На дебатах всплыла Россия. Во всей красе

 

Смешные управляемые “дебаты” – это такая площадка в федеральном телеэфире, на которой, как ни парадоксально, можно услышать реальную правду о происходящем в РФ. Попробуем показать, как отдельные кандидаты дают отпор дирижерам-ТВ-ведущим, загоняющим их в тематику “отпора внешнему врагу”, “воспитания патриотизма” и прочей “борьбы с русофобией”.

В программе “Лицом к событию” этот жанр, который в России приобрел оттенок комедийного шоу, комментируют реальные участники предвыборной гонки – Михаил Лобанов (КПРФ), Денис Терехов (“Новые люди”), Константин Смирнов (Яблоко, Рязань). Ведущая Елена Рыковцева.

Елена Рыковцева:

События происходят у вас на глазах, но вы их не видите, потому что никто не смотрит дебаты. С нами Михаил Лобанов. Вчера вашего соперника вышибли с выборов, одного из основных конкурентов, мы его хорошо знаем – это предприниматель видный. Вы рады, довольны?

Власти изображают борьбу с иностранным влиянием вместо того, чтобы заняться реальными важными проблемами

Михаил Лобанов: Да, нет, конечно, недоволен. Он, видимо, пал жертвой либо ограничений, которые власти год за годом усиливают по отношению к кандидатам, чтобы не пустить каких-то сильных оппонентов властям. Мне сейчас сложно разобраться, была ли это прицельная атака на него, либо это просто техническое совпадение, приняли законы-ограничения довольно нелепые, соответственно, он чисто технически под них попал. Но в любом случае, я считаю, это неправильно. Потапенко известный предприниматель, известный блогер, хотел участвовать.

Елена Рыковцева: Что в этой истории самое замечательное, за что он попал, Дмитрий Потапенко – за то, что у него акции иностранной компании. Угадайте, как она называется? “Сбербанк”. И еще одной компании – “Яндекс”. Оказывается, масса людей в Российской Федерации, которые обладают этими акциями российских компаний, как они думали раньше, оказываются, работают на руку, видимо, какому-то врагу иностранному и баллотироваться не могут, лишены избирательного права.

Михаил Лобанов: Это действительно странная ситуация. Вместо реальной деофшоризации экономики наши власти занимаются игрой с понятиями, терминами, изображают борьбу с иностранным влиянием вместо того, чтобы заняться реальными важными проблемами в этой части. А реально важные проблемы общемировые – это перетоки капиталов в офшоры, это уход от налогов крупных корпораций и сверхбогатых людей, из-за которых страдает и наша медицина и образование, социальная сфера, так же по всему миру происходит.

Елена Рыковцева: Ничего, у вас остается Евгений Попов, у вас хватает соперников. С нами на связи Денис Терехов. Денис представляет партию “Новые люди”. Я Дениса смотрю на этих дебатах, он участвует в них. У меня правильное создается впечатление, что в основном, с чем вы сталкиваетесь, вас все спрашивают про оборонку, про внешнюю политику, вам удалось поучаствовать в дебатах на федеральных каналах, где речь шла о России и о проблемах Российской Федерации внутренних?

Денис Терехов: Я был на двух дебатах на канале ТВЦ и на канале “Россия-24”, они были посвящены внешней политике и обороне. Мое главное удивление, даже и изумление, что редакторы почему-то внешнюю политику ставят через запятую с обороной, даже через тире. Такое ощущение, когда мы говорим о внешней политике, мы только можем лязгать танками, ракетами, изображать из себя медведя в страшной шапке-ушанке с Калашниковым. Поэтому у меня было эстетическое изумление. Особенно приятно, что на дебаты лично приехал Владимир Вольфович Жириновский. Я его первый раз увидел в городе Норильске, будучи маленьким журналистом, аж в 1994 году, сегодня у меня была вторая с ним встреча. В целом дебаты, конечно, смешные.

Елена Рыковцева: Давайте запятую поставим, это не дебаты никакие, каждому из вас в пределах какой-то жесткой временной единицы, три минуты или полторы минуты, дается возможность ответить на некий вопрос, вернее, поговорить полторы минуты об этой теме, которую вам задает ведущий.

