Ким Чен Лук. Почему усиление западных санкций против Беларуси неэффективно Что хотят продемонстрировать и чего в действительности могут добиться участники санкционной войны с минским режимом

 

28 июня, в ответ на санкции Евросоюза Минск приостановил участие в инициативе ЕС “Восточное партнерство”. На следующий день Министерство транспорта США издало распоряжение о запрете продажи авиабилетов в Белоруссию, включая рейсы с пересадками. То же самое сделала и Чехия.

Все это вместе уже сильно напоминает звуки, издаваемые при соприкосновении ложки с дном пустой тарелки. Все что возможно – уже перекрыто. Санкционирующие друг друга стороны максимально отдалились друг от друга, но Лукашенко усидел. И нет никаких признаков того, что его подвинут. Более того, позиции Лукашенко внутри Белоруссии объективно укрепляются. Потенциальные лидеры протеста – настоящего, а не его имитации в исполнении “президента Тихановской” гибнут в тюрьмах. Они даже не отбывают срок по приговору – их просто убивают. Активное и думающее население уезжает. Экономические трудности, вызванные санкциями, будут копить недовольство оставшихся, которые лукашенковский агитпроп канализирует против ЕС и Запада вообще.

Санкции эффективны?

По версии Запада, санкции должны экономически согнуть белорусский режим, заставив его пойти на уступки и демократизироваться. Такая схема: экономическое давление — и его смягчение в ответ на смягчение режима в исполнении Запада стала уже стандартной, и неизменно провальной. Единственным, пожалуй, случаем, когда она сработала, стала Ливия. Правда, на это ушло больше 20 лет, и нельзя сказать, чтобы в Ливии, раздираемой гражданской войной после свержения Каддафи, жизнь стала сильно лучше или хотя бы демократичнее. В остальных случаях санкции либо не давали эффекта, либо, обвалив экономику, били по населению, но не амбициям режима, либо вообще сплачивали общество вокруг диктатора. В случае Белоруссии (такое название правомерно ввиду стремительного отката в советское прошлое), имеющей общую границу с Россией, западные санкции дадут ровно такой эффект, какой потребуется Лукашенко и Путину. Конечно, относительно Белоруссии у них разные интересы. Но ни один из них не заинтересован ни в усилении влияния ЕС на белорусское общество, ни в его реальной демократизации.

В настоящее время ЕС ввел эмбарго на покупку белорусских калийных удобрений, нефтепродуктов, табачных изделий, запретил страховать в ЕС белорусские государственные предприятия, приостановил выплаты Европейского инвестиционного банка, запретил продажу в Беларусь технологий и оборудования, “которые могут использоваться для перехвата сообщений в интернете и других типах телекоммуникации”, а также продажу “товаров и технологий двойного назначения, которые могут использоваться в военной сфере”.

Важно:  Прочь из ООН. Что в администрации Байдена так и не поняли о России

Даст ли это эффект? Нет.

Во-первых, запреты будут обходиться, как при посредничестве России, так и с помощью бизнесменов из ЕС. Во-вторых, сектор ЕС занимает в экономики Белоруссии не более 10-12%, она давно переориентирована на Бразилию, Индию, Китай, и, естественно, Россию. Да, санкции причинят режиму определенные неудобства – но не более того. Зато они позволят консолидировать вокруг Лукашенко зачищенное в ходе протестов и массового отъезда белорусское общество и списать на “происки врагов” все трудности, включая те, к которым “враги” не ни малейшего имеют отношения.

Минский Пхеньян

Хорошая стратегия предполагает наличие ясного плана. Но ясного плана относительно Белоруссии, равно как и России, ни у ЕС, ни у США не было, и нет. И не могло быть, с учетом системного кризиса, в котором сейчас пребывает Запад. У Запада вообще нет ясного понимания целей, которых нужно достигать, работая с авторитарными и диктаторскими режимами, и, как следствие, нет и эффективных методов такой работы.

По сути же, были возможны два направления действий. Первое – максимальный отрыв Белоруссии от России, в том числе и ценой заигрывания с Лукашенко, и подыгрывания его диктаторским устремлениям. Трудности – общая граница, запредельное количество российской агентуры во всех, без исключения, белорусских государственных органах, в особенности, силовых, и сильные неосоветские настроения в белорусских массах. Тем не менее, последовательно работая в этом направлении лет 20, можно было бы переломить ситуацию и подготовить смену режима на более демократический. Вот только для этого нужно было ясное понимание цели и готовность идти к ней все минувшие два десятка лет, вкладывая деньги и силы.

