«Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах» Никита Горбань сидит, скрестив ноги, на старой стальной больничной койке, и проводит пальцами по бинту на ноге – там, где раньше были пальцы.

 

На нем все еще та одежда, в которой россияне отправили его домой, — футболка цвета хаки и спортивные штаны. Он бледен, худ и выглядит намного старше своего 31 года.

«Я сильно похудел, – говорит он, глядя вниз. – Я плохо выгляжу».

Он меняет положение на кровати. Прошло около двух недель с тех пор, как он может стоять, и ему приходится регулярно двигать ногами, чтобы они не болели.

В Запорожье яркий весенний день, но россияне проводят бомбардировки региона и окна в больнице затемнены. Воздух в палате горячий и затхлый.

Никиту вернули в Украину всего три дня назад в рамках обмена пленными и доставили его в эту больницу вместе с другим мужчиной. Они провели три мрачных недели в тюрьме в России. Другой мужчина, 28-летний Сергей Василига, вернулся с ампутированными ногами.

«Мне повезло больше, чем ему», – говорит Никита.

Переговоры об обмене пленными ведет вице-премьер Ирина Верещук.

«На этом обмене были тяжелоранены — ампутированные конечности, сепсис, другие тяжелые травмы», — рассказала Верещук.

«Были явные признаки пыток, — добавила она. — Истории, которые они нам рассказывали, ужасающие».

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

В течение пяти дней после возвращения Никита должен был носить одежду, в которой ее вернули, с русской маркировкой

Испытания Никиты начались в начале марта, когда российская армия вошла в Андреевку, маленькую деревню к западу от Киева. Никита, лаборант киевской больницы, скрывался в холодном влажном погребе с матерью, ее мужем Сашей, женой и пятилетним сыном. Саша был отчимом Никиты, но они уже давно считали друг друга отцом и сыном.

Русские ходили по домам, вытащили двух мужчин из подвала и избили, рассказал Никита.

«Была стрельба, в деревне убивали людей, это было ужасно», — вспоминает он.

Им завязали глаза и под дулом оружия отвели в поле, где их пытали. У Никиты есть свежий шрам на косточке пальца – по его словам, он остался после того, как россияне затянули гаечный ключ вокруг косточки и повернули его, пока кожа не треснула. Он слышал других людей вокруг себя, но не знал, сколько их было.

«Все, что я помню – я думал, где мой отец? А если его больше нет со мной» – говорит он.

Русские забрали у них сапоги, наполнили водой и снова надели. Тогда заключенных заставили лежать лицом к земле на морозе. «Мы так лежали три-четыре ночи, под дождем, и все больше замерзали», — говорит Никита.

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Дом Никиты в Андреевке

Когда он больше не слышал россиян поблизости, Никита тихо спросил: «Папа, ты здесь?» И голос Саши тихо ответил. Они были вместе. С тех пор они продолжали говорить, когда это казалось безопасным, уверяя друг друга, что они рядом.

Важно:  Генштаб России пропустил предупреждения о тяжелых последствиях войны в Украине

Когда они лежали в поле, ноги Никиты сильно замерзли. Вскоре он не мог их чувствовать. Затем близко к ним начали падать снаряды, оповещая о себе громким стуком.

«Мы долго так лежали на земле, снова и снова прощаясь с жизнью», – говорит Никита.

В конце концов, их подняли с земли на грузовики. С завязанными глазами Никита пытался оценить, сколько времени прошло. В какой-то момент их объединили с другой группой заключенных и погрузили на вертолеты. Начался голод – с тех пор, как их забрали, им дали только одну миску каши, кусок хлеба и печенье, рассказал Никита.

С вертолетов их пересадили на самолет. Никита почувствовал, как двигатели вращаются, а самолет несется по взлетной полосе и взлетает. Он предполагал, что был с 10 или 12 другими заключенными.

«Все хорошо?» – сказал он вслух, под звук двигателей.

«Да, я в порядке», – ответил Саша.

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Надя Голуменкова держит фотографии внука Никиты (слева) и сына Саши (справа) с сыном Никиты Артемом

В селе жены Никиты и Саши, Надежда и Светлана, и сын Никиты Артем переместились из своего погреба в большее укрытие под домом соседа. Они не знали, где их мужчины.

Через несколько домов начали волноваться и родители Саши Надежда и Владимир. Саша перестал отвечать на их звонки, но невозможно было выйти из дома, чтобы узнать, в безопасности ли он. Вокруг деревни падали снаряды, а во время перерывов в обстрелах русские солдаты грабили дома. Больше месяца во время оккупации ни одна семья не знала, жил ли кто-нибудь из родных.

В какой-то момент Никита и Саша пересекли воздушное пространство России, и грузовой самолет начал снижаться. Их отвезли в лагерь, где наконец-то сняли повязки с глаз и увидели друг друга. Они обнялись. Никита сказал, что россияне также пытали гаечным ключом и Сашу, но хуже, и один из его пальцев свисал на лоскуте мышц и кожи. Его доставили в полевой госпиталь для лечения.

Сняв повязку, Никита наконец-то увидел свои ноги. Его пальцы на ногах почернели. Он знал, что получил сильное обморожение от холода, и обратился за медицинской помощью. В полевом госпитале высушили и забинтовали пальцы ног, но больше ничего не сделали. Ему снова обули сапоги, и после пяти дней пребывания в лагере заключенных на грузовиках перевезли в СИЗО № 1 – тюрьму российского города Курск.

