Фарид Закария: Почему Ким Чен Ын не поверил Трампу Это не удивительно. На протяжении своей истории США вели себя почти так же лукаво, как и Северная Корея

Похоже, президент Трамп решил, что плохое соглашение с Северной Кореей – это хуже, чем остаться без соглашения вообще. Разумный вывод, который дает основание полагать, что он и его команда подошли к этому делу со всей должной серьезностью. Один из вызовов в отношении Северной Кореи заключается в попытке заключить соглашение, которое изначально будет блокировать любые действия, но история свидетельствует, что Пхеньян не станет частично или полностью выполнять свои обязанности и учитывать их. Впрочем, и за США не стоит длинная история соблюдения своих международных обязательств.

В переговорах всегда полезно встать на место другого. Если бы вы были государственным деятелем из Северной Кореи, вы наверняка изучили бы последнюю важную международную договоренность, которую достиг и засвидетельствовал своей подписью президент США: иранское ядерное соглашение. В обмен на ликвидацию 98% арсенала Ирана, тысячи центрифуг и ядерного реактора в Араке, а заодно установления повсюду камер и инспекторов, США согласились отменить санкции против Ирана и позволить западным компаниям вести бизнес с этой страной.

Но даже при администрации президента Барака Обамы Иран никогда по-настоящему не имел доступа к международной экономической системе. Министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф несколько раз имел возможность мне объяснить, что несмотря на соглашение, администрация Обамы едва одобряла хоть какие-то коммерческие транзакции между Ираном и США. И как только президентом стал Трамп, его администрация начала активно подрывать и даже нарушать это соглашение, побуждая европейские компании бойкотировать Иран, используя силу доллара для замораживания любого бизнеса с этой страной. Неудивительно, что поддержка соглашения с Ираном потерпела серьезный удар.

Горькая поляризация США изнутри определяет цену доверия и последовательности нации за рубежом

Или взять Ливию, которая в 2003 году согласилась «раскрыть и разобрать» все свое оружие массового уничтожения и выполнила это. В ответ администрация президента Джорджа Буша пообещала помочь Ливии «вновь занять безопасное и почетное место между наций» и обещала «куда лучшие отношения» между США и Ливией. Буш намекнул, что США будут работать над тем, чтобы сделать Ливию «процветающей страной». Конечно, мало что из этого сбылось, и несколько лет спустя администрация Обамы помогла свергнуть режим Муаммара Каддафи. Я не ставлю под вопрос преимущества ливийской интервенции. Но если бы вы были переговорщиком со стороны Северной Кореи, и Вашингтон обещал вам гарантии безопасности, эта часть истории могла бы показаться вам актуальной и тревожной.

Если северные корейцы честно посмотрят на собственную историю переговоров с США, то поймут, что много раз лгали, обманывали и нарушали обещания. Поведение Вашингтона было почти таким же лукавым. Белый дом давал Пхеньяну обещания, которых никогда по-настоящему не придерживался.

В 1994 году Северная Корея согласилась остановить работу на своем ядерном объекте в Йонбене и допустить инспекцию отработанного топлива. В конце концов, Йонбен был уничтожен. В ответ Вашингтон должен «пойти навстречу полной нормализации политических и экономических отношений» и дать Северной Корее два легководных реактора, плюс тяжелое нефтяное топливо.

Картинки по запросу йонбен реактор

Ядерный реактор в центре Йонбен

Северная Корея выполнила большинство указанных шагов. И профессор Леон В. Сигал в своей статье для 38North.org отметил, что Вашингтон медленно выполнял свои обязательства, так никогда и не предоставив легководные реакторы и постоянно доставляя топливо с опозданием. Он пошел только на умеренные шаги для нормализации отношений. Пхеньян ясно дал понять: если США не будут придерживаться соглашения, Северная Корея отступится от своих обязательств. А так как администрация президента Билла Клинтона этого не сделала, Северная Корея начала нарушать соглашение. Когда к власти пришла администрация Буша, она свернула процесс вообще и перешла к значительно более жесткой линии в отношении Северной Кореи.

Такие действия США являются частью гиперполяризованной политической среды последней четверти века. В течение Холодной войны большинство международных соглашений и обязательств, созданных одним президентом, наиболее вероятно поддерживались его последователями. Хотя многие республиканцы противостояли президенту Гарри Трумэну в вопросах НАТО и иностранной помощи, партия не пыталась свернуть этот курс или сорвать политику, вступила в силу. Хотя Билл Клинтон резко критиковал внешнюю политику Джорджа Буша, трудно найти место, в котором он совершил значительное отступление от наработок предшественника.

Сравните это с нынешней средой. Трамп вышел из Иранского ядерного соглашения, Парижского соглашения по вопросам изменения климата и транстихоокеанского партнерства, и поставил под вопрос дальнейшую ценность НАТО. Трамп неоднократно демонстрировал, что считает каждое решение своего предшественника по меньшей мере ошибочным, а чаще всего предательским.

Если бы вы были переговорщиком из Северной Кореи, вы наверное задали бы себе вопрос, будут ли последователи Трампа соблюдать и надлежащим образом воплощать любое соглашение, достигнутое администрацией. И вы будете правы. Горькая поляризация США изнутри определяет цену доверия и последовательности нации за рубежом.

Новое время
Поделитесь.