Томас Фридман: Трамп и win-win. Что нужно знать о Китае и США Обеим странам следует осознать, насколько историческими являются их торговые переговоры

Один мой друг, американский бизнесмен, работающий в Китае, недавно заявил, что Дональд Трамп — это не тот американский президент, которого заслуживают США, однако он уверен, что это именно тот американский президент, которого заслуживает Китай.

Инстинкт Трампа о том, что Америке требуется перегрузка своих торговых отношений с Пекином — прежде чем Китай станет слишком всемогущим, чтобы идти на компромиссы, это правильно. Чтобы привлечь внимание Китая, и нужен такой человеческий таран, как Трамп. Но сейчас двум странам следовало бы осознать, насколько же историческим является этот момент.

Изначально отношения США и Китая еще в 1970-х определили наши восстановленные торговые связи, которые были ограничены. Когда мы позволили Китаю присоединиться к ВТО в 2001 году, это стимулировало страну стать мощной торговой силой с соблюдением правил, до сих пор предоставляющих Китаю многочисленные преференции как для развивающейся экономики.

Это не рядовой торговый диспут. Он — серьезный

Нынешние переговоры определят, на каком уровне Китай и США сопоставляются друг с другом в экономическом аспекте, конкурируя за одни и те же индустрии XXI века в период, когда их рынки целиком взаимосвязаны. Поэтому это не рядовой торговый диспут. Он — серьезный.

Чтобы завершить его успешно, Трампу надлежит прекратить свои подростковые дразнилки Китая в Twitter (и болтовню о том, как «легко» победить торговые войны) и постепенно начать оформлять улучшенное соглашение о восстановлении равновесия, которого мы можем достичь — видимо, урегулировать все сразу не удастся — и продвигаться дальше, избегая бездумного попирания в извечной тарифной войне.

И президент Китая, Си Цзиньпин, должен будет признать, что Китай больше не может пользоваться торговыми привилегиями, как это делал последние 40 лет, поэтому с его стороны было бы рассудительно сдержать это свое националистическое хвастовство «никто не будет указывать Китаю, что делать», и начать поиски приемлемой win-win-договоренности, которую он сможет получить. Потому что Пекин не может позволить Америке и другим перевести свое производство на «ABC» и цепочку поставок «куда-нибудь, кроме Китая».

Вот собственно, каким образом мы оказались здесь. Начиная с 1970-х, в торговых отношениях США и Китая в целом проявлялась стабильность: мы покупали китайские игрушки, футболки, обувь для тенниса, инструменты, солнечные панели, а они приобретали наши соевые бобы, говядину и боинги.

И когда торговый баланс существенно превысил все нормы — потому что Китай развивался не только благодаря упорному труду, расширяя умную инфраструктуру и обучая своих людей, но и с помощью форсирования технологических трансферов из американских компаний, предоставляя субсидии собственным компаниям, а также поддерживая высокие тарифы, игнорируя правила СТО и присваивая интеллектуальную собственность. Пекин утешал нас, покупая больше боингов, говядины и соевых бобов.

Китай продолжал настаивать на том, что он до сих пор является «беднойразвивающейся страной», нуждающейся в экстра-протекции — за столь длительное время после того как уже стал крупнейшим производителем в мире. Тем не менее эти отношения очень долго поддерживались и функционировали для достаточного количества американских компаний, когда нынешняя крупнейшая в мире суперсила, Америка, приспособилась и эффективно способствовала росту следующей крупнейшей в мире суперсилы — Китая. И вместе они делали глобализацию всепроникающей, а мир — процветающим.

И все же некоторые изменения стали слишком заметны, чтобы пренебречь их появление. Во-первых, в ходе правления Си Китай объявил план модернизации «Сделано в Китае-2025», где предусматрены субсидии, с целью превратить частные и государственные китайские компании в мировых лидеров по суперкомпьютерингу, искусственному интеллекту, новым материалам, 3D-печати, по программному обеспечению в распознавании лица, робототехнике, электрокарам, автономным машинам, беспроводной 5G и продвинутым микрочипам.

Для Китая это было вполне закономерное действие, направленное на то, чтобы вырваться из категории средних доходов и уменьшить свою зависимость от Запада в сфере высоких технологий. Но все эти новые индустрии конкурируют непосредственно с лучшими компаниями Америки.

Как результат, все китайские субсидии, протекционизм, мошенничество с торговыми правилами, форсированные технологические трансферы и кража интеллектуальной собственности начиная с 1970-х превратились в куда большую угрозу. Если США и Европа позволят Китаю продолжать действовать по той же формуле — которую он использовал для того, чтобы избавиться от бедности и перейти к конкуренции за все индустрии будущего — мы просто лишимся рассудка. Здесь Трамп прав.

