Укринформ: Почему в нынешнем мире может произойти все, что угодно Об ответственности и обязанности победителей - прежде всего, по присмотру за побежденными

Современный мир – прямое порождение итогов Второй Мировой. Не новость, конечно, но для нас важно эту очевидность сразу зафиксировать. Восемьдесят лет даже для истории – это не минутка. Люди, народы, государства – тоже забывают, как им не напоминай. Поэтому, в последнее время создается впечатление, что человечество, прости Господи, соскучилось по Большой войне, а может – просто уже не может представить, что это такое. Потому и очевидный факт: за последние пять лет картина развернулась чуть ли не на 180 градусов. Стоим ли мы все на пороге нового столкновения? Но есть ли возможность его все же избежать? И как опыт Второй Мировой, особенно истории ее разжигания, может нам в этом помочь?

Разрушители и спасатели

Конечно, они все – и победители, и побежденные – на 70-80 лет вперед не видели. И система международных отношений, которая появилась в последние месяцы Второй Мировой в Ялте и Потсдаме, оказалась не вечной, но для многих – комфортной. Каждый из участников тех переговоров понимал последствия войны по-своему. Для Сталина они были инструментом расширенения «советского лагеря» на часть Европы. Для Франклина Рузвельта и Гарри Трумэна – установлением американского влияния на остальную часть Европы. Для Уинстона Черчилля – пожалуй, гарантированным вхождением в историю на первых ролях и новый смысл бытия Великобритании – быть буфером-посредником между СССР и Штатами. Эта система, что бы о ней ни говорили, смогла обеспечить мир, пусть и холодный, в Европе на долгие десятилетия.

Й. Сталін, У.Черчілль і Ф.Рузвельт під час конференції у Ялті

У.Черчилль, Ф.Рузвельт и И. Сталін на конференции в Ялте

Всем нам известно краткое резюме всей этой системы – которое все повторяли в кругу семьи и, скорее всего, не только в Советском Союзе – «лишь бы не было войны». Реальный всеобъемлющий ужас взаимного истребления сдерживал мировых лидеров – даже при наличии ядерного оружия – и всех возможных «эксцессов исполнителя» во время локальных, но очень опасных кризисов, все же никто не решился использовать «ядерную дубину». Конечно, вспоминали о Хиросиме и Нагасаки. Но не будем забывать: современная американская власть признает свою вину перед Японией, как и современная немецкая власть признает свою ответственность за Вторую мировую и Холокост. То есть, чему-то в этом мире за восемьдесят лет все же научились. Но не все …

Если в основе Первой Мировой было заложено противостояние наций, во Второй Мировой – идеологий, то дальнейшее противостояние вышло в плоскость систем. Победители – СССР вместе с вассалами, США и Великобритания с союзниками превратились в соперников и противостояние сначала было традиционным, то есть в основном военным, но с течением времени противостояние пошло именно по сценарию состязания экономических систем – то есть не силы, а базиса военной силы.

Итоги всем известны. Одно дело социализм, который сам по себе не такой уж и страшный и имеет немало преимуществ, другое – попытки его реализации в условиях тоталитаризма. Советский эксперимент, принудительно распространенный почти половину Европы, с закрытой экономикой и отсутствием свобод был обречен на поражение. А вот западные демократии после Второй Мировой свой мир спасти смогли. И не в последнюю очередь потому, что именно СССР, как ни странно, их очень хорошо к этому стимулировал, втянувшись в априори проигрышное противостояние с рыночными экономиками. Интересно, что тот же социализм как идея и конкретная государственная политика хорошо помог именно странам капиталистической Европы – Швеции, Норвегии, Австрии, Франции. Они не шли по пути ограничений и притеснений, находясь в вечном соревновании, а просто жили для себя и таки дождались справедливости и равных возможностей для граждан при равных условиях. Что ж, это не просто урок, это эпитафия всем тоталитарным экспериментам с декларируемой благой целью – первое просто принципиально отрицает другое, и ничего с этим не поделаешь.

От биполярности к… бесполярности?

Но крах СССР и «мировой социалистической системы» создал в мире уникальную ситуацию: победители в холодной войне (иногда ее еще называют Третьей Мировой. – Ред.) остались без реальных оппонентов. Мир от биполярности перешел к однополярности – во главе с США. Кое-кто на Западе почти поверил, что это – навсегда. И все эти еще недавно популярные разговоры о «конце истории» и «триумфе либеральной демократии» – все они именно из этой установки исходят – это уже навсегда. Впрочем, эта уверенность очень быстро сошла на нет.

