Сергей Корсунский: Следующая битва Трампа Усиление позиций Ирана в Сирии и обеспокоенность Израиля не могли оставаться незамеченными в Вашингтоне, что и предопределило содержание дискуссии Трампа с Путиным

Встреча Трампа и Путина в Хельсинки стала во многих отношениях удивительной, даже уникальной. Но в одном 45-й президент США оказался традиционно последовательным – главным по важности вопросом международной политики (после вмешательство РФ в американские выборы) оказалась безопасность Израиля.

Похоже, что именно в этом контексте обсуждался конфликт в Сирии. Присутствие подразделений шиитских боевиков, контролируемых и снабжаемых из Тегерана, вблизи Голанских высот уже привело к прямым столкновениям ЦАХАЛа с сирийской армией.

Еще раньше Трамп объявил о выходе из заключенного во времена Брака Обамы “ядерного” соглашения с Ираном, которое в 2015 году открыло пути иранской нефти на мировые рынки и позволило привлечь инвестиции в нефтегазовый сектор ИРИ. Трамп объявил сделку с Ираном “худшей из всех возможных”, обвинил Тегеран в использовании экономической выгоды от продажи нефти в интересах поддержки мирового терроризма, а не в интересах народа.

Кроме США и Израиля, растущим влиянием Ирана на Ближнем Востоке крайне обеспокоены также Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты, поскольку Иран поддерживает хуситских повстанцев в Йемене, где много лет идет кровопролитная гражданская война. В результате США выдвинули Тегерану двенадцать условий для заключения нового соглашения, которое должно предоставить Ирану возможность беспрепятственно продавать нефть, однако резко ограничивает развитие ядерных и ракетных технологий, а также поддержку шиитских военизированных формирований в Сирии и Йемене. Иран отверг эти предложения и активизировал дипломатические усилия, чтобы избежать возвращения полномасштабных американских санкций, результатом которых может стать серьезное ухудшение экономической обстановки в стране. В довершение ко всему некоторые СМИ написали о готовящейся атаке США на иранские ядерные объекты. Израиль тоже, надо думать, не останется в стороне.

Обмен резкими заявлениями в Твиттере между Трампом и руководством ИРИ вряд ли означает подготовку к войне. Ситуация вокруг этой страны является крайне напряженной уже не первый год, и в периоды крайних обострений, как это происходит и сейчас, становится понятным, что следующая битва Трампа не обещает быть легкой. Прежде всего, следует принять во внимание, что Иран поставляет на мировой рынок 4 млн. баррелей нефти в день

 

В случае остановки этого экспорта рынок отреагирует значительным ростом цен, поскольку компенсировать такой дефицит можно лишь частично, за счет увеличения добычи Саудовской Аравией. Далее, против эскалации отношений с Ираном выступает ЕС, Россия, Индия и Китай, не говоря уже о Турции. Турки открыто объявили, что в принципе против режима “санкций, налагаемых одной страной по отношению к другой” как механизма давления в мировой политике, и считают, что в данном случае “применение санкций является необоснованным”. Специальная делегация США, посетившая Анкару на прошлой неделе, уехала ни с чем. “Турция будет продолжать покупать иранскую нефть, поставляемую государственными компаниями Ирана”, – завил министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу. “Мы все им объяснили”, – заявил глава внешнеполитического ведомства ТР, имея ввиду американцев. “Иран наш сосед и стратегический партнер. У нас значительное количество совместных взаимовыгодных проектов”,- поддержал его президент ТР Эрдоган. С учетом крайне обостренных отношений между США и Турцией, в отношении которой Трамп грозит также ввести санкции в связи с арестом и содержанием под стражей американского христианского проповедника, обвиняемого Турцией в поддержке терроризма, фактор Ирана способен окончательно рассорить Анкару и Вашингтон.

Далее, следует учесть, что крупнейшими покупателями иранской нефти являются Китай и Индия. Основной индийский экспортер – компания Hindustan Petroleum Corporation уже объявила о приостановке закупок иранской нефти, поскольку страховые компании отказываются страховать операции с ИРИ

Причиной называют возможное введение американских санкций. Правительство Индии сообщило экспортерам нефти о том, что они должны активно искать альтернативы иранским поставкам. Однако Китай и, тем более, Россия, не собираются идти на поводу у Вашингтона. Китай, который не только покупает иранскую нефть, но и поставляет туда вооружения, активно изучает возможности покупки доли европейских нефтегазовых компаний, который вынуждены будут уйти из Ирана в случае полномасштабного возобновления санкций. ЕС обратился к США с просьбой сделать для таких компаний исключение, в чем Брюсселю было отказано. Кроме того, Китай играет одну из ключевых ролей в строительстве инфраструктурных проектов в Иране.

