Тень Козака над Молдовой. Кто и зачем позвал в Кишинев кремлевского решалу Приднестровский вопрос станет первым и решающим испытанием на прочность для новой молдавской власти

 

Замглавы АП РФ Дмитрий Козак прибыл в Кишинев 11 августа, по приглашению президента Молдовы Майи Санду. В пресс-службе Министерства иностранных дел и европейской интеграции (МИДЕИ) Молдовы заявили, что визит Козака связан с “обсуждением приоритетных вопросов двусторонней молдавско-российской повестки дня”. Визит Козака был суперкоротким: его самолет приземлился в Кишиневе в 17 часов, а уже на 19 часов был запланирован вылет обратно в Москву.

Ранее Майя Санду не раз говорила о необходимости восстановить диалог с Россией “по всем направлениям”.

Экс-президент Молдовы и лидер пророссийской партии социалистов Игорь Додон поспешно улетел в Москву после парламентских выборов, на которых одержала победу проевропейская партия Майи Санду PAS (Действие и Солидарность). Он не появился даже на учредительном заседании новоизбранного парламента. Помимо Додона, Молдову покинул и ряд других известных персон, имевших основания опасаться, что при новой власти у них возникнут проблемы с законом.

Впрочем, надо признать, что PAS по многим причинам правильнее считать все же условно-проевропейской. Молдавская политика не привязана напрямую ни к европейской, в узком смысле, ни к западной, в ее широком истолковании. Молдова в этом плане крайне противоречива и неоднозначна, а ее общество сильно фрагментировано.

Призрак бродит по Молдове, призрак перемен

С момента победы в Молдове условно-проевропейских сил, случившейся, напомню, на парламентских выборах 12 июля, они непрерывно подают большие надежды на приход новой эпохи. Посильный вклад в копилку этих надежд успело внести и новое правительство, утвержденное новым парламентом 6 августа, в которое вошли сплошь новые фигуры, без шлейфа скандалов и уголовных дел. В этом есть очевидный плюс, но есть и минус: новички столкнутся с сопротивлением старого аппарата. Для слома такого сопротивления и было затеяно переформатирование министерств, с увеличением их числа с 9 до 13. Конечно, это дополнительно дезорганизует работу нового правительства, но, с учетом реальной ситуации, такой шаг выглядит логичным.

И все же, хотя призраки перемен, которые вот-вот настанут, кажется, налицо, нужно помнить и о том, что их материализация может отличаться от ожидаемой. Известно, конечно, что ласточки низко летают к дождю, а Игорь Додон на консультации в Москву — к серьезным шагам новой власти, сильно его напугавшим. Но такие приметы иной раз могут и обмануть.

Ключевой вопрос всех молдавских реформ

Когда новое правительство, пройдя через ад реорганизаций, обретет, наконец, способность работать, первой и главной его задачей станет закрытие приднестровского вопроса. Отнюдь не новый раунд переговоров с Тирасполем и не очередной “малый шаг по сближению двух берегов”, что, по сути, всякий раз означает малый шаг по легитимации репрессивного сепаратистского режима. Нет, необходимо полное закрытие проблемы, с ликвидацией всех незаконных силовых формирований непризнанной ПМР — армии, полиции, политической охранки “МГБ”, а также органов управления, судов, пенитенциарной системы. С неизбежной люстрацией/переаттестацией их бывших сотрудников. С легитимацией в Молдове постоянных жителей ПМР, не имеющих молдавского гражданства – или их отъездом на родину. С применением/неприменением в отношении граждан Молдовы, служивших по контракту в российском контингенте в Приднестровье, закона, позволяющего лишать молдавского гражданства за службу в иностранной армии. Что-то придется делать и с приговорами приднестровских судов, вынесенными на протяжении 30 лет, с нотариатом, с собственностью, с документами об образовании, с текущим образовательным процессом в школах и вузах, и еще с тысячей других важных для нормальной жизни вещей.

Еще более сложной задачей станет полный демонтаж каналов финансирования всех структур ПМР, и именно отсюда начинается самое интересное.

Важно:  Плохие и хорошие новости для ЕС. Почему партия Меркель проигрывает социал-демократам

Дело в том, что “ПМР” давно уже не политический проект России. Политическая составляющая играет в нем все более второстепенную роль, а Россия выступает скорее в роли крыши, обеспечивая неразрешимость этого “конфликта”, который давно уже никакой не конфликт. Последние, как минимум, лет 15, ПМР — устойчивый бизнес-проект, на котором кормятся различные ОПГ из Молдовы, Украины, России и ЕС. При этом, ключевые фигуры этих ОПГ надежно выведены из-под удара и прикрыты разного рода неприкосновенностями.

Именно с международными ОПГ и их экономическими интересами и предстоит столкнуться молдавским реформаторам при попытках закрыть проблему Приднестровья.

Экономическая история приднестровского вопроса

Деполитизация приднестровского конфликта, и его переход в криминально-экономическую плоскость был осуществлен за период 2001-2005 годов. Решающую роль в этом сыграл президент Молдовы и председатель партии коммунистов Владимир Воронин, вошедший в качестве депутата и в нынешний парламент.

Этот переход легко прослеживается по датам. В 2001 году правительство партии коммунистов, безраздельно правившей в Молдове, приняло постановление № 1001, согласно которому товары, ввозимые в Приднестровье, освобождались от уплаты налогов и сборов в молдавский бюджет, а экономические агенты Левобережья могли беспрепятственно получать официальную регистрацию в Молдове, и осуществлять на ее основе, уже как молдавские экономические агенты, внешнеэкономическую деятельность – опять-таки, ничего в молдавский бюджет не платя. Кроме того, поскольку граница ПМР с Украиной не контролировалась Молдовой, приднестровским таможенникам были переданы 2 (две) молдавские таможенные печати, немедленно клонированные в десятках экземпляров, оказавшихся на руках у кого угодно.

Позднее, в 2005 году, опять-таки, при Воронине и его коммунистах, было принято еще одно постановление молдавского правительства – о регулировании трафика грузов и услуг​, являющихся предметом внешнеторговой деятельности экономических агентов Приднестровья. Эти два документа до сих пор являются основой для легальной внешней торговли экономических агентов ПМР из-под таможенной и юридической крыши Молдовы без уплаты каких-либо налогов в молдавский бюджет.

Ровно посередине между этими двумя событиями, в 2003 году случилось и третье: было сорвано принятие т.н. “Меморандума Козака” — плана решения приднестровского конфликта через федерализацию Молдовы. Проект был разработан в 2003 году тем самым Козаком, которого Санду сейчас позвала в Кишинев. Среди прочего, согласно “плану Козака” Россия получала в ПМР постоянную военную базу. Это надежно блокировало любые движения Молдовы в сторону Запада.

План был согласован с Кишиневом и Тирасполем, и подготовлен к подписанию. Но в ночь с 24 на 25 ноября 2003 года, непосредственно перед прилетом в Кишинев Путина, который был одним из предполагаемых подписантов, Воронин отказался подписывать уже парафированное им соглашение, заявив, что оно дает односторонние преимущества ПМР и фактически ведет к ее признанию, давая Тирасполю возможность блокировать любые внешнеполитические действия Молдовы, которые его не устроят.

По версии, Москвы, ставшей затем расхожей, Воронин пошел на срыв подписания Меморандума Козака под давлением посла США, пригрозившего придать огласке данные о его зарубежных счетах и причастности к уголовным преступлениям в прошлом. Но, при внимательном анализе, такая версия выглядит крайне сомнительной. Чтобы разобраться, что происходило на самом деле, обратимся к истории приднестровской приватизации.

Напомню, что, с точки зрения международной и молдавской юстиции, ПМР – бесспорная часть Молдовы, пусть и не контролируемая сейчас ее конституционными властями. Любая приватизация государственных предприятий, расположенных на ее территории могла проводится только через Кишинев, и только по молдавским законам. Любая другая приватизация должна была быть объявлена в Кишиневе незаконной, а попытки купить приватизируемые предприятия, полностью или частично, названы скупкой краденого. Естественно, что ни о какой регистрации в Молдове предприятий, вновь образованных на базе приватизируемых, не могло быть и речи.

