Беларусь. Хуже, чем преступление

Почему политика Украины в отношении Беларуси – это полный провал, и как этим воспользовалась Россия

Как это часто бывает, суть и смысл беларуских событий в той части, в которой они касаются Украины, заглушены множеством деталей, воздействующих на эмоции, но не несущих смысловой нагрузки.  Попробуем разобраться, что в действительности происходит в Беларуси, начав с вычитания из рассмотрения всей лишней информацию.

В частности, мы не будем сейчас обсуждать жестокость силовиков Лукашенко, хотя они и действуют очень жестко. Не будем говорить о страданиях рядовых беларусов, вышедших на протест, или попавших под раздачу случайно.

Не будем заниматься подсчетами, сколько беларусов поддержало Майдан в 2014 году, сколько воевало на стороне ОРДЛО, и сколько поддерживают Лукашенко в действительности – а не в воображении как Лукашенко, так и его оппонентов.

Мы будем рассуждать сугубо прагматично, в духе абсолютно аморальной и неэмоциональной Realpolitik, исходя исключительно из практических интересов всех участников беларуских событий «здесь и сейчас».

Нам же при этом важны украинские интересы – в первую, вторую и далее, по списку, вплоть до последнего его пункта, очередь. Ничьи интересы кроме украинских не должны нас интересовать. Украина не в том положении, чтобы заниматься благотворительностью.

Для того, чтобы прояснить ситуацию, очистив её от информационного мусора, зададимся рядом вопросов.

Итак, вопрос первый: каков наиболее нежелательный для Украины результат нынешних протестов в Беларуси?

Вопрос второй: каков наиболее желательный результат этих протестов для России?

Очевидно, что ответ на оба вопроса совпадает: наиболее нежелательный для Украины и желательный для России результат протестов – это максимальное сближение Москвы и Минска, максимальное отдаление Минска от Киева и максимальная изоляция Минска от остального мира.

Под «Минском» мы понимаем любую власть, усидевшую в Беларуси – либо Лукашенко, либо ту, которая может, хотя бы в теории, прийти ему на смену.

Пойдем дальше. Зададим ещё три вопроса. Итак, третий вопрос: был ли Лукашенко до минских событий пророссийским и антиукраинским политиком?

Четвертый: стали ли Лукашенко более пророссийским и антиукраинским сейчас?

И пятый: можно ли назвать пророссийскими (и, соответственно, антиукраинскими) его нынешних оппонентов?

При этом, тратить время на доказательство того, что любой пророссийский политик является априори антиукраинским, а любой проукраинский –антироссийским (обратное, к слову, неверно в обоих случаях) мы не будем. Ввиду очевидности этих положений.

Вне всякого сомнения, Лукашенко, до минских событий не был последовательно пророссийским политиком. Он лишь «вращался на российской орбите», подобно мухе, летающей кругами вблизи от интересующего её продукта. Муха не поддерживает никого, кроме себя, любимой, и не является ничьей сторонницей. Она лишь питается искомым продуктом, а также использует его как среду, в которую можно комфортно отложить яйца, и которым затем смогут питаться вылупившиеся из них личинки.  На этом интересы мухи исчерпываются. Ровно таким же, сугубо прагматичным, был интерес Лукашенко к России до событий в Минске. Это очень раздражало Кремль, где отлично понимали, за что их держит Александр Григорьевич.

Но на волне протестов ситуация кардинально изменилась.

Лукашенко, и так имевший неважную репутацию на Западе, получил яркий и предельно актуальный имидж жестокого негодяя и психопата, заслужившего суд в Гааге. Это действительно так, но это было известно и раньше любому вменяемому наблюдателю за событиями в Беларуси, хотя и оставалось в тени.  Сам Лукашенко за время, прошедшее после выборов, давших старт протестам, ни на йоту не изменился. Изменились только внешние обстоятельства, в которых он действует.

Образно говоря, если «муха» – Лукашенко ранее могла с громким жужжанием летать вокруг России кругами, лишь изредка присаживаясь на неё, чтобы откусить кусочек вкусненького, то теперь эта же муха, опасаясь быть прибитой, вынуждена ползать по поверхности России, и не рискует взлетать. Иными словами, внешняя политика Лукашенко вынужденно станет рептильно-пророссийской, и, как следствие, максимально антиукраинской.