Стороны уже объявили о возможности перехода в двусторонних расчетах на национальные валюты, чтобы избежать долларовых операций, контролируемых США. Россия со своей стороны давно и активно присутствует в энергетическом секторе Ирана, являясь монопольным поставщиком услуг в авиационной отрасли и секторе атомной энергетики страны, не говоря уже о поставках топлива для АЭС. В период действия санкций Россия и Китай активно использовали свое квази-монопольное положение, укрепляя присутствие национальных компаний в экономике ИРИ, и, безусловно, не уйдут с рынка в связи с угрозой из Вашингтона. Россия активно привлекала Иран к “урегулированию” ситуации в Сирии, где шиитские боевики оказались очень эффективными в борьбе против Исламского государств, а Китай активно использовал связи с Тегераном для укрепления своего присутствия в Персидском заливе. Обе страны имеют огромный опыт по работе на иранском рынке и, конечно же, воспользуются ситуацией в свою пользу.

Вовлечение в противостояние США с Ираном таких стран, как Россия и Китай, еще больше запутывает ситуация в главном геостратегическом треугольнике нашего времени. Буквально по каждому вопросу, который возникает на глобальной арене, все три “вершины” вынуждены учитывать позиции друг друга. При этом, поскольку в США все же не Россия, а Китай считается главной угрозой, все чаще говорят о необходимости сближения с Москвой, чтобы не допустить стратегического альянса Путина и Си Цзиньпина

 

Ветерану американской дипломатии Генри Киссинджеру приписывают концепцию, высказанную в ходе контактов с Трампом и его ближайшими советниками, что именно Китай является главной угрозой, а выстраивание конструктивных отношений с Москвой может стать фактором сдерживания КНР. В свое время именно Киссинджер стал автором концепции нормализации отношений с Китаем для сдерживания СССР, и вот теперь он предлагает обратное. По мнению авторитетных СМИ, это предложение нашло благодарных слушателей в Белом доме и именно этим, среди прочего, объясняется благожелательный настрой Трампа по отношению к Путину.

С другой стороны, Киссинджер известен своими близкими контактами с руководством Китая и ранее высказывался в поддержку проекта “Один пояс-один путь”, как и личным близким знакомством в Путиным. Киссинджер выступал адвокатом проведения встречи в Хельсинки, и он же заявил о ее неудаче. Как кажется, Киссинджер активно манипулирует мнением, которое присутствует во влиятельных кругах Вашингтона, что сближение Москвы и Пекина, которое становится все более явным в последнее время, является “смертельной комбинацией” для национальных интересов США. Поиски союзников против Китая среди таких стран, как Япония и Индия, являются далеко не новой идеей, однако непредсказуемое поведение Трампа после выборов, когда он то приглашал президента КНР во Флориду, то обрушивался на Китай с обвинениями в протекционизме в торговле; то открыто надеялся на помощь Пекина в ситуации с Северной Кореей, то обвинял в незаконной деятельности в Южно-китайском море не позволило подобным альянсам воплотиться в жизнь. Ситуация вокруг Ирана становится еще одним слабым местом в концепции “дружим с Россией против Китая”, поскольку в иранском вопросе следует ожидать прямо противоположной ситуации – координации РФ и КНР против США.

По мнению наиболее рационально мыслящих американских аналитиков, противостояние с Ираном на данном этапе является деструктивным. Ни в самом Иране, ни за его пределами нет достаточно сильной оппозиции, способной взять власть в стране и удержать ее от скатывания в гражданскую войну. Наиболее вероятно, что в случае свержения нынешнего президента власть в стране перейдет в руки генерала Кассема Сулеймани, командующего специальной гвардией, которого в Иране считают национальным героем. Генерал Сулеймани значительно более агрессивно настроен по отношению к США и Израилю, и этот фактор может реально обострить ситуацию до силового противостояния.

Новый хаос на Ближнем  Востоке по модели Сирии и Ирака безусловно вызовет крайне резкую реакцию в Европе, где и с нынешним наплывом беженцев никак не справятся. Дестабилизация Ирана может стать настоящей глобальной катастрофой. Судя по всему, следующая битва Трампа, если он все же решится выйти за рамки дипломатии, не обещает быть легкой. Ни для него, ни для нового мирового порядка.

Сегодня
Поделитесь.