Руслан Весел: Когда в России поймут, что “царь ненастоящий” Очередной провал "Единой России" на губернаторских выборах подтвердил диагноз Виктора Шендеровича: власть РФ уже проигрывает даже договорняки

Бунт в российском Приморском крае, о котором “ДС” подробно писала, заставил Кремль призадуматься над тем, стоит ли продавливать на губернаторские посты кандидатов-“единороссов”, не выигравших выборы в первом туре. Это, конечно же, не значит, что “Единая Россия” с 17 по 23 сентября вела избирательную кампанию честно и была готова делегировать народу право суверена, записанное за ним в конституции. Наоборот, в меру сил и возможностей старалась оставить это право за собой, идя на самые разные ухищрения, но при этом все же стараясь не доводить председателя всероссийского центризбиркома Эллу Памфилову до слез, а народ – до восстания.

Вот только силенок оказалось маловато. Явно недостаточно, чтобы выиграть у “ручной” оппозиции без грубого применения административного ресурса и откровенных фальсификаций. А без них победить оказалось нереально, при всех законных и не очень хитростях, на которые пошли “единороcсы”, чтобы сохранить за собой губернаторские посты.

Вероятно, ситуация в Хакасии выглядела совсем швах. От местного 56-летнего назначенца еще Медведева-президента Виктора Зимина народ за 10 лет сильно устал. Тем более что он прославился следующей рекомендациейподчиненным при помощи “подножного корма” решать экономические проблемы, которые не может или не хочет решать региональная власть: “Вы же в тайге живете, соберите ягоды, продайте”.

Это, конечно, не “Ливер жрите!!!”, сказанное в 1962 г. новочеркасским рабочим, но эффект возымело похожий: Зимин в первом туре набрал только 32,42% голосов против 44,81% кандидата-коммуниста Валентина Коновалова. То есть ситуация была даже более угрожающей, чем в Приморье, где кандидат от партии власти в первом туре чуть ли не в двое опередил коммуниста и практически выиграл в первом туре, набрав 46,57%, но проиграл во втором и был вынужден идти на фальсификации, которые спровоцировали народные волнения и отмену результатов выборов.

Социология предрекала провал “единороссов” 30 на 70%, и, чтобы избежать такого позора, Зимин снял свою кандидатуру “по состоянию здоровья” (говорят, что оно ухудшилось после настоятельных просьб из Москвы). В результате этого второй тур перенесли на 7 октября, а конкуренцию коммунисту в нем составит набравший в первом туре 11,23% кандидат от “Справедливой России” Андрей Филягин. Однако многие сомневаются, что в день рождения Владимира Путина его огорчат избранием на губернаторский пост оппозиционера, насколько бы “сервильным” он ни был.

Так что вполне вероятно, что власть устроит такую борьбу между двумя кандидатами, что камня на камне не останется, в результате чего избиратель заскучает по “Единой России” и ее “стабильности”. А закончиться все может той же отменой выборов из-за нарушений, на которые якобы пойдут коммунисты и “эсэры” в борьбе за губернаторский пост. Регион получит нового и. о. губернатора из числа “единороссов”, который в течение года до следующего “единого дня голосования” будет укреплять свои позиции, попутно дискредитируя “оппозиционеров”, якобы пытавшихся устроить фальсификации (может и до уголовной ответственности дойти: “не свои – не жалко”, а в электоральном плане даже полезно).

Что прогноз на проигрыш Зимина с разгромным счетом был оправдан, показали выборы губернатора Хабаровского края. Тут “Единая Россия” во втором туре провалилась практически с теми же процентами, которые ей пророчили в Хакасии. Ее кандидату – временно исполняющему обязанности главы региона Вячеславу Шпорту – не помогли никакие хитрости. Ни предложение конкуренту-жириновцу Сергею Фургалу снять свою кандидатуру в обмен на вице-губернаторский пост (должность занять член ЛДПР согласился, но только в случае своего проигрыша).

Ни вранье в СМИ о том, что Фургал свою кандидатуру таки снял, направленное на демотивацию протестного электората. Ни принудительное голосование военнослужащих с обязательным фотографированием бюллетеней. Ни фальшивый экзит-пол, показавший 57% голосов за кандидата от власти (хотя вполне возможно, что люди просто боялись еще говорить, что голосовали против власти). Ни обвинения в адрес жириновцев в нарушениях. Ни многое другое.

Разрыв был настолько большой, что глава ЦИК поспешила назвать результат “однозначным”, вполне вероятно, заблаговременно пресекая попытки как региональных, так и центральных властей попытаться заставить ее пойти на махинации, чтобы присудить победу “единороссу” (по версии Глеба Павловского, она грозила подать в отставку в ответ на требования аналогично “повлиять” на результат выборов в Приморье). Действительно, даже оппозиция редко оспаривает результаты, когда один кандидат набирает 69,57% голосов, а второй – лишь 27,97%. Представителю же власти признаться, что оппозиционеры смогли в его регионе сфальсифицировать выборы с таким результатом, все равно что подписать себе обвинение в преступной бездеятельности.