Мое главное удивление: редакторы почему-то внешнюю политику ставят через запятую с обороной, даже через тире

Денис Терехов: Видимо, есть какая-то общая инструкция Центральной избирательной комиссии, чтобы все дебаты проходили одинаково. Я лидер территориальной группы от партии “Новые люди” по Красноярскому краю, Хакасии и Тыве, я физически нахожусь в Красноярске, я там принимал участие в дебатах, они проходили ровно по той же схеме, по которой проходят и в Москве. В начале дают минуту на так называемую визитку, что-то рассказываешь про партию, все несут какую угодно ересь. Потом всем задают одинаковые вопросы, все по очереди отвечают. Просто в Красноярске и журналисты, видимо, поскромнее, и кандидаты поскромнее, поэтому все просто: бу-бу-бу, говорят. В Москве люди чуть более раскованные, поэтому Владимир Вольфович всех перебивал, я брал с него пример, тоже всех перебивал – это было хоть как-то забавно. По крайней мере, на ТВЦ это было вообще забавно, там микрофон не выключали, а на “России” четыре микрофона выключали. Нужно было очень громко орать, чтобы в микрофон собеседника долетела твоя реплика. Там были ответы на вопросы обычно две минуты, если кто-то не приходит, то время не приходящего распределяется между другими кандидатами. В конце снова кричишь: голосуй за наш номер. Некоторые приходят со смешными табличками, 8 раз повторяют название партии и номер в бюллетене, как будто все сидят с блокнотиком, карандашиком, чтобы записать, за кого же им нужно голосовать, когда они невероятно возбудились, увидев этого красивого или, по крайней мере, умного человека.

Елена Рыковцева: Возвращаясь к Дмитрию Потапенко, сегодня были уникальные совершенно дебаты на Первом канале. Первый канал пошел по своему пути: он сажает двоих, представителей от двух партий, видимо, там тоже по принципу жребия, каждому из этих представителей ведущий задает разные вопросы. Одному он говорит: вы когда-то сказали о том, что русофобия процветает в России, развейте эту тему. А второму говорит: вы про патриотизм заговорили, пожалуйста, послушать хотелось бы про патриотизм. Тут он задает один из своих вопросов Максиму Шевченко, Максим начинает отвечать ему не на вопрос про 1 сентября и патриотизм в школе, а начинает ему говорить про то, что сняли его коллегу по партии Дмитрия Потапенко. На что ведущий пытается его перебить и сказать, что вы говорите не по теме, на что Максим говорит, что я в свои полторы, три и еще полторы минуты могут потратить ровно на то, о чем я хочу сказать. Мне совершенно неважно, о чем вы меня спрашиваете, я буду говорить то, что я хочу сказать. Между ними случилась стычка жесткая, но тем не менее, из этой стычки он вышел победителем и говорил в ответ на вопросы ведущего совершенно о своем, о том, что он считал нужным донести до избирателя. В принципе этот ход, который он использовал, он говорит, что это вполне вписывается в избирательные нормы, в инструкции Центризбиркома, каждый из вас может на самом деле этого ведущего немножко отодвинуть в сторону и сказать то, что я хочу вам сказать, а не то, что вы меня спрашиваете. Вы будете этим пользоваться?

Это никакие не дебаты. Это похоже на школьную линейку, на какой-то партхозактив

Денис Терехов: Мне кажется, что многие люди, особенно те, которые в Бога не верят, им кажется, что после смерти свет выключается. Многие политики считают, что после 19 сентября вообще ничего не будет. Они схватились за эти несчастные три с половиной минуты, в какое-то невозможное время, когда никто не смотрит. Есть поразительная статистика, мне о ней рассказал Валерий Федоров, директор Всероссийского центра изучения общественного мнения, что 90% зрителей нашей страны вообще дебаты неинтересны. Кто смотрит дебаты? Политологи, сами кандидаты, их штаб, их мама, мамина подруга и сын маминой подруги. То есть их 0,0. Но они почему-то к этому так серьезно относятся. Даже я, человек, который часто бывает в эфире, с некоторым волнением ехал на дебаты. Всем почему-то, я прошу прощения, насрать на свою репутацию, все за эти 10 минут хотят что-то прокричать. Я человек неопытный, я вообще неопытный политик, первый раз во всю эту историю ввязался, не знаю, зачем, я иду по регламенту. Представление партии, я рассказываю в целом о партии. Спрашивают про оборону, я отвечаю про оборону. Меня спрашивают про внешнюю политику, я отвечаю про внешнюю политику. Оказывается, нужно было стихи читать. Вообще я крупный поэт, я мог бы стихи читать, может так бы я больше понравился женщинам 40+.

