Сергей Ильченко: ШПИОН В РОСКОСМОСЕ. КАК ДЕЛО “РЕПОРТЕРА-ПРЕДАТЕЛЯ” САФРОНОВА ИЗМЕНИТ РОССИЙСКУЮ ЖУРНАЛИСТИКУ

Все неприятности в эпоху СССР случались только на Западе. А вот в соцлагере был полный порядок, и все потому, что лагерные СМИ знали свое место

“Необходимо помнить и никогда не забывать, что капиталистическое окружение является основным фактом, определяющим международное положение Советского Союза. Помнить и никогда не забывать, что пока есть капиталистическое окружение, – будут и вредители, диверсанты, шпионы, террористы, засылаемые в тылы Советского Союза разведывательными органами иностранных государств, помнить об этом и вести борьбу с теми товарищами, которые недооценивают значения факта капиталистического окружения, которые недооценивают силы и значения вредительства”. И.В. Сталин. Из доклада “О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников” на февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 г.

“Шпионов, диверсантов и вредителей уничтожим до конца!”

В Москве по статье “государственная измена” арестован и помещен в СИЗО советник главы “Роскосмоса”, бывший спецкор “Коммерсанта”, входивший в кремлевский пул журналистов Иван Сафронов. Он обвиняется в работе на чешскую разведку. Как сообщил Центр общественных связей ФСБ РФ, Сафронов “собирал и передавал ее представителю составляющие государственную тайну сведения о военно-техническом сотрудничестве, обороне и безопасности Российской Федерации”.

Уже известно, что обвинения не касаются работы Сафронова в “Роскосмосе”, куда он поступил около двух месяцев назад и где занимался вопросами внутренней информационной политики корпорации и входящих в нее предприятий, а также курировал “некоторые спецпрограммы”. Статья УК ему светит именно за деятельность в “Коммерсанте”. Из издания Сафронова уволили 19 мая 2019 г. по требованию акционера Алишера Усманова. По слухам –  из-за публикации статьи о возможной отставке председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко.

Вскоре после увольнения Сафронова появилась информация о том, что одна из его статей, в которой со ссылкой на двух неназванных топ-менеджеров сообщалось, что Россия и Египет подписали контракт на поставку нескольких десятков российских истребителей Су-35, могла разглашать секретные сведения и, возможно, стала поводом для заявления США о том, что на Египет могут быть наложены санкции в соответствии с законом CAATSA “О противодействии противникам Америки посредством санкций”

Но уголовного дела в связи с публикацией возбуждено не было, а статью просто удалили с сайта.

И вот внезапно выясняется, что Сафронов – чешский шпион. При этом его делу с явной подачи властей пытаются придать максимальный резонанс. В этом, в частности, принимает живейшее участие такой монстр российской пропаганды как Владимир Соловьев. Одновременно к делу Сафронова подключилась и карманная российская оппозиция, шумно имитирующая наличие “иного мнения” с целью оттягивания на себя любой западной поддержки. Словом, все будет проходить максимально громко, хотя и без конкретного фактажа, поскольку дело будут рассматривать в закрытом режиме.

Люди, знающие Сафронова, в один голос отзываются о нем как о лояльнейшем властям журналисте. Впрочем, это и так очевидно, поскольку работать в рептильном “Коммерсанте” и быть принятыми в президентский пул могут только вернейшие из верных. Отмечается также, что, хотя дело возбуждено всего три дня назад, в нем уже целых семь томов. Это означает, что слежка за Сафроновым велась давно.

Дело Сафронова уже сравнили с делом Карины Цуркан, бывшего члена правления компании “Интер РАО”, обвиняемой в шпионаже в пользу то ли Молдовы, то ли Румынии, с целью организации продажи Молдове по заниженной цене Молдавской ГРЭС. К слову, дела Цуркан и Сафронова ведет один и тот же следователь – Андрей Креков из Следственного управления ФСБ.

Итак, что это? Как понимать всю эту историю? Успех чешских разведчиков, сменившийся успехом российских контрразведчиков? Или чистой воды имитация?

“Неустанно крепить бдительность, смыкая ряды”

Как уже было сказано, дело Сафронова будет слушаться в закрытом режиме, что затрудняет его критику по существу представленных доказательств. Известно лишь, что по делу проводятся обыски и у других журналистов. В частности, обыск прошел в квартире главного редактора журнала “Холод” Таисии Бекбулатовой, близкой знакомой Сафронова и соавтора ряда материалов, которая пока проходит по делу как свидетель. В ходе обыска были изъяты техника и телефонные сим-карты. Таким образом, не исключено, что ряды разоблаченной чешской агентуры расширятся.

