Сергей Климовский: Партия Медведчука заняла нишу коммунистов Майдан 2004 г. и связанная с ним тектоническая подвижка в сознании сделали партию «эсдека» Медведчука лишней, и она разбрелась кто куда. Протестный электорат ушёл из неё к «оранжевым» и «малиновому» Симоненко, просоветский умеренно консервативный разбрёлся по регионалам и коммунистам

Под чутким руководством «рядового» Медведчука партия Рабиновича и Бойко ОПЗЖ попала в ту нишу, которую в Украине до Майдана занимали коммунисты и которую они занимают в Беларуси и в РФ.

В политикуме всех трёх государств коммунисты были или остаются «оппозиционным» придатком к партии власти или маленьким пятым колесом в тачке. Английская формула XVIII в. «оппозиция его Величества», а не его Величеству, вполне передаёт эту функцию, если отбросить контекст Великобритании, где парламент после «Славной революции» постепенно свёл полномочия короля только к представительской функции. Когда в XIX в. это поняли, то появилась формула «Английская королева царствует, но не управляет», за что англичане её и любят. Королева для них такой же бренд, как для ирландцев святой Патрик, в честь которого они 17 марта опять напьются.

ОПЗЖ, в отличие от ирландцев, может напиться только с горя, поскольку бесполезна в политикуме Украине даже для Кремля. Разумеется, в Кремле не планируют отказываться от её услуг и в будущем. Но будущее самого Кремля весьма мутное, и скоро ему может быть не до Меведчука и компании. Впрочем, от этого данная компания ни с голода, ни с тоски не умрёт, поскольку она финансово обеспечена и самодостаточна, как и «покойная» КПУ.

ОПЗЖ со своим условно солидным рейтингом находится в той же ситуации, что и пророссийская партия «Согласие» в Латвии, с которой никто в коалицию в 2018 г. не захотел вступать. Не захотел, потому что токсичные. Притом, что они получили больше всех – почти 20% голосов при явке в 51%. Латыши могут резко расходиться по многим вопросам, но есть темы, в которых они едины. «Согласие» поддержал каждый десятый гражданин Латвии, но перспективы у них никакие. Даже, если к выборам будут допускать неграждан из числа потомков экс-советских колонистов, к чему и идёт. В 2019 г. Сейм принял закон, дарующий право гражданства всем детям неграждан, которые родятся в Латвии после 1 января 2020 г.

Московская пропаганда не знала, как на это реагировать: радоваться или печалиться. Поэтому реагировала по-английски сдержанно: просто факт, без комментариев и шквала эмоций. На России без шквала эмоций и мата редко удаётся обойтись, но тут пришлось. Пришлось, поскольку это вроде бы и победа, но с крупными слезами на глазах – латыши перестали опасаться колонизаторов. Законы о негражданах в 1990-ые в Латвии и Эстонии приняли потому, что аборигены были в численном меньшинстве. В Литве не приняли, так как русских в ней было меньше, чем венгров в Закарпатье. Москва четверть века жужжала о правах русского человека и «фашистах» в Латвии и Эстонии, писала кляузы в ЕС и ООН и чуть не произнесла слово апартеид. Но там вежливо не шли у неё на поводу, поскольку знали реальную ситуацию.

Теперь в Латвии пришёл конец «апартеиду», но радости у Москвы нет. Москва попала в ту самую ловушку, что и Лондон в Ирландии, когда занялся её системной колонизацией. В XVIII-XIX вв. правительство Великобритании мучилось вопросом: как так получается, отправляем в Ирландию чистокровных англичан, а они через какое-то время становятся англоязычными ирландскими националистами. В итоге Лондон отказался от своих идей с автономией для Ирландии и согласился с её полной независимостью.

Исходное отличие в обоих случаях в том, что ирландцы уже с XIII в. сами завлекали из Англии колонистов и разных оппозиционеров, особенно католиков, и даже вмешивались в её внутренние дела, хотя и меньше, чем шотландцы. В итоге Лондон занялся ирландцами надолго и всерьёз. Ничего подобного не было между латышами и эстонцами с Москвой. В отличие от литовцев, они в осаду её не брали, и не втыкали копья в ворота Кремля. Царей на Москве они тоже не меняли, за исключением 1918 г., когда латышские стрелки помогли Ленину удержать власть.

