Украинский Талибан. Как песня разрушает главную российскую скрепу Когда Ольга Скабеева визжит об "украинском Талибане", она не преувеличивает: для русской ментальности это является безоговорочным варварством и разрушением цивилизационных основ

 

У жителей Запоребрикостана подгорело от маршевой парадной песни “Ла-ла-ла-ла-ла”, которая звучала над Крещатиком, по одной простой причине: они бесятся от того, что “позаимствовать” этот хит — без лицензий и с умолчанием авторства, как привыкли, — они на этот раз не могут. Следовательно, даже когда поют его, соглашаясь с его идеей и одобряя мысль, каждый раз вспоминают о владельце авторских прав.

Ну и опять же, до сих пор никто так прямо и откровенно не оспаривал право глубинного народа пренебрегать его правителями. И именно это он воспринимает как самую большую обиду. В глазах россиянина посягательство на его сакральное право “говорить правду” о российской власти — это святотатство. Это оскорбление чувств верующих, религиозное преступление, грозящее разрушением центральной скрепы российских общества и государства. Ведь право подчиненного, иерархически более низкого, который институционально слабее, огласить того, кто руководит им и правит всем, — это единственный относительно безопасный способ выразить свое несогласие и неповиновение. Относительно — потому что безопасным он является ровно до того времени, когда это высказывание дойдет до начальственных ушей. Собственно, здесь и коренится чисто российская концепция “немого сопротивления”, прекрасно описанная в тургеневской “Му-му”: унижаться, повиноваться, страдать — и в благоприятный момент (физически или ментально) убежать “к х … ям”, тем самым амбивалентно посылая начальство по тому же адресу. Это основа, на которой основывается в России система отношений между лицом и обществом, между обществом и властью.

Поэтому отягчающим обстоятельством в этом религиозном преступлении украинцев является то, что они вслух — на весь мир — заявили (хуже того, запели!) то, что рядовой россиянин может сказать шепотом, а то и мысленно. Вызвав, таким образом, катастрофическую инфляцию доступного россиянам способа поднять самооценку путем бытового диссидентства.

Важно:  Сколько в Питере платят студентам за вбросы бюллетеней в пользу "единроссов"

И поэтому, когда Ольга Скабеева визжит об “украинском Талибане”, она не преувеличивает: для русской ментальности это является безоговорочным варварством и разрушением цивилизационных основ. В этой системе координат, что характерно, обида вождя не тождественна обиде его подданных, так как его достоинство превышает их. Отсюда и пассаж “всех, кто оскорбил президента России, ну и русских людей…”. Проще говоря, можно как угодно обзывать Россию и русских, но угрозы местью вызывают лишь персональные выпады против Путина. Собственно, это и есть культ личности. И для служителей его вполне естественно требовать публичных наказаний виновных (ну, и кто здесь Талибан?). Более того, отныне это станет способом системного шантажа украинской власти и попутно удобным инструментом блокирования любых инициатив Банковой, будь то обмен пленными, допуск международных миссий в Крым или что-то другое: святотатцы недостойны общения. Поэтому или наказывайте и извиняйтесь — или… И это ставит украинское руководство перед крайне непростой дилеммой: жертвовать рейтингом или прощаться с надеждой на сколько-нибудь продуктивный диалог с Москвой.

…В конце концов, я, честно говоря, не удивлюсь, если туристические путеводители связанными с ВВП локациями начнут выходить под названием “Россия — Родина Х … ла”, и Википедия пополнится статьей с соответствующим названием. За поребриком умеют находить поводы для гордости в собственном унижении. Это, если что, еще одна чрезвычайно важная скрепа.

Алексей Кафтан, редактор отдела международной политики "Деловой столицы"
Поделитесь.

Оставьте комментарий