Зеркало недели: Ядерный броманс Северная Корея вернулась к угрозам и шантажу США

А подталкивает КНДР к провокационным действиям приближение “времени Х”, которым Пхеньян обозначил одногодичный срок, когда он будет удерживаться от ядерных испытаний и запуска межконтинентальных баллистических ракет, надеясь в ответ на уступки в ядерных переговорах со стороны США.

После неудачного саммита лидеров двух стран в Ханое в феврале этого года подтвердились опасения многих экспертов, что Северная Корея не намерена отказываться от собственной ядерной программы, а лишь пытается выиграть время для ее завершения. Тем более что еще летом 2017 г. Пхеньян похвастался запуском межконтинентальной баллистической ракеты и возможностью “нанести ядерный удар в любую часть мира”.

Следовательно, в период нынешнего условного “затишья” КНДР провела 13 испытаний ракет малой дальности, с одной стороны, якобы не нарушая взятого на себя моратория, а с другой — действуя наперекор нескольким резолюциям СБ ООН о запрете всех ядерных испытаний и запусков баллистических ракет. Несмотря на это, лидер государства-инициатора этих резолюций Дональд Трамп игнорировал провокационные действия Северной Кореи, оставляя поле для диалога с Ким Чен Ыном, а другие страны тоже только наблюдали за продвижением американо-корейского дипломатического покера.

Соединенные Штаты за это время несколько раз пытались разблокировать переговорный процесс. Так, в конце июня Дональд Трамп неожиданно пригласил Ким Чен Ына через Твиттер встретиться в демилитаризированной зоне на границе Северной Кореи и Южной и стал первым президентом США, который посетил КНДР, переступив демаркационную линию. Но межличностные дружеские отношения, которые все время демонстрировали лидеры двух стран и которые получили характерное название “броманс”, упирались в реалии незыблемости позиций сторон в вопросах ядерного разоружения.

В конце августа Северная Корея сразу после проведения нескольких испытаний оружия объявила о намерении восстановить диалог со США, чтобы выработать “приемлемую стратегию”, а если нет — угрожая срывом дипломатического процесса. Но октябрьская встреча рабочих групп в шведском Стокгольме провалилась.

Власть КНДР переложила вину за это на США, заметив, что те пришли за стол переговоров “с пустыми руками” и не учли требований Северной Кореи, отбив этим “какое-либо желание к дискуссии”. Хотя накануне в некоторых авторитетных американских СМИ появилась информация, что якобы Трамп готов предложить Ким Чен Ыну трехлетнее приостановление санкций ООН на экспорт текстильных изделий и уголь, если Пхеньян согласится демонтировать свой главный ядерный объект в Йонбене и остановит производство высокообогащенного урана.

Ожидаемо, что ненадлежащая реакция на угрозы, а также фокусирование американского президента на других важных проблемах подтолкнули Северную Корею к более решительным действиям. Так, в начале декабря постоянный представитель КНДР при ООН Ким Сон заявил, что тема денуклеаризации больше не является предметом переговоров со США, а “продолжительный и содержательный” диалог, которого хотят последние, служит приемом, дающим им возможность сэкономить время до возможного переизбрания Трампа на президентскую должность.

Почти одновременно с этим власть страны объявила о проведении “решающего испытания” на полигоне Сохе, который, кстати, по договоренности со США должны были закрыть. Это было уже второе подобное тестирование в течение двух недель. Несмотря на отсутствие конкретной информации по видам оружия, Пхеньян подчеркнул, что она “повлияет на изменение стратегической позиции Северной Кореи в ближайшем будущем”. Поэтому эксперты лишь высказали догадки, что КНДР могла провести испытание двигателей к межконтинентальным баллистическим ракетам.

В то же время северокорейские СМИ усилили свою антиамериканскую риторику и впервые с момента налаживания личностных отношений между лидерами стран вновь обратились к бранным высказываниям в адрес Дональда Трампа. В ответ на его сообщение в Твиттер о возможных последствиях для КНДР и Ким Чен Ына лично в случае совершения “вражеских” действий, бывший переговорщик по ядерным вопросам Ким Йонг Чоль назвал Трампа “нерассудительным и чудаковатым стариканом”.

И хотя специальный представитель США Стивен Бигун во время своего визита в Южную Корею (куда он на днях прибыл для обсуждения финансовых вопросов по содержанию американских военных и, очевидно, спасения дипломатического диалога с Северной Кореей) подчеркнул, что Соединенные Штаты не имеют никаких конечных сроков для достижения ядерного соглашения, он все же делал попытки добиться встречи со своими северокорейскими визави в демилитаризированной зоне, но не получил ответ на предложение. После визита в Токио, куда Бигун отправился после Сеула, следующим местом для обсуждения проблем Корейского полуострова запланирован Пекин.