Манхеттен, теракт 911

Манхеттен, теракт 911

Если мир и был однополярным, то лишь короткие десять лет – с момента распада СССР в 1991-м до 11 сентября 2001 года – когда международный терроризм стал новым вызовом для всех цивилизованных стран. В экономическом же разрезе однополярный мир во главе с США тоже очень быстро был “опротестован” Китаем и Евросоюзом. Новые амбиции стали проявляться в самых разных уголках мира – однополярная модель с ее «концом истории» угасла очень быстро сама по себе.

Интернационал «обиженных» против группы «довольных»

Параллельно шел раздел мира на условных – «довольных» и «обиженных». То есть тех, кто имел в пользовании все (или почти все) преимущества современной цивилизации, и тех, кто вынужден был догонять и бороться за место под солнцем. К обиженным сегодня и относятся Россия, Иран, Северная Корея и практически все диктаторские режимы, которые по каким-то  причинам вошли в конфликт с западными демократиями. У каждого своя история противостояния. Но главное то, что в современном мире всегда найдется тот, кто иррационально будет выступать “против всех”.

Конечно, самый яркий пример «обиженных» – это сегодняшняя Россия. Да, она еще пользуется статусом мировой державы, в частности в ООН, но это только из-за военного потенциала, который остался у россиян, в основном, от покойного СССР. Да и то, это если Кремль не блефует о новых разработках, вероятность чего очень высока. Но именно на этом и только на этом базируются претензии российского режима на свое место в мире и будто равной роли с США, Евросоюзом и Китаем. Никаких выводов из краха СССР Россия не сделала и так же живет и пытается изображать развитие только благодаря продаже нефти и газа.

Эта обида, когда тебя не принимают во привилегированной компании, и порождает комплексы, из которых комплекс демонстрации силы и дерзости самый простой. Он полностью воплощен в жизнь Россией за последние пять лет – в аннексии Крыма, разжигании войны на Донбассе и военного «людоедства» в Сирии. И мы видим, как это российский режим – демонстративно, мол, “и что нам за это будет?».

Ідліб, Сирія

Идлиб, Сирия

Конечно, Владимир Путин – не Адольф Гитлер. У него нет видения мирового господства, но есть навязчивая мысль, что он и его страна должны быть теми, с кем будут считаться во всех вопросах. И ради этого Путин наследует практику Гитлера – то есть выводит Россию с агрессией за пределы собственных границ, провоцирует мировую напряженность, и создает предпосылки для более масштабного конфликта.

Что с этим делать? И что будет, если этого не сделать?

И в этом случае – как и восемьдесят лет назад – миру надо продемонстрировать ответную реакцию на такую ​​политику. Санкции, ограничения, прекращение сотрудничества – это все понятно. Но готов ли мир реально предотвратить развертывание агрессии, не только в Европе – на примере украинских Крыма и Донбасса, но и во всем мире?

Вопрос крайне актуальный. Потому что на фоне празднования восьмидесятилетия начала Второй Мировой мы наблюдаем если не повторение франко-британской «политики умиротворения агрессора» второй половины 1930-х годов, то явную попытку сделать вид, что так «можно жить» и «договариваться». И делают это те, кто должен агрессии противостоять – то есть, отдельные лидеры западного демократического мира. Об этом говорилось еще в 2014-м, в первые месяцы развязанной Кремлем войны против Украины. Впрочем, Запад не спешил реагировать. Только трагедия рейса МН-17, гибель в небе над Донбассом почти 300 человек заставила Запад реагировать решительно. Впрочем, похоже, что и 17 июля 2014 немного подзабылось …

Но это свидетельство другой, еще большей угрозы для всего мира. Если демократическое сообщество не хочет себя защитить и принять однозначную позицию противодействия агрессии, то оказывается, что никаких полюсов в мире уже просто не. Одни ими так и не стали, а другие разрушили свои возможности, права и обязанности перед человечеством собственной же политикой. В таком мире, к сожалению, может случиться все, что угодно. Даже после Второй Мировой войны и всех ее уроков.

Укринформ
Поделитесь.