Его внутренняя политика будет починена выживанию у власти, решая две задачи: подавление протестов – любыми средствами, причем, судя по всему, беларуский диктатор готов зайти на этом пути сколь угодно далеко – раз, и поиск внешней поддержки – два. Этим и пользуется Москва, предоставляя Лукашенко такую поддержку, и привязывая его к себе ещё сильнее.

Кредит, встреча с Путиным, заявления Путина по Беларуси, позиции официальных российских СМИ, поддерживающих «законность» (напомню, что германские концлагеря были абсолютно законным явлением, так что «законность», как таковая – штука крайне скользкая) и рептильной российской «оппозиции», также ратующей в принципе за «порядок и законность» но осторожно осуждающей Лукашенко, и даже, время от времени, хотя и со множеством оговорок, сочувствующей «народу» (реальной, хоть сколь-нибудь влиятельной оппозиции в России не существует в принципе) – лишь инструменты этой привязки.

Это набор гаечных ключей разного размера, используемых с одной целью – для прикручивания Беларуси к России, хотя российская игра и идет на обоих сторонах условной «баррикады».

Устраивает ли это Лукашенко?  Нет, нынешнее положение дел для него крайне невыгодно и неудобно. При первой возможности он попытается отыграть ситуацию назад, вернув предыдущий статус-кво, в той степени, в какой это будет возможно. В Москве это понимают, и будут всячески способствовать дальнейшей изоляции Лукашенко. Москве выгоден «не летающий» и «не жужжащий» «Батька».

А что у нас с оппозицией Лукашенко? А с ней всё обстоит просто – она вся абсолютно и безоговорочно пророссийская. Нет никаких оснований думать иначе – ни единого, судя как по заявлениям, так и по биографиям её лидеров. Ни о чем, кроме дружбы-братства-мира-жвачки с Россией эти лидеры вообще не говорят. При этом, они скрываются от репрессий беларуских властей на Западе и пользуются западной информационной поддержкой.

Это порождает шестой вопрос: а какова реальная позиция политиков Запада относительно беларуских событий?

Позиция эта обращена, прежде всего, к западному избирателю. На Западе всем наплевать на то, что Лукашенко делает с беларусами. Там исходят из того, что, если беларусы это терпят и играются в мирные протесты, а не выступают с оружием в руках – значит большинству из них Лукашенко нравится. И это единственно верный подход, поскольку, когда народ действительно не желает мирится с диктатурой,он очень быстро находит возможность вооружиться – вплоть до вылущивания экипажей из танков, брошенных на подавление бунта, после чего диктатура слетает в течение нескольких дней максимум. Но Западу такой сценарий не нужен, поскольку у него куча своих проблем – начиная с немирных протестов на самом Западе.

В самой Беларуси для такого сценария тоже нет сегодня ни малейших предпосылок, что Запад полностью устраивает. Но западные политики предпочитают при этом слегка перестраховаться, чтобы не допустить появления таких предпосылок и в дальнейшем.

Именно по этой причине Запад и поддерживает мирный характер протестов в БеларусиМирный – вот ключевое слово. Потому, что свержение любого, даже такого, как Лукашенко (а он омерзителен, надо признать –  хотя это уже эмоции), европейского диктатора ливийскими методами с черенком лопаты на финише подало бы сегодня очень соблазнительный пример жителям Западной Европы.

Многие европейские лидеры сильно запутались в розданных обещаниях и неоправданных ожиданиях, и балансируют на грани взрыва, но уже не мародерско-мигрантского, который, по сути, лишь сбрасывает напряжение и прививает обывателю любви к «законности и порядку», а настоящего, всерьез.  Да, для перехода от мятежа, который не может кончиться удачей в принципе, по причине своей неорганизованности, к успешной революции недовольным на Западе сегодня не хватает идеологической базы и организационного фактора. Но идеологическая база успешно вызревает в недрах BLM и традиционно-левых университетов, а массовиков-затейников для её практической реализации может при случае предоставить и Россия, как некогда ей самой их предоставили их Германия (Ленин и Ко) и США (Троцкий и Ко). Так что сегодня и фрау Меркель, и мсье Макрон почти физически ощущают в известном нежном месте тот самый черенок лопаты, на котором окончилась политическая карьера Каддафи – и это абсолютно оправданные опасения.

