После него хоть потоп: куда Путин ведет Россию

Путин закладывает фундамент для того, чтобы оставаться во главе России пожизненно. Но есть вопрос: а что произойдет со страной после него? Об этом пишет в своей статье для Project Syndicate российский журналист, руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского Центра Карнеги Андрей Колесников.

Президент России продемонстрировал истинные намерения своего режима. Изменив конституцию так, чтобы она позволяла ему оставаться президентом до 2036 года, он сбросил притворную маску демократической легитимности. Но ровно в тот момент, когда Путин сделал это, его режим начал выглядеть слабее, чем когда‑либо.

Десятки тысяч протестующих вышли на улицы Хабаровска, скандируя «Путин, уходи!». И они не в одиночестве. Хотя рейтинг поддержки Путина может показаться высоким, он низок по российским стандартам. 59−60 % — самый маленький показатель с октября 1999‑го, когда Путин был еще премьер-министром. И рейтинг вряд ли улучшится: проверенные методы российского президента по завоеванию поддержки теряют эффективность.

По РФ мощно ударила пандемия COVID-19, и речь идет не только о здоровье, но и об экономических последствиях. Экспорт нефти — главной опоры российской экономики — резко сократился, поэтому доходы госбюджета обвалились. В результате негласный пакт Кремля с населением — мы гарантируем вам базовое благополучие, а вы не жалуетесь — перестает действовать.

Путинский режим уже давно пытается отвлечь внимание общества от внутренних проблем, хвалясь своими внешнеполитическими победами и ведя неустанную борьбу с внутренней «пятой колонной».

Путинская аннексия Крыма в 2014 году стала воплощением его давних тактических приемов по завоеванию поддержки населения: ксенофобия, антизападная истерия, апелляция к славному прошлому. Его рейтинг поддержки резко подскочил, превысив 85%.

Для Путина иллюзия широкой общественной поддержки — важнее, чем сама поддержка. Проведенный 1 июля плебисцит по вопросу о поправках в конституцию имел мало практического значения. Поправки уже были ратифицированы Госдумой и региональными парламентами. Однако народное голосование позволило Кремлю заявить о том, что почти 78 % граждан РФ поддерживают эти изменения.

И он может сослаться на то, что 21% (согласно официальным цифрам) проголосовали против поправок, чтобы отмести множество обвинений (в том числе со стороны ЕС) в фальсификации и нарушениях при голосовании.

Высокая явка избирателей укрепляет эту видимость. Хотя очень многие участвовали в референдуме под давлением (они должны были отчитаться перед работодателями о том, что проголосовали), и этот факт в итоге может повредить Путину на региональных выборах в этом году, а также в 2021‑м, когда пройдут еще и выборы в федеральный парламент.

Активное применение Кремлем другой излюбленной тактики — увольнений и арестов идеологических оппонентов — также может ударить по нему бумерангом. За последние недели целью атак власти стали несколько журналистов, в том числе Светлана Прокопьева (оштрафованная за предполагаемое подстрекательство к терроризму) и Иван Сафронов (обвиняемый в измене). В квартире Петра Верзилова, издателя «Медиазоны», новостного сайта, освещающего злоупотребления в судебной системе России, было проведено несколько обысков.

А историк Юрий Дмитриев, чья работа, посвященная преступлениям Сталина, ставит под сомнение кремлевскую агиографию, был приговорен к тюремному заключению за сексуальное насилие в отношении малолетней.

Все это проверенная тактика, но при этом она прозрачна. Хотя лояльные сегменты общества ее одобряют, другие, в том числе и ранее лояльные избиратели, недовольны. Например, хабаровские протесты спровоцированы внезапным арестом популярного губернатора Сергея Фургала за его предполагаемую причастность к убийствам, совершенным в 2004—2005 годах, когда он работал в бизнесе.

Фургал — не либерал. Он член Либерально-демократической партии, являющейся частью «системной оппозиции» в Думе. Но он получил свой пост, выиграв на выборах у кандидата, которого поддерживал Кремль. С помощью его ареста Кремль, вероятно, хотел отправить сигнал региональным лидерам, которые могли попытаться заработать очки на провалах федеральной власти в ходе кризиса COVID-19. Но прогадал.

Да, конечно, хабаровские протесты сами по себе не представляют угрозы путинской власти. Их последствия будут ощутимы лишь в том случае, если они распространятся и на другие города, особенно на Москву. Тем не менее, они должны встревожить Кремль. В Хабаровске митингуют не только белые воротнички, как это обычно бывает. Те, кто вышел на улицы, ранее были частью социальной базы Путина. И они подают пример другим регионам.

У склеротичного режима Путина практически нет выбора, кроме как продолжать опираться на прежние методы. Линия между теми, кого Кремль поддерживает (миллионы офицеров правоохранительных органов и служб безопасности, лояльные олигархи), и теми, кого он не поддерживает, становится все более резкой.

Впрочем, нет явной политической или социальной силы, способной ускорить эрозию режима. Если и будет нанесен некий фатальный удар, его источник будет неожиданным. Так или иначе путинская стратегия сохранения власти любыми средствами никак не поможет решить множество проблем России. И остается вопрос: а что произойдет с системой после него?

Мы наблюдаем «франкоизацию» российского политического режима: Путин закладывает фундамент, чтобы оставаться главой государства пожизненно. Так же поступил и Франсиско Франко в Испании, утвердив в 1947 году закон о преемственности власти. Однако пока Европа богатела в послевоенную эпоху, Испания под властью сонного режима Франко атрофировалась одно десятилетие за другим. Путин, похоже, может достичь такого же уровня инерции — и в политике, и в экономике, и в общественной жизни.

Но Франко хотя бы подумал о преемнике. Благодаря запланированному восстановлению монархии после его смерти на трон смог взойти король Хуан Карлос. Путин же ведет Россию в тупик. Ведь он не может вернуть назад царя. И поэтому он просто откладывает на потом проблему преемственности власти. Après lui, le deluge (После него хоть потоп).

Источник: Информационное сопротивление


Поделитесь.