Виктор Гранов: Наркотрафик по-русски Россия успешно пробила очередное дно

Аргентинская полиция нашла 389 кг кокаина в 12 чемоданах, спрятанных на территории колледжа при посольстве России в Аргентине. Нашла она их, правда, давно, ещё в декабре 2016, причем по наводке посла России Виктора Коронелли, который по какой-то причине был то ли не в курсе, то ли вне схемы поставок.

Полицейские заменили кокаин на муку, оснастили чемоданы GPS-маяками, связались с россиянами – которым в этой ситуации уже некуда было деться, и вот, когда груз добрался до России, в обоих странах прошли аресты.

В принципе, дело житейское – криминальным соблазнам все покорны, и посольские работники тут не исключение.  Но есть нюанс: груз ушел в Россию диппочтой. А это уже серьёзнее.

Попросту говоря, есть вещи, которые любое государство – если оно государство, а не мировой изгой – обязано контролировать. Нельзя подсовывать гостю яд на дипломатическом приеме – ну, не принято, посольство – территория гарантий. Нельзя провозить оружие под Красным крестом. Нельзя возить контрабанду диппочтой. Нельзя пополнять госбюджет грабежом банком.

Одним словом, как писал Ярослав Гашек, недопустимо чтобы у гостей пропадали пальто, оставленные в прихожей.

Есть, конечно, государства, которые это допускают. Но они довольно специфические – как КНДР, например. Там возят наркотики диппочтой, травят кого попало и где попало, торгуют оружием с криминальными картелями и выпускают фальшивые доллары – причём все это делается не в порядке самодеятельности отдельных граждан, а под контролем государства.


Потому что диппочта – территория государства. А значит, как ни крути, в России контрабанда наркотиков существует на государственном уровне.


В принципе, ничего удивительного в этом нет. Кокаиновый траффик был организован КГБ СССР в 50-60 годы прошлого века, сначала пылкими латиноамериканскими коммунистами под руководством опытного и выдержанного Иосифа Григулевича, а потом при посредстве кубинских революционеров. Впрочем, и колумбийские синдикаты получили в своё время немалую поддержку от советских спецслужб – оружием и специалистами-химиками.

Именно так происходила доставка наркотиков из Афганистана в Советский Союз

С опиумом вышло ещё интереснее – современный высокопродуктивный опиумный мак – тот самый. Которым засеян весь Афганистан был выведен в СССР в 20-е годы прошлого века. Вот ничего ещё не было – ни колхозов, ни первых пятилеток – а мак уже был, потому что продажа опиатов и тогда была «золотым дном».

Но на территории СССР мак рос, во-первых, не везде, а, во-вторых, после наступления хрущевской оттепели — это стало угрожать нежелательной оглаской. Афганистан был идеальной базой для его выращивания – и это стало еще одним существенным аргументом в пользу вторжения в 1979 году.


У Владимира Путина в бытность его заместителя мэра Петербурга, а мэром был Анатолий Собчак, тоже была богатая кокаиновая история, включая попытку продажи списанной подлодки, сорвавшуюся из-за сущего пустяка: на покупателя очень некстати вышло Управление по борьбе с наркотиками США.


Подробности этой истории прочесть можно здесь. Владимир Владимирович, правда, в первых рядах благоразумно не светился, но присутствовал в некотором отдалении, курируя непосредственных исполнителей.

Кстати, в дальнейшем Управление по борьбе с наркотиками США вышло на еще одного покупателя, через которого один из крупнейших нелегальных торговцев оружием в мире под крышей Кремля – сотрудник российского ГРУ Виктор Бут должен был поставить оружие для организации «Революционные вооружённые силы Колумбии – Армия народа», которую американские власти считают террористической. При этом, сделка, скорее всего должна была быть бартерной – оружие на наркотики.

Виктор Бут – российский криминальный торговец оружием, в бывшем – майор КГБ

С учетом известной географии деятельности Бута, в том числе и Афганистан, его сделки имели, как правило, бартерный характер – оружие доставлялось потребителям, которые расплачивались с поставщиком – доставкой наркотиков по своим каналам в нужную страну, которые затем через подконтрольные россиянам ОПГ конвертировались от продаж в живые деньги, отмывались и оседали на тайных счетах российской военной разведки в той же Европе.


В общем – это было, было. Но вот чтобы прямо в диппочте – такое впервые. Словом, Россия успешно пробила очередное дно, укрепив и без того нерушимую российско-северокорейскую дружбу.


Но это только половина картины. Есть и вторая: без малого 400 килограммов кокаина – это очень основательная понюшка. И, значит, кто-то останется без привычной дозы. В России же кокаин давно стал статусным наркотиком. На нём плотно сидят думцы, министры и дипломаты – этот факт, к слову, многое объясняет в поведении Марии Захаровой, чей кабинет, расположен, по всей вероятности, в самой непосредственной близости к внутреннему почтовому отделению МИД РФ.

Для справки: симптомы кокаиновой абстиненции очень напоминают абстиненцию, возникающую при прерывании просмотра российских телешоу: угнетенно-депрессивное состояние, сопровождаемое мрачностью, озлобленностью, раздражительностью и аффективными вспышками.

Внимательно читаем новости из России – смотрим, кто остался без привычного стимулятора. Хотя, с другой стороны – должны быть и альтернативные источники поставок. Послушайте Лаврова, Захарову, почитайте твиттеры российских посольств, и вам станет понятно, что даже если МИД не делился аргентинскими посылками ни с кем, кто еще с советских времен держал и держит эту деятельность под своим чутким контролем, то 400 килограммов ему хватило бы максимум на неделю.

Хотя, такая «бдительность» посла РФ в Аргентине, может и говорить о другом, а именно, что «держатели темы» из одной кремлевской спецслужбы решили поломать игру и подставить «держателей» из другой спецслужбы.


Поделитесь.