Важно:  Бизнес с Россией в эру Меркель: два взлета, падение и спорный газопровод

Елена Рыковцева: Мы скоро покажем, как неожиданно ведущим, которые забыли о стране, которые мыслят только категориями Украины и Сирии в лучшем случае, как им открываться начинает на этих дебатах, как ни парадоксально, все-таки страна. У вас есть ощущение, что на федеральных каналах даже в ходе этой избирательной кампании Россия на задворках, то, как живут люди, не обсуждается, в ходе ваших дебатов тоже?

Денис Терехов
Денис Терехов

Денис Терехов: Меня, к сожалению или к счастью, кинули на эту амбразуру внешней политики, я, как мог, с этим справлялся. Дело в том, что дебаты в целом чудовищно заорганизованы. То, что Первый канал стал немножко импровизировать – это, видимо, личная смелость Константина Эрнста. В целом ведущий как попка читает какие-то: бу-бу-бу, скажите это, бу-бу-бу, скажите это. Дальше включается таймер, и все делают бу-бу-бу. Это на самом деле никакие не дебаты – это смехотворно. Там нет диалога между кандидатами, хотя, конечно, он напрашивается. Это не похоже на те дебаты, которые мы видим в разных кинофильмах про выборы, это похоже на школьную линейку, где все по очереди отчитываются, на какой-то партхозактив.

Видимо, есть какая-то общая инструкция ЦИК, чтобы все дебаты проходили одинаково

Опять же, я повторюсь, магия телевидения, до сих пор, хотя мы живем в эпоху интернета, все равно существует магия телевидения. Приходишь, загорается красная лампочка и все. Магия телевидения заставляет нас всех идти, нести эту чушь, играть по тем правилам игры, хотя это никто не посмотрит, кроме маминой подруги. Это вообще не имеет никакого значения – это ритуал. На выборах есть технологии ритуальные и KPI. Ритуальные – это фотография с мужиком с пиджаком за плечом, это программа партии, которую никто не читает, какие-то листовки, которые все выбрасывают из ящиков. Есть эффективные технологии. Дебаты – так просто принято. Я искренне надеюсь, что через 5 лет, когда будут выборы в следующую Госдуму, будет все по-другому, будет, по крайней мере, не так стыдно.

Елена Рыковцева:

Мы сегодня покажем вам дебаты, которые поставили в тупик их ведущего Владимира Соловьева. Во время дебатов им запрещается комментировать, а он же не может не комментировать, там тяжелый был случай очень. Михаил, не знаю, как вы, но мы точно бегали за Евгением Поповым, чтобы затащить его в наш эфир, у нас не получилось. У вас получается с ним устроить дебаты в вашем округе, это представитель “Единой России”?

Михаил Лобанов: Мы за ним не бегали. Я каждый рабочий день провожу три встречи во дворах по 8 районам нашего округа. Недель 5 назад, когда встречи были в Филевском парке, мы наши встречи объявляем заранее, вывешиваем на неделю вперед расписание, в чате Филевского парка жители скинули из другого чата фотографию, объявление, что рядом, буквально в соседнем дворе примерно в это же время будет встреча Евгения Попова. Сейчас Денис говорил, что дебаты никому неинтересны. Дебаты никому неинтересны в разрезе того, о чем будут между собой говорить представитель “Новых людей” и представитель ЛДПР.

Елена Рыковцева: Они между собой не говорят, они отчитываются по теме в течение трех минут.

