Вирусологические авианосцы. Как гонка вакцин стала чистой политикой

Не так страшна пандемия, как борьба с ней, и за раздел мира на сферы антиковидного влияния

В Нидерландах и Дании в минувшее воскресенье прошли массовые акции протеста против жестких ограничительных мер, которые должны остановить или хотя бы замедлить распространение COVID-19. Такие вспышки недовольства происходят все чаще, и это случается по всему миру. Безысходность ситуации, отсутствие лекарств и вакцин и обременительность карантина, посадившего горожан под домашний арест, порождают соблазн отрицания пандемии. Но, ковид, увы, существует, и вдобавок мутирует, порождая новые варианты болезни. Ни достаточно эффективных, без серьезных побочных эффектов, лекарств, ни доступных и надежных вакцин пока нет. Вирус лидирует в гонке с человечеством.

Кипящее недовольство делает вопрос о вакцине скорее политическим, чем медицинским. Потребность в средстве, способном обуздать вирус и, хотя бы отчасти, вернуть жизнь в привычное русло, или хотя бы в надежде на скорое появление такого средства день ото дня растет.https://www.youtube.com/embed/mwKl_QUvNqM?rel=0&showinfo=0

Больше чем просто вакцина

В Украине с этим все обстоит точно так же, как и во всем мире.

Три месяца назад президент Владимир Зеленский, в ходе интервью четырем телеканалам, анонсировал производство украинской вакцины. По словам Зеленского, она была разработана примерно за полгода и в тот момент проходила тестирование.

“Мы не можем говорить обо всем, потому что должны пройти клинические исследования, и это правда, не имеем права. Она, скажу правду — уникальна. Это не пафос и не популизм. Она уникальна, потому что не такая как другие. У нас есть материалы, исследования велись, но не на людях, впрочем, велись. Я не могу говорить сегодня о сроках, но в любом случае вы должны понять наш подход: несмотря на нашу украинскую вакцину, если у кого будет подтверждена вакцина ранее, мы будем закупать, в любом случае”, — заявил тогда Зеленский.

Прошло три месяца, и о результатах клинических испытаний ничего не слышно. Правда, Зеленский, как многоопытный политик, оговорился в октябре, что, мол, о сроках говорить не может. Но какие-то, пусть промежуточные, результаты должны были быть получены? Где они и что показали: провал или надежду? Когда украинская вакцина завоюет мир и как она будет называться? Вероятно, “Квартал-XCV”, по аналогии с российским “Спутником-V”?

Словом, об украинской вакцине не слышно ни звука, ни писка. Хотя, зная твердость слова нашего президента, нет сомнений в том, что вакцина стоит в листе ожидания, чуть позади зарплаты учителей в 4000 евро. Нужно просто немного подождать.

Что касается закупок вакцин, то и они пока только в планах. Украина нацелилась было на китайский CoronaVac, но ситуация со сроками его поставок пока не прояснилась. Эффективность CoronaVac в 3-й фазе клинических испытаний в Бразилии, Индонезии и Турции составила 50,38%. Это маловато с индивидуальной точки зрения, но с точки зрения коллективного иммунитета массовое прививание даже такой вакциной имело бы смысл. Некоторое количество удачно привитых граждан способно фрагментировать цепочки заражений, которые будут прерываться на них. Так что 50,38% эффективности еще далеко не провал.

Провал – это 8% эффективности вакцины AstraZeneca для пожилых людей, о чем сообщили сразу два издания, Handelsblatt и Bild со ссылкой на источники в правительстве Германии. Правда, информация оказалась фейковой. Но выпустить “джинна 8%” в информационное пространство было проще, чем загнать его обратно в небытие, так что имиджевый провал для AstraZeneca налицо.

Война обещаний и предзаказов

Следом за ударом по AstraZeneca в Германии, в Великобритании был нанесен удар по вакцине Pfizer. The Guardian написала, что однократная доза Pfizer может быть эффективна только на 33%. Главный врач Англии (старший правительственный советник по вопросам медицины) Крис Уитти, обычно непробиваемо спокойный, был взбешен, и назвал отчет The Guardian “полной ерундой, которая может поставить под угрозу применение вакцины”.

Но с процентами эффективности и продолжительностью иммунитета, а также со способностью вакцин поддерживать иммунитет против мутирующих вариантов коронавируса все действительно обстоит очень непросто. Объективная информация о вакцинах изначально неполна и неоднозначна, уже потому, что они находятся в стадии испытаний. Конечная цифра эффективности может выводиться разными методами. Количество побочных эффектов и степень их тяжести разработчики не афишируют, а, конкуренты, напротив, раздувают каждый подозрительный случай. В итоге, информация, не очень-то доступная среднему потребителю контента изначально, оказывается еще и погребенной под слоями дезинформации и просто информационного шума. Никогда раньше на нашей памяти информационная война на фармацевтическом рынке не была столь острой.