Несмотря на то, что все эти страны расположены в непосредственной близости и заинтересованы решить корейскую проблему, у каждой из них — свой уровень отношений как с Северной Кореей, так и Соединенными Штатами, а также собственный взгляд на “утихомиривание” неспокойного соседа. США потеряли ситуативную коалицию, которая два года назад временно образовалась в ответ на активные ядерные испытания КНДР и воинствующие угрозы Трампа и дала возможность начать координированное санкционное давление. После активного дипломатического содействия, которое получил в результате саммитов с американским президентом “изолированный” до тех пор Ким Чен Ын, он не только на протяжении короткого периода встретился с лидерами ведущих стран региона, но и заручился поддержкой Китая и России в спорах с Соединенными Штатами.

Две страны были замечены в экономическом сотрудничестве в обход санкций и поддержке КНДР на полях ООН. Несколько дней назад они предложили проект резолюции СБ ООН о смягчении санкций против Северной Кореи для улучшения гуманитарной ситуации в стране. Речь идет об отмене запрета на экспорт морепродуктов, текстиля и статуй, освобождении межкорейских железнодорожных и автомобильных проектов от санкций США, а также отмене запрета на работу северокорейцев за границей, которая начинает действовать с 22 декабря и негативно повлияет на валютное пополнение бюджета страны.

Несмотря на очевидный блеф КНДР в вопросах ядерного разоружения, Китай и Россия, представляя законопроект, апеллируют к тому, что “страна выполняет свои обязательства согласно резолюциям ООН”, и предлагают как можно быстрее снять ограничения, влияющие на жизнь гражданского населения. По их убеждению, эти действия “помогут сдвинуть американо-корейские переговоры с мертвого места”. Кроме того, они призывают как можно быстрее восстановить шестисторонние переговоры при участии Северной и Южной Кореи, США, Японии, Китая и России, происходившие на протяжении 2003–2007 гг. Этот формат распался после того, как Северная Корея отказалась выполнять условия Соглашения о денуклеаризации, которое предоставляло ей безопасные, экономические и энергетические гарантии в обмен на отказ от ядерной программы.

Российский президент Владимир Путин неоднократно призывал восстановить шестисторонние переговоры, пытаясь вернуть северокорейскую проблему в зону своих влияний. Но Соединенные Штаты не поддерживают эту идею. Сначала любитель двусторонних переговоров Дональд Трамп пытался единолично получить лавры от реализации “большого соглашения” со страной, которую до сих пор не удавалось укротить никому из его предшественников, а теперь уже вынужден выходить из ситуации если уже не победителем, то хотя бы не побежденным. США также отказались рассматривать предложенную китайско-российскую резолюцию, которая, по их мнению, преждевременна, чем вызвали очередную волну обвинений со стороны Северной Кореи.

Между тем сама КНДР, кроме шантажа и запугиваний “рождественским подарком” для США (которым может стать, по мнению многих специалистов, запуск межконтинентальной баллистической ракеты), возвращается к своей старой доктрине полагаться на собственные силы — чучхе — в случае, если международные санкции не будет сняты. В конце этого месяца запланирован Пленум ЦК Трудовой партии КНДР, на котором будет утверждена стратегия развития, а в новогоднем выступлении Ким Чен Ына будет озвучено, что ожидать от его политики, и в каком направлении будет двигаться страна.

Но уже и сегодня очевидно, что Северная Корея не намерена осуществлять полную денуклеаризацию, как этого добиваются США, крепко держа в памяти негативный пример той же Ливии и Муаммара Каддафи, что только усиливает фобии северокорейской власти и стремление к самосохранению из-за наличия ядерного оружия. К сожалению, сохранить этот режим можно лишь установив тотальный контроль над населением в относительно закрытой стране с жестоко репрессивными методами управления ею. Но такие меры не совместимы с экономическими реформами, а соответственно — и экономическими перспективами, которые Трамп выторговывал взамен на отказ от ядерного оружия.

У Ким Чен Ына был неплохой шанс повести страну путем китайских реформ или воспользоваться нынешним опытом Вьетнама, особенно принимая во внимание благоприятную политическую конъюнктуру, которая когда-то сложилась в лицах американского и южнокорейского президентов. Но ожидания, что молодой лидер проникнется положительными примерами других стран и выйдет за рамки постоянных династийных страхов, оказались напрасными.

А пока что Северная Корея, пытаясь усилить давление на США и Дональда Трампа лично, идет на новое сознательное обострение ситуации, поскольку других методов в ее арсенале нет. Президент Трамп все еще ищет возможности не потерять хотя бы те наработки, которые он уже внес в список своих достижений на северокорейском фронте, но и КНДР повышает ставки. Поэтому вполне возможно, что аппетиты Северной Кореи в разгар президентской кампании США могут вернуть ситуацию в точку кипения 2017 г.

Зеркало недели
Поделитесь.