Валерий Кантор: Политическая ситуация в Израиле “близка к тупиковой” После того, как завершился диалог «заклятых друзей», Авигдор Либерман, реагируя на вопрос одного из журналистов, спросившего: «Ну, и что там у вас было?..» коротко ответил: «Много чего…» Тогда репортер выключил диктофон и сказал: «Раз много чего было, значит, ничего не было…»

После безрезультатной встречи лидеров «Ликуда» и НДИ, политическую ситуацию в Израиле можно охарактеризовать, как «близкую к тупиковой».

Наблюдая за поведением главных «решал» политического кризиса – Нетаньяху, Ганца, Либермана и Лапида, которые на словах за создание правительства национального единства, а на деле еще туже затягивают узел политических противоречий и личных амбиций, невольно задаешься вопросами, которые волнуют сегодня подавляющее большинство израильтян: а не разыгрывается ли на глазах у общества отрепетированная политическая антреприза с умелой игрой актеров, драматическими мизансценами и неожиданностями, подтянутыми к выпускам вечерних теленовостей в виде «рояля в кустах»?

И может ли вообще быть такое, что все эти встречи, мелочные препирательств и взаимные упреки, напоминающие по тону обсуждение сослуживцами карьерных перспектив покойника, и близко не коалиционные переговоры, а тайная заливка идеологического бетона в фундамент новых выборов?..

Если допустить, что ответ на оба вопроса будет утвердительным, то многое становится на свои места: прекрасно понимая, как воспримут израильтяне новость о провале коалиционных переговоров и необходимости в третий раз подряд идти к избирательным урнам, каждый из «решал», понимавший с самого начала, что никакого правительства единства нет и быть не может, сегодня всеми силами стремится обеспечить себе надежное политическое «алиби», доказывающее личную непричастность к срыву переговоров.

 

И вот что любопытно: несмотря на то, что причиной политического тупика являются примерно в равной степени все четверо, лукавят они (более корректного глагола для такой ситуации подобрать не смог – А.К.) строго по-разному.

Лукавит Биньямин Нетаньяху, объявляя о готовности войти в правительство единства только со своими политическими партнерами, прекрасно понимая, что этого не допустят ни Либерман, ни Лапид.

Лукавит Бени Ганц, который был готов на правительство единства даже с ультраправыми и религиозными, но в итоге спасовал перед Лапидом, угрожавшим расколоть блок «Кахоль Лаван».

Лукавит Авигдор Либерман, публично заявляющий, что во имя создания правительства единства готов остаться в оппозиции, но и при этом знающий наверняка, что без НДИ сформировать такое правительство, практически невозможно.

Лукавит Яир Лапид, который во имя все того же правительства единства вчера публично отказался от заранее оговоренной с Ганцем ротации на посту премьер-министра, грамотно просчитав, что на фоне вероятных выборов, эта «жертва» носит символический характер.

И последний вопрос, который не дает сегодня спать многим журналистам и политологам: почему все четверо, упорно игнорируя очевидные возможности для формирования коалиционного правительства, форсируют новые парламентские выборы? Какие цели они преследуют?

Добиться большего количества мандатов, чтобы не идти на политические компромиссы?

Создать перед выборами новые блоки, которые помогут перекроить политическую карту Израиля?

Или достичь определенные стратегические цели, жертвуя уже достигнутым электоральным весом?..

Ответы, которые, наверняка, удивят многих, мы получим уже в ближайшее время.

Что же касается профессионального спора израильских журналистов, пытающихся выяснить, кто из квартета «решал» поимеет наибольшую выгоду от вполне вероятных новых выборов, то большинство называют имя… Биньямина Нетаньяху. И, главным образом, потому, что при таком политическом раскладе он останется премьер-министром Израиля еще как минимум до лета 2020 года.

Воистину, феноменальная политическая выживаемость!

В этой связи вспоминается вопрос британского журналиста, адресованный Уинстону Черчиллю:

– Неужели Вам неприятно сознавать, – спросил журналист, – что каждый раз, когда вы выступаете с речью, зал забит битком?

– Конечно, приятно! – ответил Черчилль. – Но каждый раз, когда я вижу полный зал, я не могу не думать о том, что если бы я не произносил речь, а поднимался на эшафот, зрителей собралось бы вдвое больше…

Кто знает, возможно, именно в этом, по-черчиллевски парадоксальном ответе, кроется суть политического бессмертия Биньямина Нетаньяху…

UAInfo
Поделитесь.