Зеркало недели: Европейская политика Пекина Видеть цель и не замечать препятствий

Когда речь заходит о Китае, поспешность суждений — плохой советчик. 

Логика Поднебесной не всегда понятна представителям Запада. В Поднебесной не любят суеты, особенно когда речь идет о вопросах важных, стратегических.

Знающие люди рассказывают, что летом прошлого года, когда Трамп ввел торговые пошлины на значительные объемы китайского экспорта, в Пекине крепко задумались о системном ответе Вашингтону. Вначале реакция была предсказуемой: симметричные пошлины в отношении американского импорта. Однако потом, после тщательного анализа и размышлений, возобладал другой подход. Никаких словесных войн, только действия — мягкие, но решительные. Никакого бряцания оружием — только дипломатия и разговоры о взаимовыгодном сотрудничестве.

На первый взгляд кажется, что Пекин поддался давлению США, во всяком случае об этом вслух заговорили влиятельные СМИ после первых раундов переговоров. Однако еще никаких соглашений не подписано. На практике подобный прием вполне может оказаться известным принципом восточных единоборств — поддаться, чтобы победить. Именно так можно определить основной элемент тактики и стратегии Пекина по глобальной экспансии в современных, далеко не идеальных для Поднебесной, условиях.

В 2017 г. участие президента Си Цзиньпина во Всемирном экономическом форуме в Давосе стало центральным событием всего мероприятия, особенно на фоне отказа от участия в нем новоизбранного президента США Дональда Трампа. Именно там, где традиционно встречается элита либерального Запада, руководитель коммунистического Китая решительно высказался в пользу глобализации и мирового порядка, основанного на многостороннем сотрудничестве.

В 2019 г. вице-президент КНР Ван Кишан выступил в Давосе с аналогичным заявлением. “Все больше стран концентрируются на внутренних проблемах, устанавливают дополнительные барьеры международной торговле и инвестициям, а односторонние действия, протекционизм и популизм распространяются в мире”, — заявил он, подтверждая курс Пекина на сотрудничество и открытость. Сегодня уже ни у кого не вызывает сомнения, что политика Трампа направлена на снижение важности международных институтов, тогда как Китай выступает за сохранение мирового порядка, основанного на многосторонних договоренностях. В частности, это касается Всемирной торговой организации, важность которой для Китая — крупнейшего в мире экспортера и второго после США импортера — сложно переоценить.

С момента фактического провозглашения намерения КНР возглавить процессы мировой глобализации произошло множество событий. Китай вместе с Россией был причислен Вашингтоном к числу “ревизионистских” государств, США и Китай ввели взаимные пошлины на сотни миллиардов долларов и тысячи товарных позиций, ЕС приступил к разработке механизма скрининга инвестиций с целью ограничить приобретение акций европейских высокотехнологичных компаний инвесторами КНР (вступает в силу с апреля 2019 года). Сформировался новый геополитический треугольник США—Китай—Россия, в котором теперь и “блуждают” основные проблемы мировой политики.

В то же время последовательные усилия Пекина по продвижению инициативы “Один пояс, один путь” принесли свои результаты. КНР значительно активизировала сотрудничество со своим региональным конкурентом — Японией, осуществила масштабные мероприятия по развитию отношений со странами Латинской Америки, Африки и Европы. В 2017 г. для 144 стран мира Китай стал основным торговым партнером. Особенно любопытно наблюдать, как Китай продвигается на рынок ЕС, ведь именно этот крупнейший в мире рынок является конечной целью проекта “Один пояс, один путь”.

Инициатива “16+1” для стран Центральной Европы и Балкан, похоже, исчерпала первоначальный импульс для развития, частично из-за давления извне, частично — по причине отсутствия в этих государствах достаточного политического и экономического потенциала. В частности, одна их ключевых стран региона — Польша — под давлением США заявила о “неэффективности” подобного формата и поставила под сомнение деятельность на своем рынке одного из китайских флагманов — компании Huawei. Чехия и ряд других стран выразили готовность последовать примеру Польши. Но это Китай не остановило. Премьер-министр Венгрии Орбан, ярый враг Сороса, заявил о намерениях всячески содействовать развитию сотрудничества с КНР, и его поддержала Сербия. Однако основные усилия Пекина были все же перенесены из Центральной Европы дальше, на Запад.

