

Но действительно: в делах сейчас своего рода бум, индустрия развлечений работает на полную мощь, а вокруг – относительное спокойствие, которое при желании можно принять за течение нормальной жизни. Украинские удары по приграничным районам всерьез тревожат лишь считанные проценты россиян, а такие теракты, как в «Крокусе», видятся пока что исключением из правил.

Не будем преуменьшать и значимость парадных мероприятий, посылающих публике напоминание о могуществе, пышности и стратегической прочности режима. Таких, как заведомо нерентабельная высокоскоростная магистраль между столицами, которую Путин на днях повелел профинансировать, и закладку которой ознаменовали праздничными церемониями.

История ВСМ тянется уже несколько десятков лет, и каждая очередная попытка ее соорудить заканчивалась конфузом и разбирательствами, кто и сколько украл. Но именно сейчас торжественная перезагрузка этого дорогостоящего, долгосрочного и невоенного проекта помогает россиянам ощутить себя благополучными подданными уверенной в себе державы. 

За фасадом оптимизма

Двусмысленность этого процветания мало кем в России осознается. Ни у режима, ни у российской экономики нет и не может быть ресурсов на одновременное ведение войны и реальное улучшение качества и уровня жизни. 

Раскручивание показных проектов вроде ВСМ маскирует общее снижение реальных трат на инфраструктуру, благоустройство и остальные долгосрочные нужды. На отдельных участках, вроде орской дамбы, упадок систем жизнеобеспечения проявляет себя уже сейчас, но в полной мере развернется лишь через несколько лет.

А чувство глубокого удовлетворения, которое агрессивно предписывается сверху, но многими и в самом деле испытывается, помогает россиянам не видеть разрыва между собственными растущими доходами и стажирующим предложением товаров и услуг.

Оборот розничной торговли, вычисленный с исключением сезонного фактора, лишь в феврале 2024-го впервые за два года немного превысил предвоенный уровень, и то, скорее всего, благодаря усилиям Росстата. Ввод жилья (считая с устранением сезонности) сейчас ниже, чем перед войной. Реальное потребление товаров и услуг стагнирует.

По-настоящему выросло только общественное питание (на 14%). Но участившиеся посещения «Вкусно и точки» не заслонили бы застоя во всем прочем, если бы россияне действительно захотели этот застой увидеть. 

Они, однако, на нем не фиксируются и ведут себя как уверенные в будущем оптимисты. Растерянный, не ждущий хорошего человек бросился бы сейчас тратить свои выросшие заработки. Но средний россиянин именно что ждет хорошего и поэтому спокойно откладывает свои денежные излишки на будущее. Точнее, отдает их в казенные руки.

Вклады (депозиты) физлиц в этом феврале был на 26,1% больше, чем годом раньше. Это рекордные темпы за всю историю. Особенно рачительными неожиданно оказались получатели контрактных денег, военных выплат и гробовых. В регионах, поставляющих наибольшее число солдат, депозиты подскочили еще сильнее, чем всюду: в Туве на 73%, в Севастополе на 51%, в Бурятии на 38%.

Фактически это добровольный военный заем. Россияне ограничивают себя в расходах, сами передают свои деньги властям и не осознают рискованности этой финансовой операции. Как и ненадежности своего нынешнего процветания.

Режим собирается потратить народные накопления на себя и как раз сейчас обдумывает процедуру наложения на них лапы.

Спокойная вера в будущее рядовой публики объясняется тем, что она забыла панику, которая охватила ее позапрошлой осенью по случаю мобилизации. Но ведь новую мобилизацию Путин может объявить хоть завтра.

А снижение тревожности и рост удовлетворенности жизнью, проистекающие из повышенного спроса на труд, могут быть перечеркнуты одним приказом правителя. Если он вдруг надумает вести войну более тотально, то проблема дефицита рабочей силы будет разрешена прикреплением работников к предприятиям. Их новообретенное ощущение собственной значимости просто упразднят.

***

Механизм нынешнего широко разлившегося довольства парадоксален как все российское. После мобилизационных экспериментов первого года войны режим временно перестал испытывать послушание подданных на прочность. А доверчивые подданные восприняли передышку как начало эры неотменяемого благополучия и стали вести себя, исходя из этой гипотезы.

Эту гармонию в любой момент можно отменить – или она просто рассыплется сама собой. Но пока она длится, выглядит крайне прочной.

Источник: Сергей Шелин, The Moscow Times.

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *