Черногория в огне: как “сербский мир” и друзья России поставили страну на грань раскола Слезоточивый газ, свето-шумовые гранаты, резиновые пули и баррикады на улицах исторической столице Черногории

 

Все это стало результатом желания Сербской православной церкви (СПЦ) интронизировать (ввести на кафедру) новоизбранного митрополита Черногорско-Приморского Йоаникия II. В этом стремлении СПЦ поддержало и правительство Черногории, бросив полицию на преодоление сопротивления жителей города.

Поэтому интронизация в Цетинский монастырь может стать прологом к новой странице истории Черногории, а может, и для всех стран Юго-Восточной Европы.

Последствия этого якобы чисто религиозного мероприятия в той или иной степени будут ощутимыми во внутриполитической черногорской жизни, в геополитических раскладах на Балканах и в ситуации с безопасностью в регионе.

Что же такого было в церемонии вступления в должность сербского митрополита Черногории?

Церковь идет во власть

Интронизация главы митрополии Черногорско-Приморской Сербской православной церкви 5 сентября 2021 прошла впервые за 30 лет.

Воцарение предшественника Йоаникия, Амфилохия, происходило еще до распада Югославии, в 1990 году, и, как считается, существенно повлияло на дальнейшее развитие событий.

Дело в том, что черногорский митрополит СПЦ был активным участником дальнейших событий в регионе, и не как миротворец, а наоборот – как подстрекатель. Амфилохий принимал в Цетинский монастырь и благословлял членов сербского парамилитарного формирования “Тигры” и их предводителя, Желько Ражнатовича “Аркана”, лично посещал линию фронта, где подбадривал черногорско-сербские войска, которые держали осаду Дубровника, уговаривал лидеров боснийских сербов не подписывать мирные планы, предложенные международным сообществом, а продолжать воевать, как царь Лазарь на Косовом поле….

В 2000-х годах все конфликты на территории бывшей Югославии прекратились, сама страна развалилась, военные и политические лидеры региона военного времени или кардинально изменили свои взгляды (как Мило Джуканович), или были отправлены в Гаагский трибунал.

Но Сербскую церковь в Черногории эти изменения практически не коснулись.

Пользуясь приоритетным положением, руководители церкви не стеснялись продвигать тезисы “сербского мира”, даже отказываясь признавать черногорцев отдельным от сербов народом.

Ответ государства прозвучал лишь в 2019 году – черногорский парламент принял закон о свободе вероисповедания, по которому Сербская православная церковь должна была потерять свое исключительное положение в Черногорском государстве.

Лидеры СПЦ в Черногории, во главе все с тем же Амфилохием, организовали мощное движение против “гонений на церковь”. И эти попытки оказались успешными, чем подобные заявления РПЦ в Украине.

За несколько месяцев, благодаря открытой активной поддержке Белграда и более скрытой поддержке Москвы, на базе православных протестов сформировалась политическая сила, которая смогла набрать больше голосов на парламентских выборах 30 августа 2020 и, вместе с новыми лицами с проевропейского общественного сектора, которые долгие годы выступали против коррупции и авторитаризма власти во главе с Мило Джукановичем, сформировать “правительство апостолов”.

Название возникло и из-за количества министров, и потому, что кандидатов лично утверждал митрополит.

Важно:  ЦИК "зашифровал" результаты выборов. Как оправдались

Интронизация любой ценой

Возраст и коронавирус подкосили Амфилохия в конце 2020 года. Был избран новый глава Черногорско-Приморской митрополии, Йоаникий.

Его восхождение на престол, как и предшественника, должно было состояться в Цетинском монастыре, в исторической черногорской столице, которая не только является центром православия одновременно для сербов и черногорцев, но и символом черногорской государственности.

Акт интронизации сербского митрополита в Цетине должен был стать не просто религиозной церемонией, но показать, что СПЦ в Черногории является ведущей общественно-политической силой, настоящей властью, окончательно подтвердив победу правящей коалиции, настоящим лидером которой была Сербская церковь.