Проще “утереться” и пожалеть, что не снял свою кандидатуру вслед за главой Хакасии, а понадеялся, что проигрыш всего двух десятых процента в первом туре удастся отыграть (с учетом того, что минимальный отрыв хабаровских жириновца от “единоросса” в первом туре перерос в такой разгром во втором, можно только предполагать, какие были бы цифры провала у хакасского губернатора, проигравшего в первом туре около 12%).

Но наибольшим провалом стало поражение “единороссов” во Владимирской области. Этот регион всегда был более консервативен и более склонен поддерживать кандидатов от власти, чем зауральские Приморье, Хакасия или Хабаровский край (пребывание его в “красном поясе”, голосующем за коммунистов в начале 90-х, – лишь обратная сторона этой медали: власть ельцинских демократов жители таких регионов считали временной). Связывают это с тем, что население региона в основном состоит из потомков крепостных крестьян, мирившихся с этой участью, а не из потомков казаков (те же крестьяне, но сбежавшие от барина или уходившие на новые территории после укрепления власти Москвы на тех “слободах”, где они жили раньше), осваивавших Сибирь и Дальний Восток.

Однако даже настолько “сервильные” гены не помогли жителям области смириться с перспективой остаться под властью нынешнего губернатора Светланы Орловой, которую они называют “региономучительницей” и “Фрекен Бок” (в ней действительно много от персонажей советской киноклассики, но больше от злых теток-бюрократок, чем от по-своему милой “а я сошла ума, какая досада”).

Не помогло губернаторше ни покаянное видеообращение к жителям региона, разительно отличавшееся своим “вроде бы старалась” от предыдущих публичных выступлений “региономучительницы”, в которых она называла критикующие ее СМИ “иностранными агентами” или даже “бандеровскими прихвостнями”. Ненависть к ней усилилась настолько, что даже нежелание испуганных жириновцев выигрывать, проявившееся в отзыве координатором регионального отделения ЛДПР Владимиром Корнишовым своих наблюдателей с избирательных участков, не спасло их от сокрушительной победы.

Кандидат от ЛДПР Владимир Сипягин набирал около 57% против 37% “единоросски” Орловой, притом что в первом туре проиграл ей больше 5% (счет был 36,4 на 31,2% в пользу губернаторши). И стоит отметить, что не он считался главной угрозой для сохранения за “региономучительницей” губернаторского поста, а кандидат от коммунистов Максим Шевченко, который не смог преодолеть так называемый “муниципальный фильтр”.

“ДС” уже писала (и неоднократно) о возможном сворачивании Кремлем проекта “Единой России”, которая все чаще именуется “Партией жуликов и воров” и тянет своим антирейтингом вниз и рейтинг Владимира Путина. На этом фоне неудивительно, что длительная августовская пропажа из публичного пространства номинального лидера партии – российского премьера Дмитрия Медведева, после которой он объявился со “спортивной травмой”, вновь возродила слухи об усилившихся проблемах с алкоголем, о которых “ДС” писала еще в прошлом году. Это, кстати, может объяснить постоянную медведевскую сонливость – у многих она сопровождает похмельный синдром.

Миф “царь хороший, а бояре плохие” до сих пор в российском обществе широко распространен и может и на этом этапе помочь удержать ситуацию. Но стоит помнить и о том, что вслед за этим лозунгом может появиться и лозунг “Царь ненастоящий”. Не стоит обольщаться, что в реальности он проявился намного позже, чем в гайдаевском фильме.

Сейчас все процессы идут намного быстрее, и активизация протестного голосования после объявления пенсионной реформы – тревожный звонок для Кремля. Ведь многие говорили, что голосовали не за коммунистов или жириновцев (тем более не за них выходили на митинги), а против власти. И результаты губернаторских выборов 23 сентября, в особенности абсурдное удирание жириновцев от победы во Владимирской области, подтвердили вывод Виктора Шендеровича, сделанный им еще по результатам выборов в Приморье: “Власть умудряется проиграть сегодня уже и договорные матчи. Это персональное поражение Путина”.

Видимо, в Кремле эти тревожные сигналы таки услышали. И решили пока от греха подальше снова “упаковать” только что отбывшего 30 суток Алексея Навального, арестовав прямо на выходе из каталажки. Ведь скандируемое его сторонниками “Он нам не царь”, слишком похоже на “Царь ненастоящий”. Так что пусть пока поотдыхает в так понравившихся ему отремонтированных к футбольному чемпионату камерах, пока Кремль будет перенаправлять народный гнев на “бояр”.

Деловая столица
Поделитесь.