Допрос Бекбулатовой проходил в закрытом режиме, без допуска адвоката по соглашению. По ее словам, она не может сообщить подробности допроса, будучи связанной подпиской о неразглашении, но чувствует себя нормально (тут, очевидно, сказывается привычка к жизни в России).

Возникает вопрос: имеет ли дело Сафронова хотя бы малейшие реальные основания? Либо, если оно полностью дутое, то какова его цель?

Разумеется, у всех адекватных людей отношение к России сегодня крайне предвзятое – то есть всякое сомнение толкуется не в пользу Кремля, а из всех возможных вариантов его действий самым вероятным считается тот, в котором Москва действует наиболее подло и бесчеловечно. Это единственно верный подход, многократно проверенный практикой – при недостаточной информации о происходящем он всегда дает максимум верных прогнозов. Однако попробуем отрешиться от него и прикинуть варианты совершенно непредвзято: мог ли Сафронов сознательно стать чешским шпионом? Вариант использования втемную тоже не исключен, рассмотрим и его.

Начнем с того, что с учетом насыщенности Чехии, как и вообще всех стран бывшего соцлагеря, советской/российской агентурой, как спящей, так и действующей, а также выведенной за штат, но мечтающей возобновить взаимовыгодные отношения, сотрудничество с чешской разведкой на территории России – очень плохая идея. Любой разумный человек (а Сафронов определенно не глуп) мало того что сразу откажется от такого предложения, так еще и напишет телегу в ФСБ о попытке вербовки, просто страхуя себя, исходя из того, что его проверяют и вся вербовка – чисто эфэсбэшная провокация. И в 99,99% это будет единственно верная линия поведения.

Таким образом, прямые контакты Сафронова с чешской разведкой можно смело отнести к области фантастики. Остается вербовка втемную, вероятнее всего – через российских знакомых. Но даже в этом случае работа с чешской разведкой выглядит абсолютно невероятной. Внедренные в нее советско-российские кроты сдали бы такую операцию еще на стадии замысла.

В связи с этим возникает и второй вопрос: хорошо, пусть даже Сафронов и был шпионом. Неважно чьим – он мог быть, например, гондурасским, исландским или сан-маринским агентом. Какую информацию он мог бы предложить своим нанимателям, будучи журналистом “Коммерсанта”?

Прямого доступа к закрытой информации у журналистов, если только они не используются для ее слива, как правило, нет – то есть чаще всего не журналисты предоставляют информацию спецслужбам, а наоборот, спецслужбы – журналистам. Это, к слову, стоит взять на заметку всем любителям журналистских расследований, “разоблачений Свинарчуков” и т. п. И можно даже допустить, что информация о планируемых поставках в Египет Су-35 как раз таким сливом и была. Но “Коммерсант” – не частное расследовательское агентство “Кисель из клюквы и Ко”. Редактор и юридический отдел потребовал бы от автора очень внятных объяснений об обстоятельствах  появления такого слива, и уж точно не удовлетворились бы легендой о “двух неназванных топ-менеджерах”. Вообще же история с этой статьей очень похожа на слив, сделанный в ходе внутрироссийской межведомственной борьбы, согласованный на самом высоком редакционном уровне.

Что же касается информации от журналиста к спецслужбам, то тут возможны доклады на основе анализа открытых источников и инсайдерской информации. В принципе, это не исключено, но очень уж маловероятно. Позиции Сафронова не позволяли ему регулярно поставлять информацию “о военно-техническом сотрудничестве, обороне и безопасности Российской Федерации”. Интересующиеся могут погуглить дело Пеньковского, чтобы понять, какие позиции позволяют поставлять значительные объемы такой информации, получаемой в основном по личным связям.

Итак, реальная шпионская карьера Сафронова не то чтобы исключена на все 100% – чтобы сделать такой вывод, нужно читать материалы дела, или, по крайней мере, присутствовать на судебном заседании, а они выведены в закрытый режим, – но крайне, крайне маловероятна. Настолько маловероятна, что этот вариант можно смело исключать из рассмотрения.

“Расстрелять, как бешеных собак”

Остается вариант сфабрикованного дела. Что говорит в пользу этого варианта?