Это не удивительно. На волне коронавирусной паники, раздутой, во многом, искусственно, поскольку смертность от коронавируса все-таки не столь велика, чтобы обосновать глобальные локдауны исключительно медицинскими соображениями, без политической составляющей, вакцины против COVID-19 играют ту же роль, какую полвека назад играли авианосцы, зарубежные военные базы и ядерное оружие. А также и торговля оружием со странами, неспособными произвести его самостоятельно. Привязка поставкой вакцин будет действовать, пожалуй, еще сильнее, чем оружейная. Наконец, во внутренней политике наличие вакцины важно для стабилизации находящегося на грани взрыва общества. Оно способно дать ему ощущение безопасности, ложное, с точки зрения медицины, но необходимое политически как противовес паническим настроениям.

Агрессивное ковид-диссидентство, которое то и дело выплескивается на улицы, является, по сути, защитной психологической реакцией, возникающей в противовес ковид-алармизму. Столкнувшись с последствиями карантинов и локдаунов, граждане боятся ужесточения карантинных мер едва ли не больше самой болезни. И это правильно, поскольку разорение и нищета, по большому счету, страшнее, чем болезнь и смерть. Столкновение двух страхов порождает нешуточные социальные и психологические деформации, и этот процесс набирает силу. Развитые страны и большие города, как места с наибольшей насыщенностью информацией, откровенно идут вразнос — а именно они в наибольшей мере влияют на мировые процессы. Тот, кто в этих условиях, сможет поставить на рынок действующую вакцину, обретет огромную власть над миром.

Но поставка вакцины включает не только ее создание. Это, прежде всего, ее пиар. Это договора о готовности ее приобрести. Это массовое производство без потери качества. И, поскольку с самими вакцинами все обстоит пока сложно, на мировом фармацевтическом рынке развернулась лютая война за предзаказы того, что еще не создано или не отработано до конца. По сути, это конкуренция торговцев надеждой на выход из кризиса.

Медицинский аспект

А как обстоят дела с самими вакцинами и с идеологией их применения?

Объективная информация о вакцинах, как уже было сказано, труднодоступна ввиду большого потока дезинформации и минимума реальных сведений в открытой печати. Общая картина, тем не менее, видна довольно отчетливо. Вакцины, комфортной для конкретного прививаемого, то есть, способной предохранить его от заражения с вероятностью 70-80% и выше на срок от года и более, приемлемой по цене, доступной для применения в плане доставки, хранения и объемов производства и несущей минимальный риск побочных эффектов, способных угрожать жизни или нанести непоправимый вред здоровью, сегодня нет. Более того, такой вакцины не видно и в обозримом будущем. С лекарствами, доступными массово, все обстоит так же.

Вместе с тем, разработка вакцин ведется с огромной интенсивностью. Гораздо большей, к слову, интенсивностью, чем разработка лекарств от ковида, что указывает на соотношение трудности задач. Клинические испытания на людях проходят уже 63 вакцины. Еще 172 проходят доклинические испытания. Десятью вакцинами уже делают прививки в массовом порядке. Это Comirnaty, производитель Pfizer / BioNTech, (США, Германия); mRNA-1273, производитель Moderna (США); Convidecia, производитель CanSino (Китай); Sputnik V, производитель Gamaleya (Россия); AZD1222, производитель Oxford-AstraZeneca (Швеция, Великобритания); BBIBP-CorV, производитель Sinopharm (Китай); Covaxin, производитель Bharat Biotech (Индия); CoronaVac, производитель Sinovac (Китай); Sinopharm-Wuhan, производители Wuhan Institute of Biological Products, Sinopharm (Китай); EpiVacCorona, производитель Vector Institute (Россия).

Излишне говорить, что каждый из производителей расхваливает свой продукт и не упускает случая уколоть конкурента, слив в СМИ неблагоприятную информацию.

Что касается тактики вакцинирования от COVID-19, то личная безопасность прививаемого и эффективность каждой отдельной прививки ушли на задний план. Задача разорвать цепочку заражений стала, по сути, единственно важной. Это позволяет снизить требования к вакцинам в плане как их безопасности, так и эффективности. 

Источник: Guildhall


Поделитесь.