Радиоактивные отходы или ценное сырье? Что Франция вывозит в Россию Активисты экологического движения "Гринпис" во вторник провели акцию протеста перед штаб-квартирой французской государственной ядерной компании Orano около Парижа. Они требуют организовать захоронение переработанного урана во Франции, а не отправлять его в Сибирь на очистку, в ходе которой появятся еще более вредные отходы

 

По закону ввоз в Россию радиоактивных отходов запрещен, за исключением ряда случаев. Однако эксперты, поддерживающие проект «Росатома», который как ядерный монополист и будет проводить очистку «французского» урана, заявляют, что формально груз Orano никакие не отходы, а «ценное сырье для вторичного использования».

Экологи, выступающие против ввоза, парируют, что это «ценное сырье» тем не менее относится к ядерным материалам, а разговорами о его формальном статусе «государственные экологи» уводят внимание от собственно процесса очистки, который планируется провести в сибирском городе Северск – в результате вместе с очищенным ураном образуются жидкие радиоактивные отходы, в разы более опасные, чем регенерированный уран.

Больше тысячи тонн

Во время акции под Парижем экоактивисты в защитных костюмах сели рядом с пустыми контейнерами для радиоактивных отходов, держа в руках плакаты «Россия – не мусорный бак» и «Ядерная энергетика – не зелёная».

На пикет они решили выйти после того, как французскому отделению «Гринпис» стало известно об условиях контракта, заключенного французской компанией Orano с «Росатомом» на отправку в Россию свыше тысячи тонн отработанного урана с национальных АЭС.

– Радиоактивные отходы собираются привезти на территорию закрытого города Северска в Томской области до конца 2021 года. Эта партия станет второй в этом году – первую привозили в начале года, – рассказывает об итогах расследования Greenpeace France руководитель проектов энергетического отдела российского отделения Гринпис Виктория Глущенко. – Наши коллеги выяснили, что компания Orano, специализирующаяся на производстве и переработке ядерного топлива, спустя десятилетие намерена возобновить поставки радиоактивных отходов в Россию. Компания подписала контракт на продажу более тысячи тонн переработанного урана с «Росатомом».

Информацию об этом Гринпис подтвердили и в самой Orano.

– Во время расследования в порту Гавра Франции обнаружено, что несколько десятков тонн переработанного урана были погружены на борт корабля «Капитан Ломоносов», направлявшегося в Санкт-Петербург 20 января и 12 февраля 2021 года. 12 февраля Greenpeace France вычислил по этикеткам и знакам на 11 транспортных контейнерах на судне, что перевозимый материал является переработанным ураном. Дальнейшее расследование выявило аналогичную поставку 20 января 2021 года. Когда представители Greenpeace France связались с EDF (ранее также поставляла в Россию радиоактивные отходы) и Orano, EDF сообщила, что не связана с поставкой, а Orano подтвердила в электронной переписке от 24 февраля, что груз принадлежит ей, – говорит Глущенко.

В Greenpeace уверены, что в настоящее время французская компания готовит еще одну партию регенерированного урана, ее отправка состоится в период с октября по декабрь 2021 года.

Ценные «неотходы»

Обе стороны – «госэкологи» и «антиядерщики» – согласны тем, что из Франции везут «отработанный» в АЭС уран после переработки. Больше всего споров из-за того, корректно ли называть заявленный к ввозу в Сибирь регенерированный уран ядерными отходами. И соответственно – насколько этот контракт законен.

– Сперва добывают урановую руду, потом происходит обогащение урана (для того, чтобы сделать ядерное топливо и загрузить в АЭС). После того, как топливо «отработало» в АЭС, его выгружают, а дальше это использованное топливо или просто хранят, или перерабатывают. При переработке использованного топлива выделяют уран или плутоний, попутно также получая радиоактивные отходы, жидкие и твердые. Из Франции к нам будут ввозить именно такой уран, который выделили из использованного ядерного топлива, – объясняет основатель экологической организации «Экозащита» Владимир Сливняк.

Важно:  Очень горячий мир. Что происходит в Боснии и Герцеговине

Инженер-физик, научный сотрудник агентства экологической безопаности «Альфа-Х91» Дмитрий Горчаков, считает, что отходами регенерированный уран называть некорректно, поскольку он может быть успешно использован повторно.

– Это ценное сырье, поскольку содержание полезного изотопа уран-235 в регенерированном уране может быть выше чем в природном, и тем более обедненном уране, – объясняет Горчаков. – По сообщению французской компании Orano, которое приводит Гринпис в своем заявлении, речь может идти о поставках около 1000 тонн регенерированного урана в Россию. Точно сказать, в чем заключается контракт, сложно, стороны не раскрывают деталей. Но по заявлению «Росатома«, опубликованному в РИА, этот уран пойдет на собственные нужды атомной отрасли России. Так что, возможно, речь идет не о контракте на дообогащение обедненного урана, как было пару лет назад в истории со ввозом обедненного гексафторида урана, а о непосредственной закупке уранового сырья для самого «Росатома».