Михаил Лобанов: Реальный запрос у огромного количества людей и в Москве, думаю, и в других регионах тоже, он есть на то, чтобы реальные дебаты произошли с представителями, с кандидатами от “Единой России”, чтобы кто-то от оппозиции реально высказал лицо в лицо кандидатам от “Единой России”, что о них думают люди. Этого хотят люди, и этого боится “Единая Россия”. Как только жители увидели, что две встречи рядом, они сразу: мы хотим дебаты. Меня как преподавателя МГУ, и Попова как пропагандиста, что тоже не менее интересно людям. На такой массовый призыв я не мог сказать ничего другого: да, конечно, я приду в этот двор и предложу дебаты на независимой площадке в удобное обоим кандидатам время. Я пришел, команда Попова, очевидно, к этому была готова, поскольку обсуждение проходило в открытом чате, они пытались не дать мне возможности выступить буквально 30 секунд, сделать такое предложение. Как интеллигентный человек я подождал, выбрал момент и все-таки сказал, зачем пришел. Сказал, что я как преподаватель МГУ, как кандидат по этому округу, кандидат от КПРФ, главного оппонента “Единой России”, вызываю Евгения Попова на дебаты на независимую площадку в удобное нам обоим время. Он стал хаотично соображать, что ему ответить. Первое, что он ответил, что почему только с вами, давайте со всеми. Я, естественно, парировал, что один на один ли, со всеми ли, я согласен на любой формат, объявляйте, что вы на это согласны. На это он, покопавшись в памяти, вытащил, что он не будет лично со мной дебатировать, пока я не извинюсь за пост в Фейсбуке трехмесячной давности.

Реальных дебатов хотят люди, и этого боится “Единая Россия”

Ирония в том, что он, придя пофотографироваться на акцию по раздельному сбору вторсырья, на которой я и моя жена традиционно волонтерим несколько часов вместе с другими активными жителями, помогаем людям разделять отходы, вторсырье, чтобы оно дальше шло на переработку, он пришел пофотографироваться, а мы написали, когда его увидели, что нам показалось, что с его стороны был бы сильный символический жест как телепропагандиста прийти и сдать в электрохлам телевизор, как будто извинение за все предыдущие его годы работы, что он лил в уши наших сограждан. Это всплыло у него в голове, он сказал, что не будет дебатировать, пока я не извинюсь. Извиняться там не за что. Информация о его ответе и видео разошлись по социальным сетям.

Елена Рыковцева: У Рамзана Ахматовича нахватался, это же надо такое.

Михаил Лобанов: Ко мне никто не приходил, не требовал с оружием в руках извиниться. Но информация об этом ответе разошлась по социальным сетям – это еще больше взбудоражило жителей всех 8 районов, во всех группах стали требовать дебаты. Евгений Попов стал появляться в комментариях, я и другие люди стали ему предлагать все-таки провести эти дебаты, он стал писать совершенно разные вещи. В одном случае писал, что у него нет времени на такую ерунду, как дебаты с оппонентами, в другом случае писал, что готов дебатировать со всеми, кроме Лобанова.

Елена Рыковцева: У вас есть отличная возможность подебатировать заочно с Евгением Поповым, потому что Евгений Попов принял участие ровно в тех дебатах, в которых Денис тоже принимал участие. Это яркое выступление Евгения Попова вы можете услышать на этих дебатах ровно в том формате, как описывал Денис, и прокомментировать.

Елена Рыковцева: Это одно выступление. Там же есть и второе выступление Евгения Попова.

Внешние угрозы, патриотизм, русофобия – это почему-то считается главными темами

Елена Рыковцева: Два выступления, они о том, о чем заявляется тема, но спора там не было. Вам такие дебаты интересны?

Михаил Лобанов: Это не дебаты. Евгений Попов транслирует то, что он много лет транслирует в уши наших сограждан, насаждая чувство ненависти к другим странам, к другим народам, сталкивая людей и отвлекая людей в нашей стране от реальной внутренней повестки, от реальных проблем, идет просто забалтывание. Если в первом эпизоде мне явно в глаза бросалось то, что сейчас прослеживается в выступлениях моего оппонента – такая самовлюбленность, зацикленность на себя буквально в каждом жесте. Во втором концентрация агрессии, перевод всех проблем в сторону внешней политики, попытки людей консолидировать не вокруг общих проблем, а вокруг истерии, внешней угрозы, она прямо зашкаливала.

Елена Рыковцева: Несколько версий дебатов я посмотрела, там одна-единственная была передача, уникальное шоу, когда людям дали возможность поговорить о проблемах страны, они попытались ею воспользоваться в рамках того регламента, который предусмотрен. Сколько я ни пересмотрела этих дебатов, им проще их посвящать проблемам патриотизма. Я плохо себе представляю в другой стране, не буду ее называть, дебаты, которые посвящены тому, как нам воспитывать патриотизм. Нет важнее проблемы в стране, чем патриотизм. Внешние угрозы, патриотизм, русофобия – это почему-то считается главными темами. Но я предлагаю вам посмотреть те дебаты, которые стоило посмотреть.