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Владимир Голуменков дома у Саши и Никиты

Новых заключенных надели в форму, подстригли волосы и сказали, что их «вакцинируют» — как оказалось, это был эвфемизм для избиения, говорит Никита. Когда их с Сашей закрыли в камере вместе с 10 другими, Никита все больше убеждался, что он может потерять обе ноги.

Важно:  Российская армия сожгла фосфорными боеприпасами школу в Авдеевке

В ту ночь я понял, что не могу ни чувствовать, ни контролировать свои ноги вообще, — вспоминал он. — И они начали ужасно вонять».

У других заключенных была такая же удручающая ситуация. Некоторые позже потеряли целые конечности. Уход в тюрьме был минимальным – прививка антибиотиком и смена повязки раз в три дня. По словам Никиты, тюремный врач сказал ему: «У нас есть медицина. Хорошая медицина. Но она не для вас».

Заключенные развлекали друг друга в камере, вспоминая свои семьи и рассказывая анекдоты. Их заставляли учить патриотические русские песни наизусть и исполнять их для гвардейцев, – рассказал Никита.

«Гимн России, еще одна отвратительная песня, прославляющая Путина, «Дядя Вова, мы с тобой». Нам их с утра дали и сказали выучить до обеда», — говорит он.

По его словам, их допрашивали два-три раза в день и избивали. Впоследствии их заставили подписать документы о том, что с ними обращались, кормили и не причиняли вреда — так они узнали, где они находятся, поскольку на документах стоял штамп «Курский СИЗО 1».

После трех недель заключения состояние ног Никиты резко ухудшилось, и его наконец вместе с двумя другими перевели в больницу. Хирург сказал ему, что ампутируют все пальцы ног.

«Они тогда были в таком плохом состоянии, что при осмотре у меня просто отвалился палец на ноге», — вспоминает он.

Он провел неделю в больнице после операции, прежде чем чиновник сказал ему, что его и нескольких других тяжело раненых мужчин отправят домой, на содержание семей.

Ирина Верещук рассказала BBC, что россияне пытались обменять гражданских заложников на российских военнопленных в Украине — шаг, запрещенный Женевской конвенцией.

«Поэтому они захватили всех этих заложников – мирных жителей, женщин, работников местных советов, чтобы попытаться их использовать», – сказала она.

«Мы знаем, что там более тысячи заложников — в том числе почти 500 женщин. Мы знаем, что они находятся в тюрьмах и СИЗО в Курске, Брянске, Рязани, Ростове», — добавила вице-премьер.

Никиту так и не повезли в Курскую тюрьму, где он в последний раз видел Сашу. Из больницы его снова повели на самолет, на этот раз в Симферополь в Крыму. Российские власти сообщили Верещук, что у них нет свободных карет скорой помощи, поэтому тяжело раненых везли на обмен в течение пяти часов на грузовых платформах.

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Никите придется заново учиться ходить

На месте встречи россияне положили раненых на шоссе на носилках и ушли, а украинские солдаты подошли и забрали их. Никита все еще не верил, что он в Украине — вплоть до момента, когда один из солдат посмотрел ему в глаза и сказал по-украински: «С возвращением, друг».

Важно:  Путин очень спешит, у него осталось 2-3 месяца - политический аналитик из США

«Я развалился на куски, — сказал он. — Я понял, что вернулся на родину».

Но он не знал, жива ли его семья. Он ничего не знал о том, что произошло в Украине за последний месяц. Никита дал украинскому чиновнику номер жены Надежды и ждал, сердце колотилось в груди.

«Я просто ждал гудков, чтобы знать хотя бы, что телефон работает, — сказал он. — Потом начались гудки, и она сбросила звонок, и я знал, что она жива».

Со второй попытки Надежда ответила. Она сказала ему, что они с Артёмом в Бельгии, и они в безопасности.

«Пять минут мы просто плакали в трубку, – говорит Никита. – Мы пытались поговорить друг с другом, но не могли. По моим щекам текли слезы. Я просто услышал, как она поздоровалась, и не мог вдохнуть».

Надежда позвонила Сашиному брату Вячеславу и его родителям Надежде и Владимиру, чтобы сообщить им новость.

«Мы теперь знаем, что Саша был жив, когда Никита уехал, но это было две недели назад, — рассказала мне его мама Надежда. — Так что мы все еще здесь ждем и надеемся. У нас еще не все хорошо».

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Брат Саши Вячеслав и его жена

После возвращения в Украину Никита пытался организовать перевод из Запорожья в киевскую больницу, где он работал. Процесс тормозил. Вдруг во вторник утром к нему пришла медсестра и сообщила, что он идет домой.

После долгой поездки каретой скорой помощи Никиту привезли в киевскую больницу, где его встретили как героя. Его отвезли в отдельную комнату с большим открытым окном с видом на сосны. Утром в среду к нему пришли заведующий медицинским отделением и главный хирург. Они с волнением ждали известия о Никите, и оба расплакались по его возвращению. Два других их коллег, супружеская пара, недавно погибли вместе с детьми от российского снаряда.

«Его возвращение так много значит для нас, – сказал хирург Юрий Шиленко. – Ему нужно будет заново научиться ходить, но мы сделаем все для него».

Никита надел больничные тапочки и продемонстрировал успехи — встал и сделал несколько шагов. Врачи обсуждали его планы восстановления. Но он не слишком слушал.

«У меня на уме только одно, — сказал он, когда они ушли. — Поехать к жене и сыну».

"Как я вернулся из русской тюрьмы без пальцев на ногах"

Никита Горбань в Киеве

Джоэль Хантер, BBC
Поделитесь.

Оставьте комментарий

WP2Social Auto Publish Powered By : XYZScripts.com