Из регенерированного и обедненного урана можно делать топливо как для обычных АЭС, обогащая этот уран или делая так называемое РЕМИКС-топливо, так и для новых типов реакторов на быстрых нейтронах – делая МОКС-топливо из смеси обедненного урана и плутония. И такие топлива и реакторы у нас уже работают – МОКС загружают в БН-800 на Белоярской АЭС, РЕМИКС испытывают на Балаковской АЭС, а из обедненного урана обогащают топливо для остальных АЭС. В России активно занимаются замыканием топливного цикла, используя вторичные источники ядерных материалов. Поэтому то, что для антиядерных активистов выглядит как отход, для специалистов является сырьем для вторичного использования. Для кого-то выброшенная бумажка – это мусор, но если сдать ее в макулатуру – это сырье. Конечно, антиядерные экоактивисты навешивают ярлык отходов и мусора на многие ядерные материалы, рассчитывая на определенное негативное отношение к ним у широкой публики. Но речь на самом деле о том, чтобы рационально использовать ресурсы, меньше добывать нового урана из земли и делать меньше отходов, – говорит Горчаков.

Владимир Сливняк, напротив, считает такой подход формальным, поскольку «ценное сырье» так же вредно, а при его очистке на предприятии Росатома вместе с очищенным ураном появятся еще более опасные отходы.

– Регенерированный «французский» уран не готов к использованию из-за загрязнения. Это загрязнение и будут удалять в Томской области, вероятнее всего, в Томске-7 (старое название ЗАТО Северск. – СР). В результате этой очистки появятся жидкие радиоактивные отходы. Они в разы опаснее регенерированного урана. Сколько там будет жидких радиоактивных отходов из тонны регенерированного урана – сказать невозможно. Атомная промышленность это не раскрывает, – говорит Сливняк. – При этом не надо забывать, что и сам регенерированный уран опасен радиацией, это радиоактивный материал. Как бы его формально ни называли – сырье или отходы.

Виктория Глущенко из Гринпис отмечает, что споры о том, корректно называть груз из Франции ядерными отходами или нет, опасен тем, что уводит внимание общественности от главного – процесса очистки регенерированного урана, в результате которого появятся еще более опасные вещества, которые совершенно точно останутся на территории России.

Важно:  Высокая духовность и мораль нации. Больница, связанная с дочерью Путина, лечит «ихтамнетов» и девушек, оказывающих эскорт-услуги

– В результате этого процесса образуется отход, который при измерении активности радионуклидов можно квалифицировать как радиоактивные отходы. Они уже не подлежат повторному использованию. И вот как будет организовано хранение или захоронение этих отходов на территории Российской Федерации – большой вопрос. Получается, завозят если и не отходы, то в результате запланированной переработки совершенно точно появится радиоактивный отход, – говорит Глущенко. – О том, что он останется в России, нам говорят и условия контракта, который удалось увидеть французским экологам, и предыдущий похожий опыт с Германией – тогда отходы также оставались у нас в стране.

Сливняк с представителем Гринпис в этом согласен.

– Скорее всего, жидкие отходы от очистки регенерированного урана будут закачивать под землю. То есть в результате этих операций могут подвергнуться загрязнению российские недра. Российская атомная промышленность еще с прошлого века практикует закачку жидких радиоактивных отходов под землю, что, безусловно, представляет опасность радиоактивного загрязнения грунтовых вод, – объясняет эколог.

Уменьшит экологический груз

В госкорпорации «Росатом», подтверждая договор с французской компанией, заявили, что проект не только «снизит нагрузку отрасли на экологию», но и «даст возможность сохранить стратегический запас природного урана для будущих поколений». Последняя часть заявления вызывает у экологов не меньшие опасения – запасов отработанного урана в России, по их данным, и так очень много, со своих АЭС.

– Рециклирование ядерных материалов – пример практической реализации концепции рационального природопользования как глобального тренда научно-технологического прогресса. Возвращение в топливный цикл регенерата дает возможность сохранить стратегический запас природного урана для будущих поколений и снизить экологическую нагрузку атомной промышленности в целом, – сообщили в департаменте коммуникаций госкорпорации «Росатом». – Регенерат будет использован в качестве сырья в рамках программ по производству ядерного топлива на предприятиях топливной компании «Росатома» ТВЭЛ. Использование регенерированного урана позволит сэкономить столько природного урана, сколько бы пришлось добывать на руднике в течение нескольких лет и обеспечить стратегический запас природного урана для будущих поколений. Кроме того, подход, предусматривающий использование регенерированного урана для производства нового ядерного топлива, в полной мере отвечает вызовам времени, так как помимо снижения потребления природных ресурсов способствует снижению экологической нагрузки.

