Джуди Демпси: Ахиллесова пята Европы Европа переживает геостратегический кризис

Стабильность, описанная в первой европейской Стратегии безопасности в 2003 году, подкошена. Сформулированная тогда концепция, замененная Глобальной стратегией ЕС в 2016 году, наглядно демонстрирует фундаментальные слабости Европы.

Как блок, союз не может обеспечить оборону, используя «жесткую силу», поскольку его философия опирается на мирный проект. Неизбежный расцвет Китая, кибератаки, цифровизация и угроза западному превосходству, защищаемому НАТО и США, означает, что европейцам придется выйти из тени мирного Евросоюза.

Посмотрите на эту стабильность. Почти ежедневно в Украине происходят военные инциденты на Донбассе, куда вторглась Россия в 2014 году. Германия при поддержке Франции выступила в качестве посредника между Россией и Украиной на переговорах об остановке огня в 2015 году, но так называемые Минские соглашения не обеспечили стабильный мир и не восстановили территориальную целостность Украины.

В Дарфур, регион Судана, ЕС отправил миротворческую миссию в 2014 году, но ушел оттуда спустя несколько месяцев, несмотря на то, что тысячи людей вышли на улицы, чтобы потребовать прекращения военной диктатуры и коррупции. Ранее в июне десятки демонстрантов были расстреляны, когда внешние силы, такие как Саудовская Аравия, Египет и Объединенные Арабские Эмираты, боролись за влияние и власть.

Европейцам придется выйти из тени мирного Евросоюза

В Египте ЕС решил, что стабильность важнее демократии и верховенства права, когда президент Абдул Фаттах Ас-Сиси усилил свою хватку над оппозицией. Что касается арабо-израильского конфликта, то тут ЕС выбрал позицию зрителя, влияющего лишь через поддержку авторитарной палестинской власти и беззубую критику безостановочной и нелегальной экспансии еврейских поселений на оккупированном западном берегу реки Иордан и в восточном Иерусалиме.

Когда двадцать лет назад НАТО бомбил Сербию, чтобы остановить войну против этнических албанцев в Косово, ЕС, несмотря на всю его экономическую силу, не смог остановить ни коррупцию в регионе, ни неблагополучную политику в Боснии и Герцеговине.

Несмотря на то, что ЕС гордится тем, что основан на мирном проекте, он неспособен обеспечить мир. ЕС не может проводить мирные переговоры, поскольку как блок предан «мягкой силе». И в арсенал ее инструментов входит помощь развивающимся странам, дипломатия, миротворческие миссии и полицейские учения. И даже когда ЕС вводят санкции против России и Ирана, эти меры недостаточно строги, поскольку не направлены на отдельных людей и не поддержаны «жесткой силой».

Если этого недостаточно, чтобы вывести европейцев из заблуждения о том, что мирный проект Европы успешен, стоит просто задуматься о том, что ЕС по-прежнему не может разработать политику в отношении Китая. И это несмотря на достойные попытки Европейской комиссии наконец-то утвердить долговременную стратегию о том, как справляться с экономическим, политическим и военным китайским влиянием.

Некоторые европейские лидеры всё же видят распад Европы, созданной после 1945 года. Федеральный канцлер Германии Ангела Меркель, которая редко говорит об обороне и еще реже — если вообще говорит — использует термин «жесткая сила», знает, что стоит на кону. «Простого утверждения о том, что мы наслаждаемся мирной жизнью уже 70 лет больше недостаточно для того, чтобы оправдать европейский проект, — сказала она в недавнем интервью. — Без дальновидных аргументов в поддержку Европы, европейский мирный проект окажется в гораздо большей опасности, чем может показаться».

Было бы вполне логично, если бы Меркель продолжила эту мысль словами о том, что Европе стоит защищать свои ценности и интересы. Но она уклонилась от темы. «Нет сомнений в том, что Европе нужно сменить свою позицию в изменившимся мире», —добавила канцлер. Она упомянула, как ЕС разрабатывал общую стратегию в отношении Африки и Украины. «Тем не менее, наша политическая сила все ещё несоизмерима с экономической». Этот дефицит должен был включать в себя недостаток политики, регулирующей безопасность и оборону.

Мишель Барнье, бывший еврокомиссар и министр иностранных дел Франции, который вел переговоры о Brexit со стороны Брюсселя, видит насквозь запутанную риторику Меркель. Недавно он написал, что Россия нарушает международное право, а Китай повсеместно вовлечен в стратегическое соперничество и предлагает альтернативный международный порядок. США же избрали политику защиты своих интересов путем односторонних действий и оказания давления.

Прекрасно зная, что безопасность Европы зависит от США, Барнье тем не менее, недвусмысленно утверждает, что «аутсорсинг европейской безопасности больше невозможен». Если он хочет, чтобы его воспринимали как серьезного игрока на арене международной политики, ЕС должен обладать достаточной силой для подкрепления этого статуса. «Европа до сих пор владеет существенной „мягкой силой“, но мы остаемся всего лишь мелкой рыбешкой в море „жесткой силы“…Европе нужна вторая нога, чтобы стоять», написал он.

Европа уже была в таком положении — от провалившейся в итоге британско-французской инициативы, созданной в 1998 году в Сен-Мало, направленной на формирование сил европейской обороны, безопасности и создание стратегической культуры, до запущенных в 2003-м хваленых боевых групп ЕС, которые так почти и не были задействованы.

Барнье призывает к пересмотру стратегии обороны и рассмотрению «основных угроз» с которыми будет сталкиваться Европа до 2030 года. Он хочет, чтобы был создан оборонный совет, оборонная академия и оперативный штаб и надеется, что«эти практические шаги помогут развивать общую европейскую стратегическую культуру и сделают европейскую оборону реальностью».

Взгляды Барнье типично французские, как и Меркель руководствуется типично немецкой осторожностью и пацифизмом. Но никто из них не сможет подтолкнуть европейцев к совместному объединению безопасности и стратегической культуры. Для этого многим лидерам ЕС придется признать, что мирный проект ЕС рискует стать ахиллесовой пятой Европы, которая воспрепятствует его глобальным амбициям.
Новое время
Поделитесь.