The Guardian: Что там у нас с футболом? МОК и ФИФА оказались вне критики Странная нерешительность при наличии всех доказательств

Отстранение России от Олимпиады-2018 – средство отвлечь внимание общественности от позиций МОК и ФИФА, долгое время закрывавших глаза на проделки РФ.

Международный олимпийский комитет (МОК) слишком долго проявлял странную нерешительность, когда речь шла о привлечении к ответственности за российский допинг. Но во вторник в Лозанне у МОК не оставалось другого выбора – пришлось принять меры.

Поскольку размах преступлений ошеломляет, некоторые сочтут, что следовало наложить более суровые кары и гораздо более высокие штрафы. Как-никак, фактически Россию признали виновной в допинге с господдержкой, причем запрещенные препараты принимали более тысячи спортсменов в 30 видах спорта. Тем временем [Виталий] Мутко каким-то образом остается куратором чемпионата мира по футболу, который состоится в будущем году в России. Казалось бы, это заставит ФИФА насторожиться, особенно с учетом того, что десятки российских футболистов подозреваются в участии в программе допинга, а Григорий Родченков, экс-глава московской антидопинговой лаборатории, который сделался разоблачителем, передал Шмиду 52-страничные письменные показания, в которых детально описаны дюжины встреч с Мутко.

Однако после решения МОК в Лозанне ФИФА заявила, что оно “никак не влияет на подготовку к ЧМ по футболу 2018 года, поскольку мы продолжаем работать над тем, чтобы обеспечить наилучшую организацию мероприятия”. Пожалуй, нам не стоит удивляться. Руководящий орган футбола никогда особо не переживал из-за грязных сторон этой игры.

Важно, что антидопинговые организации и ассоциации спортсменов приветствовали вердикт МОК: многие осознают, что идеального решения нет, но радуются, что МОК наконец-то поступил более твердо.

И все же России бросили спасательный круг решив допустить к Олимпиаде “чистых” российских спортсменов под нейтральным флагом. Все это изначально было затеяно во имя справедливости, а не ради мести, и этот принцип распространяется, в том числе, на “чистых” российских спортсменов.

Есть некоторая ирония судьбы в том, что решение МОК почти неотличимо от решения ВПЛА не допустить российских легкоатлетов к Олимпиаде в Рио-да-Жанейро, к которому Бах в свое время отнесся пренебрежительно.

Да, у большинства стран есть проблемы с допингом, но задолго до 5 декабря было очевидно, что проблема в России уникальна по ее масштабу и размаху. МОК тоже знал о ней, но предпочитал ничего не предпринимать.

The Guardian
Поделитесь.