Поддерживая же мирный протест и его лидеров, Запад загоняет ситуацию в затяжной пат. Протесты мало-помалу выгорают. Места лидеров надежно заняты бессильными и трусливыми ничтожествами. Да, эти ничтожества пророссийские, но они нашли убежище на Западе. Это открывает возможности для торга с Москвой и полюбовного решения с ней беларуского вопроса.

Западу не нужна «независимая от России Беларусь», как не нужна и «независимая от России Украина». Западу нужно компромиссное пространство, лимитрофный буфер Беларусь-Украина-Молдова между ним и Россией, под совместным с Москвой управлением.  Москву такой вариант тоже устраивает. Спор идет только о дележе влияния, поскольку каждая из сторон претендует на контрольный пакет, и не согласна на меньшее. Но Россия упорнее, такой пакет ей объективно нужнее. Как следствие, она имеет лучшие шансы на победу в этом споре.

ze

Кстати, отвлекаясь немного в сторону: а какой вариант выгоднее для любой их этих трех стран: контрольный пакет на Западе или в Москве? Ответ: да никакой! И тот и другой варианты означают де-факто колониальную зависимость, экономическую сверхэксплуатацию и потерю собственной политической субъектности, если, конечно, вести речь о национальных интересах. Вот только политических субъектов, способных выражать такие интересы и имеющих шансы прийти к власти ни в одной из этих стран сегодня нет. Что дает законный повод говорить о трех failed states – но это отдельная тема.

Итак, позиции всех сторон конфликта внутри и вокруг Беларуси, кроме Украины, подробно разобраны. Очевидно, что Россия, в рамках изложенного выше, заинтересована в максимально плохих отношениях между Минском и Киевом, составляющих часть российского плана по взятию под контроль трех лимитрофных failed states. К слову, максимально плохие отношения между Киевом и Кишиневом тоже часть этого плана, но это, опять-таки, отдельная тема.

В рамках этого плана Москва распространяет информацию об “украинском следе” в минских протестах. Сляпанные топорно, и буквально из ничего, эти слухи в ситуации нормального информационного обеспечения главы государства не дали бы никакого эффекта. Но в условиях Беларуси они эффективны.

Причин тому две.

Во-первых, это личность Лукашенко. Как и большинство диктаторов, он уверен в своем величии, но при этом чудовищно необразован. По сути, Лукашенко застыл на уровне председателя колхоза из 70-х годов прошлого века, а подбирать себе хороших советчиков и выслушивать их советы неспособен по причине раздутого ЧСВ. Кроме того, Лукашенко – мозаичный психопат, что подтверждено официальным заключением психиатров ещё с середины 70-х.

А, во-вторых, действия Украины на беларуском направлении, крайне непродуманные, несамостоятельные и неудачные, укрепляют Лукашенко в уверенности, что Киев хотел его свержения.

И тут уже неважно, что ни реальных «украинских следов», ни даже намека на них нет и в помине, так что, даже теоретические рассуждения о том, что было бы, если бы украинское вмешательство все-таки случилось, неизбежно скатываются до уровня обсуждения статуса бабушки, у которой внезапно обнаружился известный дедушкин орган.

Что же до странной истории с ЧВК Вагнера, о которой пытаются сейчас говорить, как об «украинском следе», то она не имела ни малейшего отношения к поствыборным протестам, и не предполагала никакого участия беларуских властей. Беларусь выступала в ней лишь в роли страны-транзитера. Напомню, что вагнеровцы, нанятые для «охраны нефтяных вышек вахтовым методом» (для чего была создана специальная компания с реальными вышками!) должны были тихо-мирно сесть на чартер в Минске, который внезапно приземлился бы в Киеве. Сливать их Лукашенко под видом «российских диверсантов», заброшенных в Беларусь для совершения переворота Киеву (именно Киеву, а не внедренной в украинскую власть московской агентуре) не было ни малейшего смысла.

Зато российский след и в этом сливе, и в организации поствыборных беспорядков виден вполне отчетливо. В случае беспорядков он виден уже по их формальным лидерам. А ещё эти беспорядки объективно выгодны России, принцип же fecit cui prodest относится к числу юридических аксиом, проверенных опытом более чем двух тысячелетий.