Вот этот аспект якобы религиозной церемонии на Балканах все прекрасно видели и понимали, но Запад (о чем свидетельствуют многочисленные заявления западных функционеров и других официальных лиц, экспертов и материалы СМИ) или действительно не видел двойного смысла запланированного события, или решил закрыть глаза на этот нюанс.

Патриотические черногорские организации, почти вся оппозиция во главе с Демократической партией социалистов Мило Джукановича, сам Джуканович, ныне является президентом Черногории, городской совет Цетине, требовали перенести интронизации митрополита в другой храм в другом городе.

Накануне интронизации на дорогах в Цетине появились баррикады, а сербские СМИ дружно прогнозировали кровопролитие.

Этого всего можно было легко избежать, если бы интронизация была перенесена в официальную столицу – Подгорицу. Сделать так рекомендовало Министерство внутренних дел, однако такой сценарий оказался категорически неприемлемым для СПЦ. В этом году Сербская церковь получила болезненную пощечину: власть самопровозглашенного Косово запретила проводить интронизацию нового патриарха на территории государства. Поэтому интронизация именно в Цетине рассматривалась и как своеобразная компенсация, и как свидетельство того, что церковь сохраняет власть в Черногории.

В такой ситуации “правительству апостолов”, похоже, не оставалось ничего другого, чем “взять под козырек” и работать над проведением церемонии именно в Цетине.

Правда, премьер-министр Здравко Кривокапич обещал приехать в Цетине без охраны, чтобы найти общий язык с противниками интронизации. Однако обещание так и не выполнил.

Вместо этого ставка была сделана именно на силу. Черногорские власти блокировала историческую столицу, чтобы исключить прибытие туда оппозиции из других городов, а протесты в самом городе жестко разгоняли спецназовцы.

В оппозиции отмечают, что жестокость силовиков была немотивированная. Действительно, как оказалось впоследствии, приказ на жесткие действия полиции стал ответом на информацию об использовании протестующими “коктейля Молотова” – однако впоследствии эта информация оказалась фейком.

В столкновениях с полицией, которые действующая власть назвала “попыткой террористических актов”, был ранен взрывом свето-шумовой гранаты экс-спикер черногорского парламента Ранко Кривокапич.

Баррикады из горящих шин помешали новому митрополиту и сербскому патриарху Порфирию доехать до Цетинского монастыря автотранспортом. Впрочем, это не помешало проведению интронизации – иерархов доставили в монастырь военным вертолетом и с вооруженной охраной.

Важно:  Немецкие эксперты: Выборы в Госдуму были репетицией президентских

Кадры, на которых священнослужители выходят из вертолетов, которые сразу же прикрыли от протестующих пуленепробиваемыми экранами, быстро разошлись по всему миру.

Победа Белграда и Москвы

Зачем церковь и власть пошли на этот конфликт? Частично ответ на этот вопрос дает вот такой один эпизод из богатого на события дня 5 сентября.

Готовясь встретить Йоаникия, священники в Цетинском монастыре пели песни. Одной из них была “Ječam žela”, любимая песня покойного Амфилохия. Аплодисменты присутствующих вызвал куплет, в котором есть такие слова:

Когда войско в Косово вернется,

Когда войско, мама, вернется в Косово.

Конечно, речь идет только о песне. Но на Балканах подобные символические детали иногда имеют не меньшее значение для прогнозирования дальнейших событий, чем заявления официальных лиц.

Видео с записью пения из монастыря СМИ Косово прокомментировали так: “Митрополит Йоаникий официально вступит в должность с ультранационалистической песней. Он приходит на смену владыке Амфилохию, который был известен как сербский и русский ультранационалист. Новый епископ принадлежит к тому же ряду”.

Так, сейчас в Косово присутствует миротворческий контингент НАТО, и косоварам якобы нечего бояться. Но когда в соседней стране-члене НАТО власть является союзником сил, скучающих по сербским войскам в Косово, ситуация кажется уже не такой безопасной.

Известный черногорский публицист Шеки Радончич видит и другие угрозы. “Окрыленные сегодняшними событиями, и не только сегодняшними событиями, но победой пророссийских сил в Черногории в августе прошлого года, очевидно, что после Черногории и Цетине главной целью является Босния и Герцеговина, распад Боснии и Герцеговины под руководством Вучича и Путина”, – заявил Радончич боснийским СМИ.

