Александр Кушнарь: Игрушки Трампа Китай, а отнюдь не Россия – важнейшая главная боль Трампа и главная тема не только его повестки, но и повестки всей американской медийной индустрии

Украина на переговорах Трампа с Путиным была объектом, а не субъектом переговоров. Это то, что Петр Порошенко накануне назвал нарушением принципа “ничего об Украине без Украины”: “Сегодняшняя встреча президентов США и России на саммите Большой двадцатки в Японии – первая, перед которой никто так и не позвонил в Киев”.

Для Трампа здесь нет ничего необычного: он всегда относился к Украине как к далекой периферии, которую Трамп воспринимал в качестве реликта, доставшегося со времен ненавистного ему Обамы. По версии Трампа, в аннексии Крыма виноват именно экс-президент США, а не Путин. Сам Путин, как мы теперь знаем из уст Трампа – “прекрасный парень”.

Обсуждение украинской проблемы для Трампа представляет такую же ритуальную необходимость, как и разговор про вмешательство России в выборы. Для Трампа это не более, чем дань, подносимая назойливым журналистам и прочим поборникам ценностей. Теперь, после доклада Мюллера, Трамп больше не чувствует себя обязанным эту дань отдавать, совершать это ненужное для него ритуальное подношение и делать вид, что он хотя бы на минуту вспоминает об аннексии Крыма, войне на Донбассе, украинских моряках. Ни одна их этих тем, по всей видимости, не была поднята на встрече Трампа с Путиным.

Американского президента куда больше интересуют предстоящие президентские выборы в США, ради которых он недавно даже отменил удар по Ирану. Именно поэтому Трамп в беседе с Путиным сделал упор на развитие торговых отношений. Избиратель Трампа – “маленький” американец, которому безразлично все выходящее за пределы его коммерческих интересов. Задача Трампа – убедить свой электорат в том, что улучшение отношений с Россией открывает потенциал для роста американской экономики. В этом смысле Россия в представлении Трампа совершенно не уникальна. Он просто использует ее в качестве инструмента своей торговой стратегии, избирательной кампании, политической борьбы – как и любую другую страну, включая Северную Корею, с лидером которой ему не терпится встретиться вновь. Более того, российский фактор для Трампа – это на самом деле практически такая же глубокая периферия, как и Украина, а Путин для него представляет не намного бОльшую ценность, чем Ким Чен Ын. С точки зрения Трампа Россия – это просто какая-то очередная дикая дыра, которая годится разве что в качестве исправного поставщика ресурсов. Чуть важнее Африки и куда менее важная, чем Китай.

Да, именно Китай, а отнюдь не Россия – важнейшая главная боль Трампа и главная тема не только его повестки, но и повестки всей американской медийной индустрии. Достаточно заглянуть на сайты американские СМИ, чтобы убедиться в этом: рандеву Трампа с Си Цзиньпином уделено куда больше внимания, чем его диалогу с Путиным.

Страдающие комплексом неполноценности российские власти вместе с пропагандистким аппаратом всякий раз прилагают титанические усилия для того, чтобы изобразить “нужность” России в глазах США. Внимание уделяется буквально каждому элементу: как Трамп первым протянул руку Путину, как он обнял Путина, как он высказался про “вручение Оскара”. Наивному российскому телезрителю это преподносится как стратегическая победа и повышение международной роли России, но в действительности это доказательство обратного: всем этим элементам внепротокольного поведения уделяется столько внимания как раз потому, что нет и не может быть никакого предмета для обсуждения.

Россия – бедная, отсталая, маловлиятельная держава, привлекающая внимание только наличием ядерного оружия, которое досталось ей от советского мастодонта. В отличие от Си, Путин ничего не может предложить Трампу – ни увеличения торгового оборота, ни сокращения агрессии. Первое невозможно в связи с полным развалом российского научно-технологического потенциала, второе – из-за того, что именно на агрессии и на горячих точках базируется сама возможность Путина оставаться значимым для США.

В ином случае просто не было бы повода для встречи, а значит – и для пятиминутки провинциальной гордости на российском телевидении, которое с придыханием теперь рассказывает о том, как “большой белый человек” наконец-то соизволил пожать руку нашему племенному вождю.

Таким образом, для Трампа больше нет ни России, ни Украины, и их конфликт для него – это просто война каких-то далеких странных образований где-то на краю мировой карты. Это вовсе не значит, что украинская тема исчезла из повестки США. Просто она окончательно исчезла из повестки Трампа. Американский Сенат только что выделил 300 миллионов долларов в качестве военной помощи Украине – в том числе на летальные вооружения. На 50 миллионов больше, чем в текущем году. Отныне проблема Украины окончательно перешла в введение американских парламентариев. Киеву потребуется сменить стратегию, переориентироваться в своей дипломатической активности на Конгресс и временно приостановить попытки достучаться до Белого дома. Для главы американской администрации Путин, Ким Чен Ын, Зеленский и даже европейские лидеры – это просто игрушки. Он будет с ними играться ровно до тех пор, пока ему, Трампу, это нужно.

Обозреватель
Поделитесь.