Теперь Москва стоит перед фактом – латыши окончательно перестали опасаться её экспансии из нутрии, и в тот самый момент, когда они настойчиво говорят о реальности её экспансии из вне. Рейтинг партии «Согласие» не пугает латышей, поскольку у той есть лишь одна перспектива, – политическая смерть, тихая или шумная. «Согласие» поддержит военное вторжение РФ в Латвию и будет шумно запрещена навсегда. Если вторжение не произойдёт, то «Согласие» будет тихо умирать со скоростью прямо пропорциональной упадку РФ, старению его базового электората и переменам в политикуме и быте Латвии.

«Согласие» достигло предела своего роста в 2018 г. и впереди только спад. Партия «За жизнь» Рабиновича, Бойко, Медведчука и Королевской в 2019 г. тоже близко подошла к своему пределу. Она никогда не станет правящей партией.

В том числе и потому, что «Как вы яхту назовёте, так она и поплывёт», если ударятся в мистику и другие сакральности, почитаемые на России. «Яхту» назвали «Оппозиционная платформа», поэтому и будет она вечно «плавать» в море оппозиции. «Оппозиционный блок» отплавал очень быстро, коммунисты и Витренко плавали дольше, потому, что не написали на своих бортах слово «оппозиция». У жуликов и бандитов из «русского мира» вполне логичная страсть к присвоению и монополизации хороших и светлых слов. Вот и недавно созданную крайне имперскую и воинственную партию Прилепина в РФ назвали претенциозно «За правду». Была когда-то газета «Правда», но почила в бозе, а разные «Таймсы» достигают двухсотлетий и без госфинансирования.

В 2014 г. после падения тирании Януковича слово оппозиция, как обычно в таких случаях, стало очень хорошим и почти святым, как и слово Майдан. Минюст сразу полуофициально предупредил, что новых партий с названием Майдан и производных от него регистрировать не будет принципиально. Будет бесконечно находить технические причины для отказа. Слова оппозиция это не касалось, почему вся контрреволюционная рать и назвала себя Оппоблоком.

Могли бы назваться и блоком «За наш Майдан», подобно тому, как они стали кричать «Слава Донбассу», калькируя «Слава Украине», в чём до 2014 г. замечены не были, так как слова «слава» и «ганьба» считались «бандеровскими». Но Минюст такие названия запретил.

Эти персонажи, срочно назвавшись Оппоблоком, вновь доказали, что их истинные цели и взгляды таковы, что лучше их прикрыть каким-нибудь популярным и хорошим словом, подобно тому, как большевики долго маскировались словом социал-демократы. Только после захвата власть они стали постепенно раскрывать обман и признаваться, что они не социалисты, а коммунисты, чем вызвали удивление даже в своих рядах.

Слово коммунист в Европе после революции 1848 г., считалось не очень хорошим, особенно в Великобритании. Демократы и социалисты обвиняли их в желании согнать людей в казарму из «Утопии» Томаса Мора, причисленного в 1935 г. Ватиканом к лику святых за верность католицизму. Энгельс даже предлагал Марксу отказаться от этого слова или хотя бы называться коммунистами-демократами. Тот сначала не согласился, но затем жизнь его заставила. Реанимировал это слово Ленин, чем вынудил Чапаева решать: он за большевиков или за коммунистов.

Обратную эволюцию от слова коммунист к слову социал-демократ проделал в 1990-ые Медведчук, когда возглавил Социал-демократическую партию объединённую, в которой свадебным генералом был Кравчук. В этой ипостаси он вместе с КПУ на рубеже веков успешно занимал нишу «оппозиции его Величеству» Кучме. Настолько успешно, что был у него советником, пока Кучма не назвал своим преемником Януковича.

Майдан 2004 г. и связанная с ним тектоническая подвижка в сознании сделали партию «эсдека» Медведчука лишней, и она разбрелась кто куда. Протестный электорат ушёл из неё к «оранжевым» и «малиновому» Симоненко, просоветский умеренно консервативный разбрёлся по регионалам и коммунистам. Часть, как и сам Медведчук, ушла «на диван», и на хозяйстве остался лишь зиц-председатель Кравчук.

