Анатолий Баронин: В Иране ничего еще не решено Ситуация подвержена радикализации в случае ошибок власти

Ситуация в Иране сегодня не дает оснований делать категорические выводы относительно дальнейшего развития ситуации в Иране.

С 30 декабря хранил молчание о событиях в Иране. Но, принимая во внимание некоторые выводы о неминуемом падении режима в Тегеране, решил все же обозначить свое видение.

Итак, сегодня нет никаких оснований говорить о том, что массовые акции в Иране неотвратимо приведут к падению режима.

Во-первых, если сравнивать сегодняшние события с акциями 2009 года, то сегодня отсутствие лидеров оппозиции и единых политических требований и целей более очевидно.

При отсутствии лидеров революция как таковая невозможна. Она требует появления лиц, которые могут взять на себя дело координации протестов, а главное – стать общенациональными лидерами, сформировать политическое руководство государством. Если рассматривать в качестве таких лиц даже заключенных лидеров оппозиции, – то их национальной поддержки недостаточно для дополнительной мобилизации населения. Такие лидеры, впрочем, могут появиться в случае критических ошибок власти. Если официальный Тегеран попытается прямым силовым способом подавить протесты путем прямой конфронтации с применением оружия. Сегодня мы видим, что власть сделала ставку на полицейское и контрразведывательное подавления беспорядков путем эксфильтрации наиболее активных протестующих и активистов. Умеренное применение сил КСИР, кстати, также свидетельствует о том, что Тегеран не идет на радикальную конфронтацию. Это означает, что власть использует время для борьбы с массовыми акциями, а значит,  пока контролирует ситуацию и не считает, что радикальные действия являются единственным возможным решением проблемы. Отсутствие как такового успеха и позитивной динамики протестов играет, напротив, на ослабление протестов и исчерпания протестного ресурса. Итак, для свержения режима необходима положительная динамика протестов

Во-вторых, слабым местом протестов в Иране является их слабая организация и управляемость. Похоже, что единого центрального руководства массовых акций нет. Координации осуществляется на полевом уровне местными ячейками. Они не имеют единой связи на общем уровне, на уровне отдельных населенных пунктов. Деперсонифицированный призыв к национальной забастовке – одно из подтверждений того, что за массовыми акциями стоят силы (-а), что работают «втемную». Это значительно затрудняет выход на конечный результат. В противном случае призывы и заявления обнародовались бы конкретными лицами внутри Ирана или в изгнании, что улучшило бы управление и координацию.

Как по мне, интерес представляет особенность блокировки соцсетей в Иране. Согласно официальным сообщениям заблокирован Instagram и Telegram. Блокировка последнего стало, на мой взгляд, весьма необычным. Telegram ,  известный нам, как мессенджер, контролируемый российскими спецслужбами. А выборочное блокирование мессенджеров в Иране свидетельствует о том, что спецслужбы Ирана отобрали те из них, которые активно используются для координации и управления протестными акциями. В связи с этим появляется гипотеза о том, что за подстрекательством к протестам в Иране может стоять Кремль, который за счет управляемых акций протестов хочет создать ситуацию, которая заставит Тегеран обратиться к сирийскому сценарию, «лечь» под Россию и сделать Иран более послушным и подконтрольным в вопросах внешней политики (мы помним, как Тегеран в конце концов отказался от предоставления Москве права на использование авиабазы Хамадан).

Итак, ситуация сегодня не дает оснований делать категорические выводы относительно дальнейшего развития ситуации в Иране. Сегодня мы можем лишь констатировать: 1. Ситуация подвержена радикализации в случае ошибок власти; 2. власть пока контролирует ситуацию; 3. протестное движение исчерпывает свой потенциал и требует мобилизации, в частности, за счет ошибки власти, усиления внешнего вмешательства (можем считать это также ошибкой власти в контрразведывательной сфере) 4. успех протестного движения требует слияния политического и социального протеста, которого пока нет.

В этом контексте я более поддерживаю точку зрения коллег из центра Борисфен Интел – говорить о падении режима Иране еще рано.


Поделитесь.