Но Лукашенко сейчас внушают, что украинские следы есть, а ему в сложившейся ситуации комфортнее верить в эту версию. Лукашенко ведь не железный, он живой, уязвимый и не очень здоровый, как физически – тут сказывается возраст, так и психически, человек.

А что же Украина? Как она могла бы действовать, защищая свои интересы – и как действует реально?

Очевидно, что Украина в сложившейся ситуации была заинтересована поддерживать как можно лучшие отношения с любой беларуской властью. И с Лукашенко, лавирующим вблизи России, но избегающим тесной привязки к ней (муха летает, но садится лишь на мгновение) такие отношения были вполне возможны.

Самым разумным шагом Киева было бы сдержанное выражение сочувствия по поводу событий в Минске без явного предпочтения любой их сторон, но в сочетании с предложением посреднической помощи Лукашенко в мирном урегулировании ситуации, а беларуским оппозиционерам – права на убежище, при обязательном негласном условии прекращения их оппозиционной относительно Лукашенко, деятельности на весь период пребывания в Украине. Это позволило бы Киеву укрепить свои позиции на беларуском направлении, что было бы единственно верным политическим шагом.

Эмоциональные реакции: неприязнь к диктатору, жалость к пострадавшим беларусам и рассуждения о том, что «большинство беларусов против Лукашенко», не подтвержденные объективными данными, позволительны обывателю, но не государственному лидеру.

Но в Украине сегодня, как это ни печально, лидеров, мыслящих на государственном уровне, оттеснили от власти «нелохи», разбавленные, в соотношении примерно 50/50, прямой российской агентурой.

И Украину понесло по кочкам, в самом невыгодном для неё направлении. Все действия Киева в отношении Беларуси с момента начала беспорядков 9 августа – все до единого, без исключений, могут быть объяснимы либо сознательной изменой,совершенной по команде московских кураторов, либо полной деградацией всех органов украинской власти, некомпетентных и оторвавшихся от реальности, что много хуже, чем даже измена, поскольку с изменниками как-то бороться всё-таки возможно, а дураки, избранные во власть другими дураками, совершенно непобедимы. На практике же соотношение этих двух факторов, породивших общий украинский провал, вероятно, примерно совпадает с соотношением во власти нелохов и московских агентов, то есть, тоже примерно 50/50.

В итоге, все благоприятные возможности, которые Украина могла бы использовать в свою пользу, правильно отреагировав на беларуский кризис, нами безвозвратно упущены. Зато Москва сняла с кризиса все возможные сливки и бонусы – естественно, с максимальным ущербом для нас.

Остается последний вопрос: можно ли ещё хоть что-то поправить в безнадежно провальных для Украины отношениях с Беларусью? Выстроенных сегодня полностью по российскому сценарию исключительно в результате бездарных действий Киева.

Ответ звучит так: это было бы возможно, если бы в Украине была хоть сколь-нибудь вменяемая и компетентная власть. Но такой власти в Украине сегодня нет, притом, категорически, в той же мере, в какой у бабушки нет сами знаете, чего. Иными словами, на практике никто ничего поправлять не будет, и наше фиаско в отношениях с Беларусью окончательно. Как отдельный фактор, которым можно при случае уравновесить, хотя бы отчасти, давление России, эти отношения для Украины перестали существовать. Точка.

Но, рассуждая чисто теоретически, в том случае, если бы бабушки, сидящие на Банковой и в ВР, были хотя бы отчасти украинскими дедушками, эта, печальная для нас, ситуация до некоторой степени всё ещё поправима.

Когда протесты стихнут – а они скоро стихнут, усидевший Лукашенко – а он усидит, нерукопожатный на Западе и удушаемый в братских московских объятиях, будет крайне нуждаться в украинской поддержке. И умные украинские дедушки, если бы только они существовали во власти, уже сейчас начали бы разворачивать ситуацию в сторону предоставления ему такой поддержки. Уделяя первостепенное внимание готовности Лукашенко её принять.

Но умных украинских дедушек у нас во власти, повторяю, нет. Есть только умные российские дедушки, играющие за Россию, и есть глуповатые, не в тему кудахчущие и небрежно обращающиеся с огнем ничьи бабушки обоего пола.

Николай Ильченко

Источник: Newssky


Поделитесь.