Он уверен, что интронизация митрополита СПЦ – не только важная победа “сербского мира”, но и еще более важна первая победа России в стране-члене НАТО.

“Не будем наивными. За Порфирием стоят Белград и Вучич, а за ними – Москва, Россия”, – говорит Радончич.

Сам президент Сербии Вучич не скрывал своего удовлетворения после интронизации митрополита СПЦ в Цетине вопреки требованиям патриотов, оппозиции и Джукановича.

Выступая на телевидении 5 сентября, Вучич поздравил черногорскую власть с этой успешной операцией и заявил, что Черногория в последние годы использовалась как полигон для нападения на Сербию, но больше такого не будет.

Впрочем, не исключено и обратное – события в Цетине станут началом конца как нынешней коалиции, так и влияния СПЦ.

“Это конец уважения, которым Сербская православная церковь пользовалась до сих пор как в исторической столице Черногории, так и в нашей стране. Таким образом, колокола, которые можно было услышать после интронизации и какие должны быть колоколами в честь нового митрополита Сербской церкви, на самом деле были колоколами захоронения миссии СПЦ и митрополии Цетинской в исторической столице Черногории”, – отметил президент страны Мило Джуканович.

Важно:  Отравители и заказчики. Как связаны дела об отравлении Скрипалей и Литвиненко с думскими выборами

До сих пор отсутствие протестов против просербской власти объяснялась усталостью черногорцев от власти Джукановича – “правительство апостолов” одержало победу на парламентских выборах именно на этой волне. Впрочем, последние события могут заставить черногорцев изменить свои приоритеты.

Так же эти события могут стать и ударом по авторитету СПЦ. Тем более, альтернатива ей, пусть и неканоническая, существует. По данным социологов, 21% граждан поддерживают не признанную мировым православием Черногорскую Православную Церковь, тогда как сторонниками СПЦ являются 43%.

Не исключено, что следующие замеры покажут, что эти цифры изменились – и не в пользу СПЦ.

Уроки для Европы

Нынешний конфликт стал возможным еще и потому, что в Европе и США не видели геополитических или угроз безопасности для региона в тесной связи черногорской власти с идеологами “сербского мира”, а через них – и с РФ.

Как следствие, западные дипломаты не видели угрозы в проведении церковного ритуала в исторической столице Черногории и традиционно призвали все стороны к спокойствию и диалогу, несмотря ни на чрезвычайное упрямство Сербской церкви, ни на необычные попытки чиновников угодить им любой ценой.

Более того, критика преимущественно звучала в адрес оппозиции (которую обвиняли в организации протестов только для возвращения к власти) и патриотов, которых, повторяя тезисы российской пропаганды, черногорские чиновники, западные медиа и даже некоторые западные политики и дипломаты называли радикалами и националистами.

Действительно, если смотреть со стороны, причин для беспокойства усиления сербского, а за ним и российского влияния, можно и не заметить – и из Киева тоже.

За год, прошедший после назначения новой власти, Черногория не изменила кардинально свою внешнюю политику по сравнению с прозападным правительством предшественников, в частности, не пыталась отозвать признание Косово, выйти из НАТО или прекратить поддерживать санкции против России.

Важная для нас деталь: министр иностранных дел действующего правительства Черногории принял участие в инаугурационном саммите Крымской платформы в Киеве, а черногорская делегация в ООН голосует за все резолюции, осуждающие РФ.

Очевидно, Запад считает, что так будет и дальше, что влияние Брюсселя, Вашингтона, Лондона и Берлина на Подгорицу будет мощнее, чем влияние Белграда и Москвы.

Но действительно ли сохранится прозападный курс Черногории в условиях, когда у “сербского мира”, вдохновленного победой в Цетине и поддержанного или даже подстрекаемого “русским миром”, возник соблазн взяться за штурм следующих бастионов?

Наталья Ищенко, балканист, эксперт по медийным манипуляциям для "Европейской правды"
Поделитесь.

Оставьте комментарий