Россия Путина – страна, о которой мечтали путчисты 1991 года 30 лет назад члены ГКЧП пытались остановить распад СССР. Сегодня Россия Путина близка их идеалам, а не взглядам тех, кто нанес им поражение в августе 1991-го, считает Константин Эггерт

 

Последний член Государственного комитета СССР по чрезвычайному положению (ГКЧП) Олег Бакланов скончался 28 июля 2021 года, не дожив три недели до тридцатилетия попытки государственного переворота в августе 1991 года, в которой он принял участие. Бакланов был высокопоставленным руководителем советской военной промышленности. Именно силовики и менеджеры ВПК, как сказали бы сегодня, стояли за попыткой сместить Михаила Горбачева, убрать с политической арены (или даже физически уничтожить) Бориса Ельцина и остановить распад советской империи.

Империя превыше всего

Судя по оставленным членами ГКЧП многочисленным воспоминаниям, именно сохранение единства СССР и статуса великой державы волновало их больше сохранения номинальной власти Компартии и огосударствленной экономики.

Спустя три десятилетия Россия если не во всем, то во многом напоминает то государство, которое создали бы “гэкачеписты”, не будь тысяч и тысяч москвичей и петербуржцев, которые встали на их пути. Включая трех, которые заплатили за сопротивление своими жизнями и которых сегодня мало кто помнит – удостоенных звания Героев России Дмитрия Комаря, Илью Кричевского и Владимира Усова.

От страны, о которой они (и я) мечтали и которая вроде бы родилась в августе 1991-го, остались разве что полные полки магазинов и (пока) свободный выезд за границу – по крайней мере, для большинства граждан. И то, и другое существует только потому, что уникальный в истории человечества режим, при котором спецслужбы не обслуживают верховную власть, а ею являются, выучил два урока позднего СССР.

Во-первых, народ должен быть сыт – кто макаронами из “Магнита”, а кто – бриошами из “Азбуки вкуса”. А во-вторых, недовольных не нужно держать в стране, как это делали товарищи Брежнев, Андропов, Черненко и Ко, а, наоборот, дать им уехать – чтобы не смущали народ и в момент кризиса не стали лидерами политических перемен. Кто не понимает намеков на эмиграцию или, подобно Алексею Навальному, игнорирует их, тех сажают. Наиболее активные и несгибаемые умирают при странных (а на самом деле вполне ясных) обстоятельствах. К этому добавляются великодержавная риторика и периодические всплески конфронтации с Западом – для поддержания в тонусе гарнизона якобы осажденной Западом “крепости Россия”.

Важно:  Страна за забором. Как людей не выпускали из СССР

Эмиграция – страховка для Кремля

Результат этой политики пока что вполне устраивает путинский режим и – опять же, на первый взгляд, – делает не очень вероятным повторение сценария победы демократических сил а-ля 1991 год. Особенностью 1991-го была удивительная атмосфера идеализма и устремленности в будущее. Ее создали прежде всего лидеры общественного мнения тех дней – позднесоветская интеллигенция, жаждавшая демократизации и сближения с Западом.

Путинский режим делает все, чтобы сократить число потенциальных, как выражаются социологи, “агентов перемен”, заставляя их уезжать из страны. Масштабы отъезда оценить трудно, но они, очевидно, гигантские по сравнению с советским временем. “Утечка мозгов”, с точки зрения Путина – одна из гарантий стабильности и, что становится с каждым днем все важнее, преемственности режима после его, Путина, ухода из Кремля.

Сегодня более реальной выглядит либо операция “Преемник” с уходом Путина на покой и постепенной трансформацией, либо острый конфликт внутри элит.  В социальный взрыв, спровоцированный тяжелым экономическим положением, я не верю: какая-никакая рыночная экономика плюс экспорт углеводородов не даст людям умереть с голоду, а Запад никогда не введет против Кремля такие санкции, которые могут спровоцировать, например, крах Сбербанка или остановку жизненно важных производств. США и ЕС не сделают этого именно из-за боязни хаоса в стране со вторым в мире ядерным арсеналом.

Получается, что сегодня Кремль использует два реально сохранившихся достижения антикоммунистической и антиавторитарной революции 1991 года в качестве инструментов сохранения авторитарного режима, который буквально на глазах превращается в откровенную диктатуру.

Не нужно терять надежду, но стоит запастись терпением. Движение России к свободе и достоинству идет по схеме “два шага вперед – один шаг назад – пауза – два шага вперед – один назад”. Когда-то это приведет к необратимым переменам в стране и обществе. И только тогда революция 1991 года займет подобающее ей место в российской истории.

Важно:  Цена обнуления и алюминия
Российский журналист Константин Эггерт для "Немецкой волны"
Поделитесь.

Оставьте комментарий