Елена Рыковцева: Я специально после этих дебатов осталась посмотреть уже обычное продолжение этого эфира, чему же «завидует» Запад, какому «развитию России». Но постоянные, регулярные участники этого шоу говорили уже, конечно, опять о некоей русофобии, конечно, на примере азербайджанского комика, которого выдавили из страны. И никаких успехов России не было предъявлено в этой части, посвященной проблемам русофобии, а в третьей части снова была Украина. Только таким образом удалось двум женщинам и кандидату-мужчине донести какую-то повестку внутрироссийскую, с трудом прорвались.

Нужно использовать любую возможность, чтобы переводить повестку в сторону реальных проблем

Михаил Лобанов: Я правильно понимаю, что неофициальным представителем “Единой России” на этих дебатах был как раз Соловьев под видом ведущего?

Важно:  Фальсификациями довольны. Кремль сделает все выборы электронными

Елена Рыковцева: Дело в том, что там стоял Исаев, но он был подавлен и не пытался возражать фактически. Таким образом за Исаева Соловьев был вынужден вступаться за честь и достоинство партии “Единая Россия”.

Михаил Лобанов: Это характеризует дебаты, характеризует партию. Я, конечно, приветствую тех людей, которые использовали площадку этих дебатов, чтобы поднять хотя бы большими мазками, довольно грубыми, но те реальные проблемы, которые есть по всей стране, в частности, в Москве. Да, нужно использовать любую площадку, нужно использовать любую возможность, чтобы переводить повестку в сторону реальных проблем. Что, на мой взгляд, не менее важно – при любой возможности говорить о необходимости консолидации простых людей, чтобы мы объединялись и коллективными усилиями давили на власти, на чиновников, на крупные корпорации, чтобы что-то менялось, чтобы что-то решалось. Это те вещи, которые наша команда говорит во дворах, то, о чем мы говорим в интервью, и то, что мы реально делаем больше 10 лет. Нужно говорить не о противостоянии с другими странами, даже нужно не просто говорить о проблемах, которые есть в стране, сами люди скажут за нас гораздо лучше, нужно говорить и объединять людей вокруг конкретных проблем локальных, вокруг федеральных вещей, агитировать.

Михаил Лобанов
Михаил Лобанов

Главная проблема этих выборов и главная проблема России в текущей ситуации – это всеобщая апатия, с помощью телевизора телепропагандистов, на которых выделяется гораздо больше денег, чем на то же медицинское образование. У нас 45 медицинских вузов, университетов, академий по всей стране получают денег меньше, чем реально те телеканалы и другие СМИ, которые занимаются пропагандой. Мы говорим каждый день о том, что чтобы что-то изменить, решить проблемы – это нелегкий путь, не делается по щелчку, для этого в том числе необходимо появление в России сильного демократического массового профсоюзного движения. Нельзя решить проблемы медицины без того, чтобы не поднять чувство собственного достоинства и условия работы труда медиков. Нельзя то же самое сделать со средней школой. Нужно снизить нагрузку на учителя, на врачей, тогда эти люди смогут профессионально развиваться.

Главная проблема этих выборов и России в текущей ситуации – это всеобщая апатия

Последующими мерами мы можем прийти к тому, чтобы и система образования, и система здравоохранения функционировали нормально. Но без этой базы ничего не получится, а эту базу нельзя создать сверху. Даже если случится чудо, каким-то образом текущее руководство, пришедшие ему на смену люди начнут сверху пытаться давать больше денег. Только внизу видно, что реально происходит, что мешает. Если мы вдохновим людей самим защищать свои интересы через профессиональные союзы, через объединения по месту жительства, тогда возможны позитивные изменения.

Елена Рыковцева: Люди, о которых мы сегодня говорим, я верну всех к теме дебатов, к этому формату, в ходе которого вроде бы люди должны послушать то, что вы говорите, я хочу сказать, что вы очень правильно заметили, что ведущий берет на себя миссию защиты “Единой России”. Мы сейчас покажем вам другой сюжет из другого города, не из Москвы – из Рязани. Есть на YouTube канал, его ведет человек, я не знаю, кто он такой, Михаил Шибанков. Это единственный человек, которые собирает видео дебатов. Я смотрю дебаты у Михаила Шибанкова, он умудряется записать их даже с орбит, то есть вы можете увидеть их на несколько часов раньше, чем они выйдут на европейскую часть России. По каким-то причинам федеральные каналы на своих ресурсах эти дебаты не хранят, вы не можете их увидеть там, где, казалось бы, должен лежать этот эфир, но зато есть у Михаила Шибанкова, благодаря которому мы увидели, как ведущий из Рязани защищает честь и достоинство кандидата “Единой России” от кандидата из “Яблока” Константина Смирнова.