Физик-ядерщик Горчаков добавляет, что согласен – в России урана добывается меньше, чем нужно для «удовлетворения своих и зарубежных контрактов».

– Так что такие поставки могут быть дополнительным вторичным источником урана с относительно высоким содержанием ценного компонента. Скорее всего, этот уран завезут действительно в Северск, где на комбинате СХК имеется опыт работы именно с регенерированным ураном. Но, повторюсь, хотелось бы услышать от участников сделки каких-то пояснений, – говорит Горчаков.

Экологи с этим мнением не согласны – по их сведениям, в России есть собственные запасы «отработанного» на АЭС урана, которые на сегодня повторно почти не используются. При этом к ним добавляют зарубежное.

– В России накоплено несколько десятков тысяч тонн отработавшего топлива и лишь малая часть переработана, – напоминает Сливняк. – Зачем это Франции, понятно – Orano избавляется от материала, хранение которого обошлось бы дорого, а очистка еще дороже. А вот зачем это нужно «Росатому», который сам может перерабатывать отработавшее ядерное топливо и выделять уран – интересный вопрос! В теории – да, после очистки этот уран может быть использован на АЭС, но есть вероятность (опять же по данным французского Greenpeace из наработанных источников в атомной промышленности Франции), что «грязный» уран, возможно, даже не будут перерабатывать, а просто будут хранить в России.

Важно:  Виктория Ивлева: "Нет чужих, это одна страна"

Горчаков считает, что помимо закупки «сырья» Россия в данном случае получает «работу российских предприятий, зарплаты, налоги, экспортные контракты и т. д.» Он также считает, что экопротест под Парижем вызван в первую очередь запланированным выступлением французского президента Макрона на тему декарбонизации экономики Франции до 2030 года, а не заботой о российской экологии.

– Этот план предусматривает большие вливания в атомную промышленность Франции и развитие типов малых реакторов. В Европе в целом идут споры о роли атомной энергетики в решении климатических проблем, о возможности считать атомную энергетику зеленой и низкоуглеродной. И такие акции протеста – часть этой даже не дискуссии, а борьбы. Отправка урана в Россию в данном случае для экоактивистов Франции в большей степени повод говорить о проблемах атомной энергетики Франции и Европы. А проблемы России их волнуют в лучшем случае во вторую очередь. Это наши проблемы, и нам их решать. Не хотелось бы, чтобы такие новости из-за границы добавляли радиофобии или искажали информацию. Но, с другой стороны, такие новости и вся международная деятельность Росатома требуют от нашей же атомной отрасли большей прозрачности и открытости. Надеюсь уроки с прошлой истории с ввозом обедненного урана будут извлечены, и Росатом всем желающим ответит на их вопросы и покажет, каким образом обеспечивается безопасность этих контрактов. Это часть их работы, которую общество имеет право знать и требовать, – говорит Горчаков.

Владимир Сливняк также не исключает, что сомнительная выгода Росатома может объясняться причинами не экономическими, а политическими.

– Я полагаю, что речь идет не столько о техническом взаимодействии, сколько о политическом. Как ранее в случае с Германией, Росатом готов забирать «неудобные» радиоактивные материалы, получая за это возможность работать на европейском рынке, не подвергаясь каким-либо санкциям. Из Германии много лет забирали урановые хвосты – отходы процесса обогащения урана (при первичном изготовлении ядерного топлива для отправки на АЭС, например), из Франции забирают «грязный» уран, выделенный при переработке топлива. Возможно, именно за эту услугу Росатом получил возможность войти в совместное предприятие с французским Framatome и германо-британо-голландской Urenco по производству ядерного топлива. Возможно, есть и еще какие-то операции, о которых пока неизвестно, ведь атомная промышленность всегда стремилась держать информацию в тайне от общественности, – напоминает эколог.

Любой из этих вариантов российские экологи считают для России, мягко говоря, «неполезным».

– Либо у нас появятся жидкие радиоактивные отходы, которые загрязнят грунтовые воды. Либо мы будем накапливать помимо своих ядерных материалов, еще и «чужие», – говорит Владимир Сливняк. – Что-то делать с этими запасами придется будущим поколениям. Пока способа сделать их безопасными нет, а значит, нам придется тратиться на их хранение и мониторинг. Вероятно, тысячи лет. И на сегодня нет никакого полностью безопасного способа их захоронения!

Сания Юсупова, "Радио Свобода"
Поделитесь.

Оставьте комментарий

WP2Social Auto Publish Powered By : XYZScripts.com