Пока Китай играл с американцами в поддавки, объемы китайских инвестиций в США резко снизились, а стороны оказались втянутыми в сложные и долгие торговые переговоры (кто хотя бы раз вел переговоры с китайцами, поймет, о чем речь). Тем временем Пекин резко нарастил инвестиции в ЕС, активизировал сотрудничество с Германией, Италией и Францией. Именно туда, в самое сердце Евросоюза, и оказался направлен “ответный удар” Поднебесной.

В последнюю декаду марта по приглашению президента Италии Серджо Маттареллы, президента Франции Эмманюеля Макрона и князя Монако Альберта II председатель КНР Си Цзиньпин посетил эти страны с государственным визитом. Оценивая европейское турне китайского лидера, член Госсовета КНР, министр иностранных дел Ван И подчеркнул, что выбор Европы председателем КНР для первого заграничного турне 2019 года “в полной мере демонстрирует то повышенное внимание, которое Китай уделяет Европе”. По его словам, “независимо от изменений международной обстановки, китайская сторона неизменно рассматривает ЕС как важного стратегического партнера по сотрудничеству и считает китайско-европейские отношения одними из ключевых и приоритетных для китайской дипломатии”. Он специально подчеркнул, что в этом году контакты Пекина и Брюсселя на самом высоком уровне приобретают для Китая особую важность.

Начиная с 2012 г., когда Си Цзиньпин пришел к власти, Китай приступил к реализации целой серии инициатив по продвижению политического и экономического влияния в мире. Среди них — “Один пояс, один путь” — беспрецедентный по своему размаху план создания новой транспортной инфраструктуры между Азией и Европой; “Сделано в Китае—2025”, целью которого является новый виток индустриализации, основанный на суперсовременных технологиях, включая искусственный интеллект, а также программу социального устройства общества, основанную на так называемых “социальных кредитах”.

Пять лет тому назад, во время визита в ряд стран Европы, Си Цзиньпин заявил о необходимости создания “моста мира и стабильности” для общего развития и процветания Европы и Китая, а также “моста реформ и прогресса” для координации реформ в Китае и ЕС. Призыв председателя КНР был услышан, и в ЕС в 2013 году появилась первая общая стратегия отношений с Китаем.

Сегодня ЕС и КНР являются крупнейшими торговыми партнерами. Только за два месяца 2019 года товарооборот увеличился на 8,9% и достиг 737,63 млрд юаней. Это составляет 16,2% от общего товарооборота Китая. В Пекине с пониманием относятся к нынешней политической ситуации в ЕС, где должны состояться выборы в Европарламент, однако рассчитывают на продолжение активного дружественного диалога.

В то же время невозможно отрицать, что Евросоюз и Китай являются конкурентами как в торговле, так и в технологической гонке. В свою очередь в Брюсселе полностью осознают роль современного Китая в мире и пытаются выстраивать отношения так, чтобы они приносили взаимную пользу, но при этом не поступаться принципами. ЕС имеет четкую политику в отношении Китая, оформленную в виде стратегических документов, которые обновляются каждые три года.

Последний обзор политики был представлен Европейскому парламенту и Европейскому Совету 12 марта. Что крайне любопытно — документ разделяет несколько уровней взаимодействия ЕС и КНР. Китай определен стратегическим партнером в торговле (второй после США для ЕС), просто партнером по переговорам в тех сферах, в которых ЕС стремится построить с Китаем прагматические взаимовыгодные отношения, экономическим конкурентом в технологическом развитии и системным соперником с точки зрения модели общественного устройства. Очень важно, что в ЕС больше не рассматривают Китай как развивающуюся страну и признают огромное влияние КНР на мировые процессы, будь то экономика, геополитика или безопасность.

На саммите ЕС, состоявшемся 22 марта, среди прочих проблем говорили и о Китае, в частности, об идеологических противоречиях с КНР и необходимости общей политики в отношении Пекина. Пока Ангела Меркель призывала к единству, а президент Макрон рассуждал об окончании “периода наивности в отношениях с КНР”, первая из числа стран “семерки” Италия официально заявила о вхождении в проект “Один пояс, один путь”. В ходе визита Си Цзиньпина в Рим был подписан ряд соглашений в области электронной коммерции, финансовых и транспортных услуг, создания инфраструктуры инноваций. Для КНР очень важно получить доступ в порт Триест — самый северный на побережье Адриатического моря, который после греческого порта Пирей может стать вторыми воротами для китайского экспорта в Европу.