Елена Рыковцева: «Исключительно с целью агитации»! Не исключительно с целью агитации разрешается использовать это время, использовать время разрешается как угодно. Кандидат может понимать что угодно под агитацией – это его право. С нами на связи Константин Смирнов. У вас возникает ощущение, когда вы участвуете в таких дебатах, что крайне некомфортно ведущим, когда речь заходит именно о “Единой России”?

Константин Смирнов: Ведущим я не знаю, насколько некомфортно. Могу предположить, что им совершенно все равно, вот микрофон, они говорят то, что им говорят из операторской.

Елена Рыковцева: И на этих, и на остальных дебатах ведущий начинает реагировать на эти слова: “Единая Россия”, с ней что-то не так.

На этих выборах важно говорить правду о “Единой России”, ведь именно на этих площадках избиратели ее практически никогда не слышат

Константин Смирнов: Тем или иным образом. Этот эфир – это ВГТРК, подразделение Второго канала, там есть еще областной государственный телеканал регионального подчинения, то есть губернаторский, есть радио, там с меньшим энтузиазмом они этим занимаются, здесь вот так рьяно. Результат пока только один, на YouTube это видео получило на данный момент за три дня 70 тысяч просмотров – это для региональной политики просто немыслимые совершенно цифры, никто отродясь эти дебаты вообще не смотрел. Появился энтузиаст, которого вы упомянули, Михаил Шибанков, который их выкладывает, появилось это видео, такой резонанс. Конечно, в значительной степени благодаря их нелепому вмешательству.

Елена Рыковцева: У вас есть возможность в ходе этих дебатов говорить о том, о чем вы считаете нужным говорить, а не о том, что вам навязывают? Есть ли у вас ощущение, что навязывают вам не ту повестку, которая интересна и важна для людей?

Константин Смирнов: Я говорю то, что я считаю нужным. Если меня пытаются прервать, то, как вы видели в записи, это у них не получается. Я считаю, на этих выборах принципиально важным говорить правду о “Единой России”, потому что именно на этих площадках избиратели ее практически никогда не слышат. Выборы – это редкая возможность использовать госканалы в этих целях.

Елена Рыковцева: Михаил, у вас левые конкуренты как грибы растут, эти коммунисты, еще какие-то коммунисты, Максим Шевченко представляет левое движение. Вы как себя пытаетесь из всего этого количества левых людей вычленить, каким образом доказать, что вы отличаетесь от них?

Михаил Лобанов: Здесь не нужно стараться. Все, кто следят за кампанией в 197 Кунцевском округе на западе Москвы, за кампаниями в стране, в подавляющем большинстве чувствуют, воспринимают и видят, что та кампания, которую мы ведем в нашем округе, судя по всему, вообще не имеет аналогов в России. Это кампания с левой демократической повесткой, я демократический социалист. Кампания, которая опирается на реальные низовые инициативы, на активистов, на инициативные группы в университетах, на университетские независимые медиа, на районный активизм. То есть кампания, которая ведется на народные деньги, на деньги простых людей. Совершенно незначительный процент нам выделила партия КПРФ, которая меня как беспартийного, но человека с левыми взглядами, выдвинула по этому округу, а подавляющую часть мы собрали сами. Тут не нужно прилагать особых усилий – это говорят сами люди, чем мы отличаемся.

Вопрос не в том, мы не вступаем в споры, кто здесь главный коммунист, кто здесь главный социалист, кто здесь главный демократ, кто здесь главный патриот, просто наша кампания отличается по факту своего ведения, что это нечто новое. За нашей кампанией следят далеко за пределами нашего округа, даже далеко за пределами Москвы. К нам приезжают люди из регионов, пишут из регионов и участвуют. Потому что настоящая масштабная избирательная кампания, а мы в нашем округе ведем реально высокотехнологичную масштабную кампанию – это сотни людей, нас больше ста человек в команде. Там есть функции, которые могут выполнять люди, наши сторонники, находящиеся в других регионах.