Первое: фабрикация дел о “государственной измене” стала в России излюбленным инструментом власти для запугивания общества. Из последних новостей на эту тему: в Совете Федерации предложили ввести в российское законодательство “новые формулировки”, которые позволили бы пресекать “деятельность по дискредитации и срыву волеизъявления граждан”. Именно так, как “подрывную деятельность внутри страны вплоть до измены Родине”, истолковали сенаторы выступления противников внесения изменений в конституцию.

Тут надо сказать, что понятия “измена Родине” юридически не существует, это фигура речи, используемая для эмоционального воздействия на толпу. “Измена Родине” – эта все та же старая и добрая государственная измена, статья 275 УК РФ, до 20 лет лишения свободы. Именно о том, чтобы сажать противников инициатив, выносимых властью на голосование, на 20 лет, и идет речь.

“Парламентская газета” выдала целую подборку таких заявлений от членов Совфеда. В частности, сенатор Алексей Кондратьев, член рабочей группы, по мониторингу внешнего вмешательства в ход общероссийского голосования по поправкам, написал, что активисты, выступавшие против конституционной реформы, координировались из-за рубежа в рамках “четко спланированной кампании”. Если это будет доказано – а как умеют доказывать российские следователи в российских судах, общеизвестно – то статья 275 летит здесь буквально как с куста.

Второе. После наступления “эпохи гласности”, и в особенности после распада СССР российские СМИ не то чтобы стали свободными, но начали вытаскивать проблемы, ранее решавшиеся под ковром, на публичное обсуждение. Борьба за формирование общественного мнения приобрела открытый характер. СМИ перестали публиковать только выверенные и утвержденные точки зрения и превратились в инструменты соперничества различных группировок. Именно этому, судя по всему, в Кремле и намерены положить конец. Это та самая ситуация, которую предвидели в известном стишке перестроечных времен: “Товарищ, верь, пройдет она, Пора свободы, счастья, гласности. Но Комитет Госбезопасности Запомнит наши имена”.

Так вот, пора прошла. Добро пожаловать назад в СССР: отныне писать можно строго в рамках утвержденных пресс-релизов и методичек, творчески развивая, приукрашивая и популяризуя изложенные там идеи и мнения – и ни на шаг не отступая от них. Все внутри- и межведомственные разборки должны решаться строго под ковром, а в российское общество возвращается эпоха исторического оптимизма.

Суть этой эпохи в свое время очень доступно изложил Станислав Лем. “Известно ведь: человек не потому смеется, что ему весело, а потому ему весело, что он смеется, – написал он в “Ловушке Гарганциана”. – Когда все говорят, что дела идут хорошо, настроение сразу подымается”.

Разумеется, Лем был совершенно прав. Помимо того, что такая информационная политика сплачивает общество, находящееся в осаде врагов и круговой обороне, она еще и деморализует осаждающих, рисуя образ неприступной крепости, в которой все осажденные счастливы и веселы – по крайней мере до тех пор, пока их не посадят за госизмену.

Именно такой подход составлял основу советской информационной политики – и этот подход возвращают в оборот и сегодня. Критиковать, разумеется, было (и будет) можно – но только отдельные, кое-где еще встречающиеся недостатки. Совершенно не возбранялось в СССР и бичевать язвы западного общества – но такие бичеватели, с правом выезда за границы СССР для наблюдения язв на месте, составляли отдельную, весьма привилегированную касту. Все это сейчас и восстанавливается в полном объеме.

А чтобы российские журналисты быстренько вспомнили, что они никакие не искатели истины, не борцы за правду, не те, кто обеспечивает обществу “право знать”, а всего лишь солдаты партии, марширующие в едином строю и живущие по уставу, эту подраспустившуюся штатскую братию надо хорошенько встряхнуть, заставив по-быстрому вспомнить (или освоить с нуля, кто помоложе) четкое выполнение информационных строевых приемов. Именно ради этого и затеян процесс, выхлопом которого станет “баллада об измене”, исполненная Владимиром Соловьевым и прочими верными информационными генералами.  

Будет ли такой процесс единственным? Очевидно, нет. Часть российской пишущей публики, не поддающуюся перевоспитаю, придется, конечно, пересажать.  Но таких будет мало. Абсолютное же большинство все прекрасно поймет – и станет в общий строй.  

И на Великой и Прекрасной России настанут только хорошие новости.

Источник: Деловая столица


Поделитесь.