Atlantic Council: Коронавирус может погубить Европу Коронавирус, вспыхнувший на прошлой неделе в Европе, станет самым показательным тестом для политического, экономического и социального устройства Союза со времен кризиса беженцев, разразившегося пять лет назад

Последствия кризиса 2015 года до сих пор дают о себе знать, и это двойное потрясение для единства и внутренней политики ЕС. Это спровоцировало волну популизма и национализма, выход Великобритании из ЕС и политическую фрагментацию Германии на фоне ослабления канцлера Ангелы Меркель.

Наиболее драматичным является то, что турецкое правительство на прошлой неделе отступило от своих обязательств, взятых в 2016 году в обмен на 6 млрд евро из европейских фондов на то, чтобы препятствовать перемещению сирийских беженцев в Европу. Это произошло после того, как поддерживаемые Россией сирийские силы нанесли авиаудар в провинции Идлиб, уничтожив при этом не менее 33 турецких военных.

Как только Турция отдала приказ полиции, береговой охране и пограничным службам разрешить въезд в ЕС потенциальным беженцам, Болгария дополнительно отправила 1000 военнослужащих на границу с Турцией, а полиция Греции на одном из пунктов пропуска бросила дымовые шашки, тем самым заставляя беженцев отказаться от этой идеи.

Сдерживание вирусов — дело гораздо сложнее, чем управление миграционными волнами. Впрочем, эти две проблемы объединяет то, каким драматическим способом реакция ЕС сформирует у общественности мнение об актуальности, оперативности и эффективности этой группировки государств в такой решающий исторический момент.

Потенциал влияния коронавируса на будущее Европы даже больше, чем у миграционного кризиса, особенно когда эпидемия разворачивается почти в библейском стиле, занимая приоритетное место среди нашествия других европейских проблем.

Они включают, но вовсе не ограничиваются экономическим спадом и возможной рецессией (что более вероятно в случае с коронавирусом), подъемом популизма и национализма (что также усиливается этим вирусом), противоречиями из-за того, как вести торговые переговоры в связи с выходом Великобритании (начавшийся в этот понедельник), междоусобной борьбой вокруг европейского бюджета, продолжающимся кризисом лидерства в Германии и социальными беспорядками во Франции.

С прошлой недели коронавирус превращается в более глобальное явление, которое сдерживать уже невозможно, как утверждают эксперты. На прошлой неделе удар по фондовым рынкам составил $6 трлн, что является крупнейшим недельным падением со времен финансового кризиса 2008 года. До пятницы Всемирная организация здравоохранения сообщила о свыше 78 000 случаев заражения и более чем 2790 смертей в Китае, и 70 — в 52-х других странах.

В Европе коронавирус, начавшийся с северо-итальянского феномена — там до пятницы заразились более 800 человек и умерло 19, сейчас достиг Испании, Греции, Хорватии, Франции, Великобритании, Швейцарии, Румынии, Нидерландов, Австрии, Германии, Швеции, Норвегии, Бельгии, Дании, Эстонии, Северной Македонии и Сан-Марино.

Итальянцы отменили свой карнавал в Венеции и неделю моды в Милане. Европейские отели — в Австрии, Франции и на испанских Канарских островах — закрылись на карантин.

Хотя государства-члены устанавливают собственную политику в сфере здравоохранения, ЕС несет ответственность за координацию действий в ответ на заболевание и рекомендации относительно поведения на своих пока еще открытых границах.

В большинстве стран граждане обращаются к своим национальным лидерам с тем, как быть и что делать при таких ситуациях. В ЕС с его открытыми границами, который гордится своей свободой путешествий и передвижением людей, ответ на кризис оборачивается тестом для самого института и его философии за пределами этой уникальной группировки из 27 стран-членов, более 445 млн жителей и $16 трлн ВВП.

Поэтому много внимания на прошлой неделе уделяли тому, как и стоит ли вообще отдельным европейским странам — или ЕС в целом — игнорировать Шенгенское соглашение 1985 года, согласно которому 26 его стран превратились в безвизовое пространство.

Это был один из источников некой гордости и самобытности для ЕС. В то же время соглашение является настолько гибким в подобные кризисные моменты, что это осознают сторонние обозреватели. Некоторые страны, например, уже используют положения Шенгена для введения временных ограничений по соображениям безопасности. Правила допускают временное повторное проведение пограничного контроля по причинам, согласно которым имели место наплывы мигрантов, террористические атаки или, что сейчас крайне важно, чрезвычайные ситуации в сфере здравоохранения. Теперь вопрос заключается в том, насколько дух Шенгена до сих пор присутствует, если такие проверки становятся все более частыми.

“Парадоксально, — говорит Бенджамин Хаддад, директор отдела Будущее Европы аналитического центра Atlantic Council — и можно сказать, что моменты вроде этого уже созданы для ЕС”.

Ведь, как объясняет Хаддад, такие моменты требуют определенного уровня технического сотрудничества и совместного принятия решений, что и является основой Союза. ЕС действует как сверхдержава-регулятор через “нормативную” силу своих торговых соглашений и других инструментов, устанавливаемых стандартами, которые зачастую становятся глобальными и включают цифровой, медицинский, экологический и другие аспекты.

Однако если введение регуляторных норм является силой ЕС, то быстрое реагирование в кризисные моменты остается слабостью.

Когда речь идет о таких сценариях, как кризис беженцев или вспышка коронавируса, страны-члены часто берут на себя контроль, как это было в 2015-м. Коронавирус принесет новые боеприпасы тем, кто хочет усилить или восстановить контроль за рубежом.

 

Марин Ле Пен, правая французская националистка, призвала к закрытию границы с Италией. В Швейцарии, которая не является членом ЕС, однако это часть безвизовой зоны, правый политический лидер Лоренцо Квадри заявил: его “настораживает” то, что “догма” открытых границ будет нынче считаться приоритетной.

С увеличением количества случаев коронавируса в Европе, кажется маловероятным, что чиновники ЕС и национальные политики будут способны избежать более жесткого пограничного контроля. Например, в воскресенье вечером Австрия прекратила движение нескольких поездов через перевал Бреннер с Италией после сообщения о том, что двое пассажиров были заражены вирусом.

Если ЕС и страны-члены будут отвечать плавно и скоординировано, в ближайшие дни его коллективная ценность усилится. А стоит проявить свою неэффективность в ситуации с распространением коронавируса, как это определит отношение к ЕС на десятилетия вперед.

 

В своем классическом романе 1945 года “Чума” французский писатель Альбер Камю пишет: “Я даже не имею представления, что ждет меня или что случится, когда все это закончится. Но пока я знаю вот это: люди болеют, и они нуждаются в лечении”.

“Вирус, к сожалению, пока унимается разделенным континентом, подобно тому, как чума разделила людей в сюжете Камю, — сказал Джанни Риотта, приглашенный профессор в Принстонском университете, Джуди Демпси из аналитического центра Carnegie Europe. — Австрия отменила железнодорожное сообщение с Италией, Италия дистанцировалась от ЕС, поспешно отменила перелеты в Китай и обратно, но заболевание распространялось слишком быстро, поскольку пассажиры продолжили беспрепятственно прибывать в страну через другие аэропорты”.

Пора уже задаться вопросом, станет ли сама Европа жертвой вируса — выйдет ли здоровее из этой вызывающей ситуации?

uainfo
Поделитесь.