Елена Рыковцева: Главное, чтоб у вас в последний момент не нашлось акций “Сбербанка” – иностранной компании.

Важно:  "Большинство предпочитает молчать". Чемпионка в списке изменников родины

Михаил Лобанов: Мы в эти выборы ввязались не просто, чтобы быть в итоговом бюллетене, не ради второго места.

Елена Рыковцева: Почему второе место, не первое?

Наш помощник – это независимые медиа, зачастую какие-то честные блогеры

Михаил Лобанов: Вот именно в том смысле, что ради первого, а не второго. У меня ощущение, что подавляющее большинство оппозиционных политиков участвует ради участия, ради того, чтобы повысить свою узнаваемость к каким-то следующим выборам, на которых они будут участвовать по-настоящему. В нашем округе выборы только здесь и сейчас, мы хотим победить на них. Наша задача не думать о том, как бы не перейти какую-то красную черту, после которой нас снимут, будут искать акции или что-то еще, а наша задача до последнего дня, до самого финиша делать все возможное, чтобы как можно больше избирателей на западе Москвы узнало о том, что в нашем округе есть команда, которая борется на победу здесь и сейчас.

Елена Рыковцева: Мы возвращаемся из Москвы в Россию, и задаем вопрос москвичам о России, как она живет, знают ли они об этом.

Елена Рыковцева: В Твиттере мы тоже задавали этот вопрос: как живет Россия? Мнения фактически пополам поделились при ответах: в целом хорошо – 46%, в целом плохо 50%, не знаю – 4%. Есть ли возможность в ходе избирательной кампании объяснять людям в одном городе живущим о том, как живут люди в остальной России? У меня создается ощущение, что не хватает людям информации о стране. Мы знаем, что ни одно политическое ток-шоу ни на одном федеральном российском канале темам России не посвящается. Есть ли такая возможность в ходе выборов донести друг до друга эту информацию?

Константин Смирнов: Для того партийные списки и состоят из кандидатов всех практически регионов. Кстати говоря, если у партии “Яблоко” получится преодолеть барьер, то в любом случае будет фракция, в которой будут депутаты из разных регионов. Сделали такой список, который структурно в любом случае будут представлять регионы. Потому что регионалам сделали большие группы, я возглавляю группу достаточно крупную, сравнимую с московскими округами, из трех регионов, другие региональные активисты партии “Яблоко” возглавляют аналогичные группы. Пожалуй, это единственная партия на этих выборах, которая такую поддержку дала региональным кандидатам. В этом смысле выборы – это шанс и возможность региональные проблемы на федеральном уровне поднимать. Есть региональные проблемы, например, мое издание многие годы освещало проблему выбросов нефтезавода, который входит в структуру “Роснефти”. По выбросам в атмосферу Рязань уже, наверное, один из самых загрязненных городов в стране. Об этом мало кто знает на московском уровне. Ко мне приезжали люди из Челябинска, казалось бы, символ просто плохой экологии, черное небо и прочее, говорят, что им по сравнению с Челябинском в Рязани нечем дышать. Эти проблемы, конечно, надо доносить. В других регионах есть известные только им проблемы уровня жизни и смерти, которые неизвестны в Москве. Конечно, мы должны стремиться к тому, чтобы выборы были тем инструментом, который эти вопросы позволяет задавать на самом высоком уровне.

Константин Смирнов
Константин Смирнов

Елена Рыковцева: Вашего, Михаил, конкурента Евгения Попова как раз упрекали, вы знаете известный фильм о нем команды Навального, в том, что, ну что он с этими скамейками, ведь он же в Думу идет. Что этот Кунцевский округ, тем более, что достаточно благополучный по сравнению с остальной Россией. Двойственная ситуация: они должны вас выбрать, но выбрать не себе, не для своих скамеек или своих прудов грязных, а в Думу, где вы будете заниматься проблемами всей страны. У вас у самого есть представление, вы чувствуете, что достаточно информированы о том, что в стране делается или вам тоже не хватает этой информации?