В чем он не прав, так это в том, что в торговле не так, как на войне. В отличие от войны, здесь можно достичь win-win-согласия. Alibaba, UnionPay, Baidu, Tencent и Google, Amazon, Facebook, Visa — все они могут выиграть одновременно, что, впрочем, до этого и делали. Я не уверен, что Трамп это осознает.

Но я не уверен, что это осознает и Си. Мы просто обязаны позволить Китаю выигрывать честно и справедливо там, где его компании являются лучшими, и в этой честной борьбе он должен быть готовым и к проигрышу. Кто может ответить, какими успешными были бы сегодня Google и Amazon, если бы у них появилась возможность работать в Китае так же свободно, как и Alibaba, и Tencent могут вести свою деятельность в Америке?

И столько денег сэкономил Китай — на субсидии собственным компаниям — когда их военные похитили планы по созданию «невидимого» истребителя Lockheed Martin F-35, а затем произвели в точности собственную копию, избежав затрат на научные исследования и испытания?

Я повторю: Трамп может достичь win-win-соглашения, но победные доли могут быть искаженными, если одна сторона упорно работает и одновременно махлюет. Мы могли смотреть на это по-другому, когда торговые войны продолжались просто за игрушки и солнечные панели, но если речь идет о F-35 и 5G-телекоммуникации — это уже неразумно.

Не то что бы все это было новым и проблематичным. Сейчас мы живем в эру «двойного назначения». В мире двойного назначения, где все, что «делает нас сильными и процветающими, превращает нас в уязвимых», отметил Джон Аркилла, один из топ-стратегов в Военно-морской аспирантуре.

Особенно оборудование для 5G, разработанное китайской компанией Huawei, обладающее способностью передавать данные и голоса на гиперскорости, что также может служить платформой для шпионажа, если разведслужбы Китая реализуют свое государственное право требовать доступ.

На самом деле все споры вокруг этой компании проливают свет на этот совершенно новый момент: Huawei все больше доминирует на глобальном рынке за инфраструктуру 5G, которую, как правило, контролировали Ericsson и Nokia. Американская компания Qualcomm является как поставщиком чипов и программного обеспечения для Huawei, так и глобальным конкурентом.

Однако китайское правительство ограничило конкуренцию Huawei в Китае — как с иностранными, так и с китайскими компаниями — чтобы предоставить гиганту развиваться больше, быстрее, а также дешевле. Поэтому Huawei использует то влияние и ценообразование, дабы урезать западные телекоммуникации и впоследствии использовать свое доминирование на глобальном рынке с целью установить новое поколение глобальных телекоммуникационных стандартов 5G, применив собственные технологии — разработанные не Qualcomm или шведским Ericsson.

Более того, в мире «двойного назначения» вы вынуждены беспокоиться о том, что если у вас дома есть чатбот Huawei — эквивалент Echo от Amazon, вы можете общаться и с китайской военной разведкой.

В прежние времена, когда мы просто покупали китайскую теннисную обувь и солнечные панели, а они — наши соевые бобы и боинги, разве кого-то волновало, были ли китайцы коммунистами, маоистами, социалистами или мошенниками? И когда Huawei конкурирует за следующее поколение телекоммуникаций 5G с Qualcomm, AT&T и Verizon — и 5G станет новым костяком в цифровой коммерции, коммуникации, здравоохранении, в перевозках и образовании — то ценности имеют важное значение, разности в ценностях имеют значение, минимум доверия и верховенство права также имеют значение. А особенно потому, что технологии и стандарты 5G, до того уже внедренные в стране, окажутся крайне сложными в замещении.

И добавлю еще одно: разрыв в ценностях и доверии между нами и Китаем все больше расширяется, а не сужается. Десятилетиями Америка и Европа толерировали определенную долю мошенничества со стороны Китая в торговле, поскольку предполагали, что Китай, став более процветающим государством благодаря торговле и капиталистическим реформам, заодно больше откроется политически. Все это происходило еще десятилетия назад.

Впрочем, в течение последних десяти лет, по словам Джеймса МакГрегора — одного из самых компетентных американских бизнес-консультантов в Китае, будучи длительное время жителем этой страны, стало очевидно, что Пекин вместо «реформировать и открываться, реформировался и закрывался».

Вместо обогащаться и быть более ответственной заинтересованной стороной процесса глобализации, Китай обогащался и милитаризировал острова в Южно-Китайском море, стремясь выпроводить оттуда США. Также в КНР применяли высокотехнологичные инструменты, к примеру, по распознаванию лиц, обеспечивая себе незаурядную эффективность в авторитарном контроле.

Все эти мысли приходят в голову в ходе этих торговых переговоров. Или США и Китай найдут способ высказать больше доверия — таким образом, чтобы глобализация продолжила стремительное движение вперед, и мы могли бы совместно расти и развиваться в этой новой эре — или не найдут. Если же у глобализации начнется процесс распада — мы оба обеднеем из-за сложившейся неблагоприятной ситуации.
Новое время
Поделитесь.