Важно:  "Черный ящик" для оппозиции. Как могли вбрасывать электронные бюллетени

Так вот, ничего подобного со стороны Молдовы предпринято не было. И это не могло быть ничем иным, кроме прямого соучастия верхушки компартии и лично Владимира Воронина в краже молдавской госсобственности, оказавшейся на территории Приднестровья.

Более того, именно в 2005 году, как раз под постановление о беспрепятственной, в обход бюджета Молдовы, внешнеторговой деятельности экономических агентов Приднестровья, был окончен первый этап многоходовой операции по приватизации Молдавской ГРЭС.

История продажи, а, точнее, кражи у Молдовы МолдГРЭС, очень интересна и показательна. В 2003 году ее, за символическую сумму в $29 млн, продали подставной бельгийской фирме-однодневке Saint Guidon Invest N. V. Два года спустя 51% акций МолдГРЭС купила финская “дочка” российской группы Интер РАО ЕЭС, RAO Nordic Oy, уже за $50 млн. Затем, в том же 2005, RAO Nordic купила 100% Saint Guidon, на балансе которой оставался 49%-ный пакет МолдГРЭС. Сумма сделки составила $22 млн. Затем, в ноябре все того же 2005 года, RAO Nordic совместно с Saint Guidon продали в два этапа 37% и 12% акций МолдГРЭС (всего 49%) за $39 млн кипрскому оффшору Freecom Trading Ltd. Наконец, уже в 2008 году, Интер РАО ЕЭС купила за $163 млн Freecom Trading Ltd., собрав, таким образом, под свой контроль 100% акций МолдГРЭС, после чего приступила к ее модернизации.

Хотя самое интересное в истории МолдГРЭС случилось уже потом, после 2008, нам придется прерваться, чтобы отметить ряд важных деталей.

Начнем с самого очевидного. Действия Владимира Воронина по экономической легализации сепаратистской “ПМР” и его потворствование расхищению части молдавской собственности, оказавшейся под контролем Тирасполя, не могли быть совершены им “просто так”. Вне всякого сомнения, вождь молдавских коммунистов получил от этого свою долю прибыли, и долю немалую. Какую, и каким способом – на этот вопрос могло бы дать ответ следствие, если бы у новой власти Молдовы хватило духу снять с 79-летнего “отца молдавской коррупции” неприкосновенность, и посадить в СИЗО, чтобы он не сбежал.

Проблема только в том, что такая попытка натолкнется на бешеное сопротивление, притом, на международном уровне. Адвокатами Воронина выступят не только российские, но и европейские функционеры. Будут задействованы огромные связи и деньги, и самые неожиданные рычаги давления – слишком уж много незаконных, но высокодоходных операций, начиная с “военно-полевого банка” 14-й российской армии, было завязано за последние 30 лет на тандем “признанная Молдова – непризнанная ПМР”, при самом активном участии в них кишиневских элит. Слишком много знает Воронин, и слишком многим он, оказавшись перед перспективой окончить дни в тюрьме, может поделиться со следователями. Более того, если даже Воронин начнет давать показания, 99 шансов из ста, что его сумеют немедленно ликвидировать. Спрятать такого важного свидетеля можно только вне территории Молдовы.

Далее, разберемся, зачем понадобилась многократная перепродажа акций МолдГРЭС. Ответ очень прост: для легализации этой априори незаконной сделки. Сегодня, даже если новая власть Молдовы заявит о незаконности приднестровской приватизации, нынешние владельцы украденной молдавской собственности будут утверждать, что они — добросовестные приобретатели, введенные в заблуждение прежними властями Молдовы, ни разу не заикнувшимися о том, что сделка незаконна. И чем длиннее цепочка перепродаж, происходивших при полном молчании нескольких генераций молдавских властей, отнюдь не только коммунистов, тем убедительнее будет выглядеть такая позиция в международных экономических судах.