Лишней она стала, прежде всего, потому, что исчез старший партнёр – партия Кучмы, и работать стало не с кем. Ющенко это было не нужно, во всяком случае, с Медведчуком. Кремль вёл дела с регионалами и КПУ, которая при Януковиче вернулась к привычной для неё позе «оппозиции его Величества». Все роли были распределены и создавать ещё одного конкурента в этом электоральном спектре никто не рвался, там и так мельтешила в таком качестве Наталия Витренко. В Кремле вспомнили о Медведчуке только в 2012 г., когда заподозрили, что Янукович может подписать ассоциацию с ЕС, и решили надавить на него. Так появился «Украинский выбор», который в отличие от топорной КПУ стал «тонко» рассказывать, что ЕС – это сплошь геи и нужно сначала провести референдум, прежде, чем подписывать с ними торговую ассоциацию.

В 2019 г. Фортуна в который раз повернулась к Медведчуку и всей партии «За жизнь» спиной, вопреки тому, что они прошли в Верховную Раду. Они опять оказались лишними как во внешнем, так и внутри политическом смысле.

Кремль ведёт прямые переговоры с Зеленским и Медведчук ему в данной ситуации не нужен ни как посредник, ни как рычаг давления, как было с Порошенко. Его активность и перетягивание «одеяла» переговоров на себя только портит Кремлю и без того сложный переговорный процесс. В результате Кремль попросил Медведчука и ОПЗЖ затихнуть и не возникать, пока он не попросит.

Дальновидные люди в Кремле уже советовали им перестать быть на всю голову промосковской партией, иначе упрутся в тот же предел, что и «Согласие». ОПЗЖ пора по частностям и для видимости начать критиковать Москву, а то всё становится совсем неприлично и бесперспективно. Даже регионалы позволяли себе эпизоды критики Москвы. В условиях, когда в самой РФ растёт недовольство режимом Путина и зреют какие-то перемены, это вдвойне не дальновидно. При динамичности политикума Украины «За жизнь» может исчезнуть из него даже раньше, чем «Согласие» в более размеренной Латвии.

Зацикленность ОПЗЖ на Москве лишила её и своей внутренней повестки для Украины. Нельзя всё время рассказывать, что вот сдадимся в плен москалям и они порядок наведут. Это сродни обещанию коммунизма от КПУ, который может наступить только, если РФ поглотит Украину в «братских объятиях». В Молдове с 2001 по 2009 г. президентом был коммунист Воронин и компартия имела большинство в парламенте. Но коммунизм за 8 лет в Молдове так и не наступил, и Москва даже Приднестровье ей не вернула. Только закупала у неё яблоки и вино. В РФ по традиции предпочитают затовариваться из стран нужной ей ориентации и поэтому молдавское, грузинское и украинское вино исчезает и появляется на прилавках её магазинов в соответствии с динамикой выборов и революций.

С точки зрения поиска источника коммунизма ОПЗЖ следует присмотреться к Китаю, пока там не запустился революционный процесс. Но и на этом направлении правительство Зеленского вполне справляется без ОПЗЖ. Впрочем, Медведчук и Рабинович вещающие о китайско-украинской дружбе на века – это сюжет для «95 квартала».

Так что, ОПЗЖ занять себя в Украине сейчас пока нечем, а Зеленскому она нужна не больше, чем Ющенко и даже Януковичу была нужна компартия, «золотые годы» которой в роли «оппозиции его Величества» пришлись на второй срок Кучмы. Два года презрения регионалов к КПУ привели к резкому росту её рейтинга на выборах 2012 г., который она сама и слила в унитаз, когда коммунист Калетник пополз в президиум Верховной Рады с законами 16 января.

От скуки, безделья и коммунистической привычки быть ближе к массам ОПЗЖ рванула бороться с законом о продаже земель сельхозназначения. Притом, что Медведчук владеет целым островом на Днепре, почему в отличие от Тимошенко, они себе ничего до сих пор и не сломали. Есть и другая причина: в Кремле сами не знают – хорошо или плохо для них принятие этого закона. Вроде как россияне и смогут купить эти земли через подставных лиц, но может им не продадут, а продадут только канадским и американским украинцам для которых собираются упростить получение гражданства Украины. В таком случае у США и Канады появится новый и мощный стимул защищать Украину, что беспокоит Кремль. Но поскольку ясности в этом вопросе у Кремля нет, то и ОПЗЖ шумит по поводу земли без страсти и энтузиазма.

«За жизнь» оказалась полностью в роли КПУ, которая всё время была «оппозицией его Величества» с разной степенью полезности для себя и его Величества. Чем это для них закончилось известно.

Facebook
Поделитесь.