Алёна Гетьманчук: О чём говорят европейцы наедине У европейцев, оказывается, также присутствуют дискуссии на тему "зрада - перемога"

Конец недели провела в Брюсселе на Европейской лаборатории идей – ежегодном собрании политиков, интеллектуалов, бизнесменов из ЕС, на котором в идеале должны производиться новые идеи для будущего континента. В этом году собрание называлось “Европа возвращается” (Europe – back on track). Как неоднократно подчеркивали организаторы мероприятия – без знака вопроса в конце. То есть, возвращается и точка. Такое название сама по себе должно было запрограммировать участников на позитив. Но по результатам двух дней следует констатировать, что новые идеи европейцам даются тяжело.

Поскольку собрание было рассчитано на внутреннюю европейскую адуториторию, было очень интересно и полезно узнать, о чем европейцы говорят между собой; что именно формирует их внутренний дискурс. Хочу поделиться несколькими наблюдениями из лаборатории идей, без всякой претензии на глубокий анализ, но с максимальной проекцией на Украину.

Иван Крастев – болгарский политический аналитик

-Украина в течение двух дней отдельно звучала только в академической лекции Ивана Крастева, которая стала интеллектуальной вишенкой на торте под занавес двух дней пленарных сессий и бесконечного количества закрытых «лабораторных» сессий. Ну и явным украшением болгарского президентства в ЕС.

-тема безопасности и конфликтов вообще звучала очень косвенно. Это при том, что жители ЕС, как свидетельствуют недавние опросы, именно войну / конфликт и терроризм считают двумя крупнейшими глобальными вызовами (далее идут климатические изменения).

-Не было и отдельных сессий, которые касались политики ЕС на Востоке Европы в целом, или Восточного партнерства в частности. Далее создается впечатление, что о Восточном партнерстве в ЕС говорят исключительно накануне очередного саммита инициативы – то есть, раз в два года. Хотя, возможно, лучше не фигурировать совсем, чем фигурировать, как Западные Балканы под названием дебатов: “Западные Балканы: черная дыра Европы?». (Хорошо, что хоть со знаком вопроса)

-В ЕС, оказывается, существует своя “измена”. Это стало очевидно после выступления Жана-Клода Юнкера. Вместо того, чтобы посвятить выступление будущему Европы, президент Еврокомиссии постоянно жаловался на то, как европейцы быстро раскручивают негативные тренды, зато положительные вещи – экономический рост во всех странах ЕС, сокращение уровня безработицы (в том числе и среди молодежи) – не очень замечают.

Президент Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер

Например, Юнкер отметил, что за время мандата возглавляемой им Еврокомиссии создано 9000000 рабочих мест, и никто об этом не говорит. А вот если бы за это время европейцы избавились от 9000000 рабочих мест, то его бы с возглавляемой им Еврокомиссией уже бы, мол, условно говоря, вынесли. На самом деле, у нас, в Украине, тоже не хватает хороших новостей из ЕС дискурс преимущественно движется в стиле “Евросоюз идёт к упадку” и неизвестно, что от него останется, пока мы готовы будем туда вступить. Соответственно, ставится под вопрос уместность сохранения европейского вектора.

-Самыми популярными словами, которые преследовали два полных дня дискуссий – это трендовая последнее время “resilience” (устойчивость) и “кризис верховенства права”. Организаторы мероприятия предполагают, что в 2018 году слово “устойчивость” может стать словом года в Оксфордском словаре так, как в 2017 году стал “популизм”, в 2016-м “паранойя”, в 2015-м – “экономия”. Прямо новейшая история ЕС: экономия привела к паранойе, которая углубила популизм. А он, в свою очередь сделал ЕС и европейские общества более устойчивым.

-Словосочетание “кризис верховенства права” в основном звучало в контексте трендов в Польше и Венгрии. Эффект дежавю приходилось испытывать каждый раз, когда дискутировалась эффективность политики предпосылки (conditionality): выполнение рекомендаций из Брюсселя в обмен на финансовые выплаты из ЕС. Большинство участников высказывались за то, что такая политика Брюсселя неэффективна и даже опасна, и нельзя смешивать совершенно отличные вещи: реформы в судебной сфере и финансовые выплаты.

– Кризис верховенства права активно всплывал и в другом контексте: европейцы жаловались, что само по себе понятие “верховенства права”, как и “права человека”, политики во многих из стран ЕС подают как “элитарные” вопросы. Это при том, что как раз наиболее уязвимые слои населения больше всего выигрывают от наличия верховенства права и защищенных прав человека.

Премьер-министр Великобритании Тереза Мэй и глава Европарламента Дональд Туск

-Европейских аудитория всячески демонстрировала, что уже психологически попрощалась с Британией. Все дискуссии на тему взаимодействия Великобритания и ЕС носили название “Британия и Европа” (а не Великобритания в Европе, например). А о Брекзит говорили и спрашивали преимущественно сами британцы, что не осталось незамеченным многими спикерам в их шуточных комментариях на эту тему.

– Вопрос, на который активно пытались найти ответ в рамках лаборатории – можно не любить Брюссель, но гордиться, что ты европеец (что ты в ЕС). Известный французский профессор сознательно спровоцировал эту дискуссию, оставив европейцев в активных раздумьях: “Американцы не любят Вашингтон, но гордятся, что они американцы. Что мешает европейцам не любить Брююсель и гордиться тем, что они в ЕС?».

P.S. Во время пребывания в Брюсселе отдельно встретилась также с рядом представителей евроинституций, в частности ЕК и Европарламента. Там уже с хода звучали до боли знакомые вещи об Антикоррупционном суду, плохом инвестклимату. Но была, например, удивлена, что один очень известный евродепутат, который знает Украину давно и очень хорошо, ничего раньше не слышал о потенциале Украины в ИТ-сфере. Это еще раз убеждает в том, что надо доносить и совсем другие сигналы в Брюссель об Украине.

Украинская правда
Поделитесь.