Важно:  Дефицит газа в Европе: когда немцы начнут мерзнуть и сколько переплатят?

История приватизации МолдГРЭС – вовсе не исключение, а лишь один случай из многих. Просто случай этот — масштабный и яркий, к тому же с интересным развитием событий в дальнейшем, и на его примере удобно показать ход всей приватизации в ПМР, и основные схемы сотрудничества Кишинева и Тирасполя. Вся остальная приднестровская приватизаций проходила ровно по тем же схемам, при явном попустительстве молдавских властей, вне всяких сомнений состоявших в этих схемах в доле.

Здесь уже можно вернуться к “плану Козака” и к его бесславному концу. Напомню, что на дворе был тогда 2003 год. Приднестровская приватизация только-только набирала обороты. На тираспольские власти, которые, мягко говоря, не жаждали федерализации с Молдовой, пусть и на самых льготных условиях, отчаянно давила Москва, буквально выкручивая им руки и наступая на горло.

Между тем, для верхушки Тирасполя “план Козака” означал конец всех планов на обогащение от приватизации, поскольку немедленно выводил ПМР из зоны беззакония в зону действия молдавских законов, где просто украсть приватизируемые предприятия было уже невозможно. Конечно, какие-то доходы тираспольская компашка, прикрытая российской базой, все равно получила бы. Но, по сравнению с ее первоначальным замахом, это были бы жалкие крохи.

В свою очередь, Воронин до поры до времени поддерживал “план Козака”, дожимая Тирасполь, с которым вел подковерные торги о доле каждой из сторон. И хотя верхушка ПМР сопротивлялась буквально до последнего дня, она все-таки капитулировала, загнанная в угол, после чего “план Козака” оказался уже никому не нужен. Сохранение статус-кво, при достигнутом соглашении о дележе доходов от серой зоны “ПМР”, было куда выгоднее всем сторонам криминально-экономической игры, шедшей под прикрытием “приднестровского конфликта”. В наибольшем выигрыше оказывались при этом Кишинев и Тирасполь, поскольку “федерализация” под протекторатом России, по сути, отдавала всю Молдову целиком на прямое разграбление российским олигархам. Эту довольно очевидную ситуацию и прикрыли сказочкой о вмешательстве посла США.

Продолжение продолжается!

История “ПМР”, как совместного бизнес-проекта нескольких промышленно-финансовых ОПГ, оперировавших в ряде стран, включая, к слову, и Украину, и пользовавшихся Россией как тылом и силовой крышей; функционеров высшего ранга из различных структур международно-признанных властей Молдовы, оказавшихся совсем не прочь доходно посотрудничать с криминалом; и, наконец, уже местных, приднестровских, элит, чей бизнес был изначально и тесно переплетен с разного рода криминальной деятельностью, на этом, разумеется не окончилась. После 2008 года этот бизнес-проект прошел несколько стадий развития, и отлично чувствует себя и в наши дни. При каждой смене власти в Кишиневе новая молдавская власть охотно занимала пригретые ее предшественниками места в старых схемах откатов, сконструированных еще при Воронине.

Обо всем об этом мы и поговорим в продолжении, посвященном результатам встречи Майи Санду и Дмитрия Козака. Понятно, что замглавы АП РФ появился в Кишиневе не просто так. Криминально-финансовые лобби в Москве, тесно связанные с Кремлем, очень хотят, чтобы материализация призрака молдавских перемен сохранила, хотя бы частично, “серую зону” не до конца разрешенного конфликта. В свою очередь, Майя Санду и ее команда будут добиваться полного закрытия приднестровского вопроса – но, в любом случае, едва ли это возможно сделать в один шаг. Как следствие, Молдову, по всей вероятности, ждет непростой переходной период с неясным пока исходом. И, каким бы ни был этот исход, он обязательно затронет и Украину.

Сергей Ильченко, журналист-обозреватель
Поделитесь.

Оставьте комментарий