Региональная децимация. Как Путин будет укреплять свою власть после думских выборов

Через неделю после послания президента РФ Владимира Путина Федеральному Собранию, преимущественно касавшегося внутренней политики, российское правительство дало понять, каким образом будут воплощаться в жизнь задумки хозяина Кремля.

Один из механизмов укрепления власти Путина — это административная реформа.

Вице-премьер РФ Марат Хуснуллин на круглом столе с пространным названием “Дом, дорога, среда обитания: сценарии развития, вызовы, ожидания, риски” сообщил, что админреформа будет заключаться не в предоставлении субъектам Федерации большей политической и экономической свободы, а в их сокращении посредством объединения российских регионов. Чиновник так прямо и заявил: “Нам 85 регионов не нужно”. А не нужно, потому что есть бедные регионы, есть богатые (за счет нефтедоходов) и это несправедливо”.

Но с несправедливостью в Москве собираются бороться не инвестициями и программами поддержки, а перекладыванием проблем бедных регионов на плечи тех, кто при деньгах. И, со слов вице-премьера, правительство планирует заняться этим осенью — после выборов в Госдуму.

Вторая причина заключается в чрезмерном количестве представителей местных властей, которые также тянут деньги из бюджетов на свое функционирование. Хуже того, порой среди этих местных чиновников встречаются недовольные политикой Центра.

Своими размышлениями Хуснуллин подорвал информационное пространство, разбередив старые “региональные” раны. Вскоре представитель вице-премьера заявил в комментарии РБК, что, мол, ничего такого не было: правительство не работает ни над никакими идеями по объединению регионов, а его шеф, т.е. Хуснуллин, проговаривал сугубо варианты развития городов. Что, впрочем, прямо противоречит цитате “нам 85 регионов не нужно”.

В связи с чем создается впечатление, что вбрасывание в информпространство уже обсуждавшейся концепции укрупнения регионов является прощупыванием почвы с целью выявления и отбраковки “бунтарей” на местах.

Провал в Архангельске

Административная реформа в том виде, в котором ее предлагает провести Кремль, радикально снижает влияние и возможности местных элит, усиливает конкуренцию и с большой долей вероятности усугубит этнические разногласия, когда субъекты федерации пойдут под нож.

Последний пункт Кремль если и тревожит, то в куда меньшей степени, нежели нынешний рост социальной протестной активности. Пиковые его значения наблюдались во время акций на Дальнем Востоке — в Хабаровском крае — в поддержку губернатора Сергея Фургала, а также после приговора Алексею Навальному.

Путин стремится минимизировать (а еще лучше — полностью устранить) угрозу, исходящую из регионов, живущих намного хуже, чем Москва. Примечательно то, что это не первая админреформа в России, которая проводится при Путине.

В 2003 г. он запускал реформу под лозунгом ослабления регулирования и ограничения вмешательства государства в экономическую деятельность регионов.

Но это было задолго до Мюнхенской речи, когда Путин четко обозначил возвращение к лекалам Советского Союза и риторике осажденной крепости. Сейчас наблюдается полный отказ от планов, озвученных им 18 лет назад. И подготовка новой админреформы на самом деле началась намного раньше, чем протесты в том же Хабаровске. Они просто актуализировали эту тему.

К примеру, в 2019 г. ученые МГИМО, известного инкубатора советских и российских шпионов, Игорь Окунев и Петр Осколков опубликовали статью об административной реформе, базирующейся, якобы, на масштабном социологическом исследовании, проводившемся на территории всей страны.

Если проанализировать эту работу, то становится понятно, что их задача заключалась не столько в том, чтобы рассмотреть все риски сокращения количества субъектов федерации, сколько в том, чтобы оправдать проведение новой административной реформы, поскольку существующая модель, уходящая корням в 1920—гг., себя не оправдала.

В статье приводятся результаты соцопросов, включая прямые цитаты респондентов (чиновников, активистов, политиков, журналистов), которые в комплексе призваны убедить публику, в первую очередь госаппарат, в крайней необходимости сокращения количества регионов. Схожие доводы, явно основанные на этой работе и других подобных, и сформулировал Хуснуллин. Это вопреки тому, что у руководства РФ на руках есть крайне неудачный проект по слиянию Архангельской области и Ненецкого автономного округа.

НАО — это так называемый регион—”матрешка”. Он входит в состав Архангельской области, но сохраняет самостоятельность.

При этом НАО, где проживают менее 50 тыс. человек, чувствует себя намного лучше, чем вся область, поскольку на его население в 2019 г. пришлось 23 млрд рублей дохода, в то время, как Архангельская область, где проживает почти миллион человек, в том же году заработала 108 млрд рублей.

Естественно, ни Москву, ни руководство области такой расклад не устраивал, ведь за счет нефтедолларов НАО они могли бы решить проблемы всего региона не за счет центрального бюджета.

Потому и был запущен процесс слияния областей. Для чего заранее руководителями двух субъектов были назначены выходцы из силовых ведомств Александр Цыбульский и Юрий Бездудный. Первый — выпускник Военного университета Минобороны РФ, служивший в ВС до 2005 г. — сперва получил пост губернатора НАО, а в апреле 2020 г. стал врио губернатора Архангельской области. Второй же 20 лет прослужил в органах госбезопасности, став впоследствии преемником Цыбульского в НАО.

И уже 13 мая эти случайные для региона люди подписали меморандум об объединении области и автономного округа.

Правда, Москва и ее “агенты” не учли фактор мнения общества на этот счет. А оно, в первую очередь в НАО, было настроено резко против объединения.

Как результат — провал “силовиков” на этом направлении и публичный отказ (скорее всего временный) от планов поглощения НАО Архангельской областью.

Плюс, что немаловажно, НАО стал единственным регионом РФ, где большинство избирателей проголосовали против поправок к конституции, “обнуляющих” сроки Путина.

Николаевский регресс

В Москве так просто сдаваться не намерены, поскольку “размытые”, послушные регионы — залог безоблачного (в случае дожития) правления Путина вплоть до 2036 г., которое ему обеспечили поправки в конституцию, заявленные им во время прошлогоднего послания к Федеральному Собранию.

Его послание к Федеральному Собранию в этом году, несмотря на некоторую пресность, на самом деле не менее значимо, нежели прошлогоднее. Оно его дополняет. Это следующий этап выстраивания еще более жесткой вертикали власти.

Один из механизмов — это сокращение количества регионов, а вместе с ним — фильтрация местных элит и сужение их пространства для маневра.

Второй — это фактический их подкуп. Делать это Путин планирует с помощью “бюджетных” и “инфраструктурных” кредитов, о которых он долго и нудно рассказывал 21 апреля. Суть же такова, что на казенные плюшки смогут рассчитывать лишь те, кто не накопил долгов и проводил вменяемую финансовую политику.

На самом деле, однако, речь идет не о финполитике, а о лояльности. Отказ РФ от агрессивной внешней политики, который мог бы постепенно привести к стабилизации ситуации, даже не обсуждается. Следовательно, местные “феодалы” должны понимать, что денег будет все меньше и меньше. И если хотят получить свою долю, им придется убедить Кремль в своей преданности.

Таким образом, Путин фактически идет по стопам Николая I, предлагая обывателю якобы реформу, призванную улучшить экономическую ситуацию в стране, но де-факто являющейся лишь имитацией реформы, которая реализуется сугубо для укрепления власти самого Путина. 

Источник: Деловая столица


Поделитесь.