Деловая столица: Почему Brexit так затянулся Процесс выхода Великобритании из ЕС ограничивается пока лишь «зарубленными» планами и отсрочками. Brexit могут просто заболтать

309 членов Палаты общин британского парламента дали добро (против был 81 законодатель) на то, чтобы премьер-министр Тереза Мэй официально просила новую отсрочку выхода Великобритании из Европейского Союза. Данное голосование стало результатом вынужденного взаимодействия между, собственно, Мэй и ее группой в рядах Консервативной партии и оппозиционной Лейбористской партией во главе с Джереми Корбином.

Именно с Корбином Мэй встречалась 3 апреля. Согласно совместному заявлению по итогам переговоров они “были конструктивными”, вылившись, в свою очередь, в законопроект об отсрочке, написанный лейбористкой Иветт Купер и тори Оливером Летвиным. Имея в кармане поручение от парламента, глава британского правительства должна теперь добиться отсрочки уже от Европейского Союза. С этой целью Мэй во вторник, 9 апреля, встречается с канцлером ФРГ Ангелой Меркель и президентом Франции Эммануэлем Макроном.

Убедить де-факто лидеров блока Терезе Мэй необходимо, чтобы увереннее себя чувствовать на предстоящем – пятничном – саммите ЕС. По данным AFP, британский премьер может просить лидеров ЕС отложить Brexit до 30 июня, чтобы она получила время на достижение договоренности с оппозицией о плане выхода, который был бы принят уже с четвертой попытки. Корбин дал ей шанс относительно отсрочки, но по самому плану Brexit компромисс достигнут еще не был. И если президент Евросовета Дональд Туск выступил намедни за возможную пролонгацию на год, то, по словам источников AFP, далеко не все европейские лидеры согласны с такой “гибкостью” Туска.

К примеру, Макрон опасается, что отсрочка повлечет за собой хаос, а тот, в свою очередь, спровоцирует серьезные политические и экономические издержки, которые по размаху могут переплюнуть последствия Brexit без соглашения. В этом Париж поддерживают Бельгия и Испания. И все сходятся во мнении, что Тереза Мэй должна предоставить веские причины отсрочки. Поэтому саммит для премьера будет не из легких.

Но шанс все же велик, учитывая, что 27 стран-членов ЕС потребовали от Лондона-таки готовиться к выборам в Европейский парламент, которые пройдут 23-26 мая. Чем британское правительство и занялось, объявив 5 апреля о проведении выборов и оплате первоначальной подготовки. Ба, в стороне не остался такой ярый критик Brexit – бывший лидер Партии независимости Соединенного Королевства (UKIP) Найджел Фарадж. Правда, в ЕП правопопулист устремился не под флагом родной партии, а во главе созданной в январе Партии Brexit.

Что касается самой Терезы Мэй, то в случае достижения успеха на саммите 12 апреля, она получает время на переговоры с оппозицией, поскольку ее по меньшей мере до лета никто не будет трогать. И даже если бы и было желание, то никто не позарится сейчас на пост главы британского правительства, ведь это пост самоубийцы. Сама Мэй с него, скорее всего, уйдет на политическую пенсию. О своей готовности уйти в отставку она говорила в конце прошлого месяца. Однако текущий расклад может полностью измениться, если Brexit все же не отменят. Мэй ясно дала понять, что пятого голосования она дожидаться не будет: “У нас теперь есть серьезный выбор: покинуть Европейский Союз с соглашением или вообще не уходить”.

И ведь действительно эта возня британских законодателей с Brexit уже не только стала предметом для шуток и раздражения, но и поводом всерьез рассматривать отказ Лондона от планов покинуть ЕС. В этом Brexit чем-то напоминает Союзное государство России и Беларуси: Лукашенко и Путин все идут и идут к этому союзу, а дойти никак не могут. Сам процесс осуществляется лишь на уровне деклараций. С Brexit же все наоборот: прощаются, прощаются и все попрощаться не могут. Британские парламентарии с энтузиазмом, не оглядываясь на Брюссель, рвут на клочки вариации закона о выходе, а на выходе имеем отсрочку за отсрочкой. И ведь таким образом опостылевший уже Brexit с легкостью можно заболтать и похоронить, довольно жмурясь в кресле депутата Европарламента.

Тереза Мэй, в свою очередь, имеет инструмент, чтобы повернуть все вспять – отозвать письмо о выходе, которое было передано Туску 29 марта 2017 г. Придется вытерпеть издевки европейцев, критику со стороны отдельных лидеров ЕС, а также в первую очередь убедить подданных отказаться от инфантилизма. Тем более что запрос в обществе есть. Например, петициюпротив Brexit подписали рекордные 6,07 млн человек при необходимых 100 тыс. Власти 26 марта, правда, ответили, что “это правительство” не пойдет на попятную и будет уважать результаты референдума. Это правительство – возможно, а вот другое может и передумать.

И если предметно, доходчиво объяснить, насколько избиратель был неправ в своем решении в 2016 г., то все возможно. Ведь есть не только петиция, но и тонны цифр, накопившихся за последние три года. В феврале-марте этого года, к примеру, сразу несколько автомобильных гигантов устроили в той или иной мере демарш. Nissan – отказ от выпуска на заводе в Северной Англии внедорожника X-Trail. Ford – закрытие заводов, а это 13 тыс. рабочих мест. Honda – также закрывает завод в британском Суиндоне, где работают 3,5 тыс. человек. Toyota – покинет туманный Альбион в случае выхода Великобритании из Евросоюза “на неблагоприятных условиях”. И ведь не только автопроизводители уходят, но и бизнес в целом перебирается в те же Дублин, Франкфурт-на-Майне или Париж. Кстати, немецкий город, как писала в прошлом году Financial Times, даже обогнал французскую столицу в гонке за звание крупнейшего финансового центра Европы, когда из Лондона за год переехали 10 крупных банков, среди которых Goldman Sachs, Citi, JPMorgan, Barclays. В Париже прописались еще семь, а в Дублине, Люксембурге, Амстердаме – 15. Это серьезные экономические и репутационные потери, с которыми королевство столкнулось еще в самом начале своего непонятного пути.

Согласно же свежему докладу банка Goldman Sachs британская экономика с момента проведения референдума уже потеряла 101,4 млрд евро. По словам экспертов, Brexit обошелся стране в 2,5% от ВВП. Немудрено, как отмечается в докладе, что вероятность невыхода из ЕС оценивается уже в 40%. С правильной подачей 40% могут стать 80%, а британцы, клюнувшие на популизм, признают, что сделали неверный выбор в 2016 г.

Деловая столица
Поделитесь.