Немаловажно, что Китай третий год подряд становится главным торговым партнером Германии. В прошлом году товарооборот между двумя странами превысил 200 млрд долл. Еще раньше Германия и КНР подписали ряд соглашений о сотрудничестве в банковском деле и сфере финансовых услуг. На фоне чрезвычайных усилий США по ограничению использования оборудования Huawei в телекоммуникационных сетях, особенно в связи с созданием сетей 5G, в Германии фактически отклонили давление США. Huawei открыл в Бонне специальную лабораторию по тестированию своего оборудования, чтобы доказать неправомерность обвинений в шпионаже. Проблема осложняется тем, что основные мобильные операторы ведущих стран ЕС уже используют оборудование Huawei, отличающееся высочайшим качеством, и его замена может значительно осложнить внедрение современных сетей связи в Британии, Франции, Германии. США не предоставили европейским партнерам никаких доказательств шпионской деятельности Huawei, и поэтому давление Вашингтона рассматривается мобильными операторами Европы как пример недобросовестной конкуренции.

Еще более значимыми (по сравнению с Италией) оказались результаты визита Си Цзиньпина в Париж. Елисейский дворец сообщил о подписании контракта на закупку продукции концерна Airbus на суму 30 млрд евро. Заказ предусматривает приобретение 290 самолетов А320 и 10 самолетов А350 (сильный удар по интересам Boeing,  и так потерявшего огромные деньги в связи с проблемами 737 MAX). Кроме того, были подписаны еще 14 соглашений, в том числе торговый договор на суму 10 млрд евро, контракт на постройку 10 контейнеровозов на суму 1,2 млрд евро, а также о сотрудничестве в области энергетики.

Президент Франции заявил, что договоренности с Пекином являются “прекрасным сигналом” развития экономических связей между двумя государствами. Франция и КНР заговорили о выведении отношений на уровень “всестороннего стратегического партнерства”. Делегация из Парижа примет участие в апрельском саммите участников проекта “Один пояс, один путь”. Любопытно будет наблюдать, как теперь изменится политика Франции,  еще недавно выступавшей за ограничение доступа китайских компаний к тендерам ЕС на суму 2,4 трлн евро.

Часть аналитиков увидела в подобной тактике Поднебесной реализацию известного принципа “разделяй и властвуй”. Достаточно взглянуть на карту коридоров “пояса и пути”, чтобы убедиться в этом. Один из важнейших коридоров в Германию и Францию идет через Грецию (Пирей) и Италию (Триест). Второй — через Турцию, Балканы, Украину и Польшу. Не получится через Польшу — пойдут через Венгрию и Сербию. Тут все очень прагматично и обоснованно. Вот только резкое укрепление связей с ЕС имеет еще одну цель, и это, конечно же, США.

Даже крупнейшие специалисты по Китаю ломают себе голову над крутыми пируэтами в отношениях Пекина и Вашингтона. Визиты с оказанием высочайших почестей проходят почти в домашней обстановке, а после них следует резкое обострение риторики и удлинение списка взаимных претензий. Торговые переговоры, на которых намечается “огромный прогресс”, проходят на фоне военных кораблей США возлей Тайваня, диалог по Северной Корее сменяется громкими окриками Трампа и Помпео в адрес союзников, использующих оборудование Huawei.

Наибольшие опасения вызывает возможность долговременной конфронтации между двумя ведущими экономиками мира, нечто вроде новой холодной войны, когда весь остальной мир будет вынужден выбирать сторону и “суверена”. А ведь еще недавно сотрудничество с КНР было в центре внешней политики США, стремящихся не допустить стратегического сближения КНР и РФ в противовес Вашингтону. Теперь в Белом доме уверены, что Китай воспользовался моментом, нарастил торговый потенциал, финансовые ресурсы и трансфер технологий (часто, по мнению США, незаконный) и превратился из потенциального партнера во вполне реального соперника.

Беспрецедентный рост военного и экономического могущества Китая, как кажется, застал Вашингтон врасплох. Теперь администрация Трампа пытается сдержать глобальную экспансию Поднебесной любыми методами. Китай явно не собирается сдаваться, и европейские партнеры, с которыми США имеют напряженные отношения, являются отличной возможностью для Пекина диверсифицировать доступ к современному оборудованию и технологиям. Наблюдая за “западным” вектором внешней политики Китая, продуманными действиями руководства КНР, становится очевидным, что Китай отступать не собирается. Отличный мастер-класс по внешней политике для желающих учиться. 

Зеркало недели
Поделитесь.