Центральные каналы вешают лапшу на уши за наши деньги, за счет федерального бюджета

Михаил Лобанов: Эта информация у меня есть, у меня родственники живут в разных регионах России, бываю в разных регионах в том числе в командировках от Московского университета по проведению олимпиад. Я нахожусь в довольно уникальной ситуации, которая дает преимущество нашей команде. В нашей команде есть много представителей настоящих демократических низовых профсоюзных структур, там медики, учителя. Это межрегиональная структура, мы включены через них в общероссийское настоящее демократическое профсоюзное движение. Оно не такое массовое, какое должно быть. Мы идем в Госдуму, чтобы взять ресурсы, чтобы вывести его на новый уровень. Представители из разных регионов, кто занимается реально на местах отстаиванием своих прав, съезжаются на какие-то общие мероприятия, обсуждения. Мы как раз чувствуем, что происходит в разных сферах в разных регионах. Сильная сторона нашей команды в том, что мы опираемся на целую сеть реально существующих инициатив, можем использовать их экспертную оценку для разработки и внесения законопроектов, которые нужны для конкретных сфер.

Елена Рыковцева: Вы чувствуете, что вам в ваших этих связах, в обмене информацией, способами деятельности и так далее, вам не помощник федеральное телевидение, хотя должно было бы быть помощником?

Михаил Лобанов: Абсолютно не помощник. Наш помощник – это независимые СМИ и медиа, зачастую какие-то честные блогеры. Поэтому в нашей программе, в наших выступлениях постоянно звучит, что мы выступаем за отмену тех репрессивных законов, которые были приняты за последние 10 лет. Эти законы, которые принимались, чтобы задушить оппозицию, бьют и по социальным движениям, бьют по независимым настоящим профсоюзам, бьют по жителям, которые пытаются отстоять свой парк или сквер от застройки. Людям не дают выходить на митинги, а это хороший действенный способ, чтобы заставить застройщика и чиновников сесть за стол переговоров с людьми, людей лишают этого инструмента. Уничтожают одно за другим независимые СМИ и лишают другого инструмента – давления через эти независимые СМИ. Поэтому мы выступаем за отмену этих репрессивных законов, чтобы вернуть себе, вернуть людям те инструменты, с помощью которых они могут склонять к диалогу оппонентов.

Елена Рыковцева: Я все думаю, как сложить этот кубик Рубика. Тот же Максим Шевченко открыто говорит сейчас, потому что ему разрешили говорить открыто, по закону ему положено говорить открыто ровно три минуты, вот он три минуты говорит, что нет сил уже – Украина, Сирия. Есть, конечно, аудитория у этих ненавистнических шоу своя. Но есть люди в России, которые говорят: мы хотели бы, чтобы на нас обратили внимание. А как заставить телевидение, которое живет на бюджетные средства, которое как бы существует для этих людей, обратить внимание в своих политических шоу на свой народ?

Реальным решением всех проблем является консолидация простых людей снизу

Михаил Лобанов: Заставить их по щелчку пальцев, такого рецепта не существует. Эти крупные государственные и формально негосударственные СМИ живут на деньги крупных корпораций, на бюджетные деньги, полностью подконтрольны с одной стороны крупному капиталу, с другой стороны чиновникам из правительства, которые тесно связаны с этим капиталом. Это долгосрочная цель попытаться вернуть их под контроль общества. Мы должны ставить этот вопрос, должны ставить его на уровне Госдумы, когда решается вопрос о выделении этим медиахолдингам именно бюджетных денег. Центральные каналы вешают лапшу на уши за наши деньги, за счет федерального бюджета, эти деньги немалые. Эти деньги позволяют отдельным телепропагандистам покупать элитные квартиры, в том числе около метро “Динамо”, обогащаться и жить за наш счет. Реальным решением всех проблем, в том числе этой проблемы, является консолидация простых людей снизу. Когда нас станет много, когда те существующие объединения профсоюзные, некоммерческие организации, объединения людей по месту жительства станут сильнее, то тогда мы сами и создадим свои независимые СМИ и медиа, заставим каких-то крупных вещателей обращать внимание. Другой фронт борьбы – это борьба на уровне Госдумы. Сейчас в сентябре мы как минимум можем дать не только мощный подзатыльник властям за их предыдущую политику, но и постараться буквально протолкнуть, втащить в Госдуму хотя бы несколько депутатов, которые будут использовать трибуну Госдумы для борьбы против репрессивных законов, которые в том числе удушают и СМИ, и сопровождать это общественной кампанией. В этом плане мы может быть сможем отвоевать одно за другим то пространство, которое власти отобрали у людей за последние 10 лет.

Елена Рыковцева
Поделитесь.

Оставьте комментарий