Дмитрий Орешкин: Как Путин будет давить на Зеленского Запад, безусловно, поддерживает Украину, но денег слишком много не бывает

Дальнейшие попытки надавить на украинскую государственность силовыми методами признаны в Кремле неактуальными. Именно поэтому сам факт того, что встреча в нормандском формате состоится, является очень важным — это знак, что путинская Россия пытается нормализовать ситуацию.

Иными словами — зафиксировать сложившуюся политическую конфигурацию. А это когда Крым — российский (по всей видимости, Путин это даже не будет обсуждать), а вот все остальное — business as usual. Можно торговаться по поводу ЛНР/ДНР или транзита газа, но Путину в любом случае хочется вернуться в клуб современных европейских государств, и он вынужден идти на эту встречу. Не важно, как это все представляется в пропагандистском пространстве: кто проиграл или выиграл. Издалека все это напоминает 1975 год, когда Брежнев был очень доволен тем, что смог провести Хельсинское совещание, где зафиксировали нерушимость границ в Европе. В Советском Союзе это восприняли как большую победу, поскольку границы становились международно признанными, а ограничения на торговлю — снимались. Решая более существенные проблемы, США подписали Хельсинский протокол, хотя и де-факто не признавали оккупации стран Балтии.

Сейчас Путин в меньшей мере пытается повторить эту историю: мол, отстаньте от меня с Крымом, мы его все равно не отдадим, а остальные территории обсуждать можно. Насколько я понимаю, на этом и строилась его стратегия: рано или поздно Запад захочет наладить контакты с Россией, из-за ресурсов и рынка сбыта. Кто, куда и как далеко продвинется, удастся ли Путину прогнуть Зеленского или нет — все это уже вторично. Пропагандистские службы каждой страны в любом случае представят это как победу — на то пропаганда и существует.

Логика такова: Украина должна сама разбираться со своими делами

То есть интенция ясна — зафиксироваться на уровне, который более-менее устраивает обе стороны. Зеленский пришел с мандатом перейти от войны к миру, и вынужден его реализовывать. Какая-то часть общества критикует его за слабость, а какая-то считает — да и черт с ним, лишь бы не было войны. Логика Путина тоже понятна — он откусил Крым, совершенно точно не собирается его отдавать, а там уже можно торговаться — с ценами на газ, транзитом, Северным потоком-2. Примерно этим и должно было закончиться. Война же не может продолжаться бесконечно, а значит, будут санкционные, экономические, политические игры. Да и, по всей видимости, у Путина уже нет ни ресурсов, ни даже желания отобрать Одесскую или Харьковскую область. Мало ли что говорит Володин — Государственная Дума и ее спикер играют функцию чисто декоративную, на это фоновое оформление пропаганды внимания обращать не стоит.

Интеграция с Беларусью — тоже элемент пропагандистской игры. Сама Беларусь молчит, как в рот воды набрала, Лукашенко сейчас ищет контраргументы, как бы не расстаться со своим приоритетом и суверенитетом. Он ведь точно больше всего на свете любит власть. Думаю, все эти новости — лишь сливание данных, и главным образом с российской стороны. Это создает для Путина более выигрышные политические позиции накануне разговора с Германией и Францией. Мол, будете слишком давить, ни с Украиной, ни с Беларусью не договорюсь. А Западу не хочется, чтоб Беларусь шла под крыло России, поэтому в некотором смысле это бряцание дипломатическим оружием, запугивание партнеров.

Но партнеры тоже тертые, и понимают этот элемент психологического давления. Вообще планы Путина понять несложно. Как человек из всем известной силовой структуры, который сожалеет о крушении СССР, он, конечно же, хотел бы экспансионироваться на территории, которые считает принадлежащими ему по праву. Как Крым, например, а теперь Беларусь. Но здесь вопрос не в том, что он себе считает, а в реальных политических ресурсах. И я не уверен, что они у него есть, чтобы прогнуть под себя Лукашенко. Но создать видимость того, что это возможно — конечно же. Это выигрышно, это — еще один козырь, поэтому было бы странно, если об интеграции не заговорили накануне нормандской встречи.

Поверят ли Путину его партнеры в покер, этого мы уже с вами предсказать не сможем. Думаю, что все же не поверят. Сам по себе Запад, безусловно, поддерживает Зеленского, ведь налицо нарушение международного права и это никому не нравится. Вопрос только в том, сколько Западу стоит эта поддержка. Потому что денег слишком много не бывает, и в первую очередь европейские страны отстаивают свои интересы.

Если речь о Франции, то там каждый сенатор хочет одного: чтобы его территория чувствовала себя хорошо, а его самого благодарили. Для этого нужно создавать рабочие места, то есть вернуться к состоянию business as usual. Они, конечно, не будут поддерживать аннексию Крыма, но не хотят ради борьбы с этой же аннексией терять политические интересы и поддержку на своих территориях. Они бы лучше наладили с Россией какой-то бизнес, вот как с АвтоВАЗ, где интересы Рено участвуют. А если говорить о немцах, то там и вообще 6 тысяч совместных немецко-российских предприятий было, и Германии они пригодятся.

Здесь вопрос в том, сколько стоят политические принципы на весах, которыми меряются политические интересы конкретных людей. В этом смысле украинцам, наверное, будет обидно, потому как их страна действительно обижена и ущемлена. Но требовать от Запада, чтобы тот вел принципиальную беспощадную борьбу с Россией, примерно так же наивно, как в 1977 году от того же Запада требовали не подписывать Хельсинские соглашения с СССР. Подписав их (и предав позиции Прибалтики, как там считают), США решили более локальную проблему — разрешение на выезд лиц еврейской национальности, что принесло американским политикам рост поддержки со стороны довольно влиятельного еврейского лобби в Америке.

В конце концов, логика такова: Украина должна разбираться со своими делами самостоятельно. Помогать деньгами, дипломатически — да, но ложиться грудью на амбразуру никто не станет. И можно сколько угодно обвинять Запад в том, что он такой плохой и продажный, но Запад всегда на том и стоит, что прагматичен: его интересы — в первую очередь. Так же, как Германия не хочет целиком попасть в зависимость от импорта сжиженного газа из Америки, который так активно продвигает Трамп, а потому заинтересована в Северном потоке-2. Путин это прекрасно понимает и достаточно эффективно использует. Единственное, что Запад смог, так это максимально затянуть эту историю. Чтобы хотя бы этой зимой Украине нельзя было выкрутить руки.

Новое время
Поделитесь.