Второе – загонять режим в максимальную изоляцию. Такая попытка сейчас и предпринимается. Но санкций для этого мало. Пришлось бы искать способ изолировать режим — и с ним и всю Белоруссию, — от всего мира, что при наличии общей границы с тоталитарной Россией невозможно. В итоге, Белоруссия просто отгородится от Запада – причем, последствия этого будут неприятными и долговременными. После того, как из страны выдавят всех сторонников демократии и гражданских свобод, начнется последовательная северокореизация сознания всего белорусского общества, которое и без того сильно заражено рецидивами советского мышления. В итоге Белоруссия может стать, притом, довольно быстро, за те же 15-20 лет, европейским аналогом КНДР, которую проще подкармливать, не давая ей вымереть от голода, чем пытаться вскрыть этот гнойник, занимаясь социализацией вконец одичавшего населения.

Важно:  Украина ввела санкции против граждан Франции

Безнадежное замораживание

Единственный плюс, который дает такая изоляция – она, как ни парадоксально, препятствует поглощению Белоруссии Россией. Батька, приведенный к покорности и поставленный Путиным в положение “к ноге”, сегодня выгоден Москве, как пример еще худшего отморозка, чем даже “коллективный Путин”. Таким образом, Москва и Путин могут хорошо влиять на Лукашенко, хотя бы отчасти сдерживая его людоедские инстинкты, и зарабатывая на Западе имиджевые баллы. В то же время, приди сегодня в Минске к власти фигура, не то, чтобы прозападная, а хотя бы минимально приемлемая в глазах Запада, и Кремль, вероятнее всего, аннексировал бы Белоруссию, опасаясь ее возможного дрейфа в сторону США и ЕС. Конечно, такую аннексию можно было бы не признавать, как и аннексию Крыма, и дополнительно давить на Россию – но особого желания давить на Россию на Западе нет и сегодня. Максимум чего хотели бы в ЕС и в США – несколько ограничить аппетиты Путина, введя их в рамки хотя бы минимальных, с точки зрения международного права, приличий.

Но парадокс ситуации в том, что Путин, может быть, и рад бы был установить такой паритет – но не в состоянии себе этого позволить. Заявка на постоянную экспансию, для начала — на частичное восстановление СССР, вечная борьба за удержание под контролем уже захваченного и вечная подготовка к войне – единственный способ избежать распада России. Россия нестабильна: она может либо захватывать территории – либо терять их. Никакого способа стабилизировать Россию в ее границах не существует. Любая власть, пришедшая на смену путинской команде, хоть трижды прозападная, неизбежно столкнется с этой проблемой.

Единственный способ покончить с российской агрессией тоже давно известен – это раздел России на несколько государств, которые должны отойти к разным кластерам экономического и политического влияния. Но произносить это вслух считается неприличным — как же так, это же покушение на суверенитет! И целенаправленная работа в этом направлении не ведется.

Важно:  Канцлер снова в Вашингтоне. Все президенты Ангелы Меркель

К тому же, даже раздел России не обещает мгновенного решения всех проблем, в том числе и связанных с извечным российским стремлением чего-нибудь оттяпать у соседей. Раздел России обещает период смуты и локальных войн, длительностью лет на 50, как минимум, и с совершенно неясным итогом (впрочем, принимая во внимание наличие ядерного и иного оружия массового поражения, срок может оказаться сильно короче, а последствия — сильно хуже). Тем более неясным, что все пространство бывшего СССР – очень сложная зона, заполненная государствами, скорее несостоявшимися, чем состоявшимися. Многие из них в силу своей нестабильности неизбежно окажутся втянуты в эти разборки.

Иными словами, нынешние санкции против Лукашенко, во-первых, чистой воды лицемерие, попытка создать видимость борьбы за права белорусов – при том, что о бесполезности санкций говорят компетентные аналитики. Во-вторых, и это уже опаснее, они являются попыткой, создав видимость активности, заморозить на неопределенный срок серьезную работу по разрешению всего комплекса российско-постсоветских проблем, создающих угрозу всему миру. Опасность тут в том, что эти проблемы, по причине прогрессирующей деградации постсоветских обществ, живущих при тоталитарных, авторитарных и коррупционных режимах, с годами только усугубляются, и становятся все более трудноразрешимыми.

Сергей Ильченко, журналист-обозреватель "Деловой столицы"
Поделитесь.

Оставьте комментарий