Хвиля: Почему Эрдоган потерял Стамбул и Анкару? 31 марта в Турции прошли фантастически драматичные местные выборы, которые стали холодным душем для Реджепа Эрдогана

31 марта был весьма «горячим» днём, если не сказать более. Помимо невероятно эмоциональных и непредсказуемых выборов президента в нашей многострадальной Украине, где-то южнее, в тёплой и славной Турецкой Республике, прошли не менее раскалённые страстями муниципальные выборы. Как и в нашем случае, они принесли немало сюрпризов. Весь вчерашний вечер я отслеживал голосование 57 миллионов человек, пришедших на участки, отдать голоса за будущих мэров, сельских старост, членов муниципальных и сельских советов.

По итогу мониторинга могу заключить, что эти выборы стали одними из наиболее ожесточенных, драматичных и перегруженных эмоциями на моей памяти. Даже досрочные выборы 2015 года, когда развалилось перемирие с курдами, а Турцию сотрясали террористические атаки боевиков из Сирии, не были настолько противоречивыми и разъединяющими общество, чем то, что произошло вчера. Создавалось впечатление, что президент Реджеп Тайип Эрдоган поставил чуть ли не всё, что у него есть, на эти выборы, вкладываясь в них так, как не вкладывался даже во время всеобщих выборов 2018 года и в ходе судьбоносного референдума о передаче ему чрезвычайных «султанских» полномочий  в 2017 году.

Когда я увидел результаты голосования, в принципе, вопросы о гипер-активности Эрдогана отпали сами собой. Ему действительно было за что переживать. Ведь по итогу местных выборов, правящая «Партия справедливости и развития» (AKP) потерпела шокирующее поражение во всех ключевых крупных городах, включая Измир, Адану, Анкару, Анталью и даже сакральный для Эрдогана Стамбул.

В последнем результаты не были известны до самого последнего момента. Официальный сайт «Anadolu», на котором можно было смотреть подсчёт голосов, в какой-то момент просто остановился. Разрыв между кандидатами был всего 2 тысячи голосов в пользу про-властного политика, а почти 2% бюллетеней ещё не подсчитаны. Даже ЦИК не решался ничего комментировать, пока с трибуны не выступил сам президент. Хотя он ничего особенного и не сказал по Стамбулу, по его интонации и дружелюбно-спокойным, несколько фаталистским, фразам, не лишённым щепотки досады, стало понятно, что правящая партия признаёт поражение. На утро, сайт запустили, а ЦИК объявил, что в Стамбуле победила оппозиция, с разницей в какие-то 28 тысяч голосов при почти 10 миллионах голосовавших. В других городах ситуация похожая

 

 

Результаты местных выборов 2014 года. Оранжевым – AKP, зелёным – HDP, красным – CHP, коричневым – националисты MHP.

Результаты местных выборов 2019 года. Оранжевым – AKP, фиолетовым – HDP, красным – CHP, коричневым – националисты MHP, розовым и серым – другие партии.

В самой столице Анкаре победу одержал кандидат от оппозиционной Народной республиканской партии (CHP), юрист и давний враг сторонников Эрдогана Мансур Яваш с результатом 50,91%. Его оппонент от правящей AKP Мехмет Озхазеки проиграл, набрав 47,10%. Таким образом, впервые за 25 лет, оппозиционная CHP заведёт в Анкару своего мэра. Интересно, что сам Яваш уже участвовал в мэрских выборах в столице 5 лет назад, и тогда он проиграл кандидату Эрдогана, «вечному» мэру Мелиху Гёкчеку, который 24 года подряд занимал этот пост. Правда, разрыв тогда был всего 1%, даже меньше, чем сейчас. Во многом, именно разлад между Эрдоганом и Гёкчеком в 2017 году и привёл к поражению правящих сил. Мэр был недоволен слишком уж явной узурпацией власти Эрдоганом, за что был уволен. Потеря такого тяжеловеса местной политики ударил по позициям AKP, которые не сумели убедить достаточное количество горожан поддержать другого, менее известного, кандидата.

Крупный промышленный центр на юго-западном средиземноморском побережье Турции, необычайно красивый город Адана также поддержал оппозиционные силы. Местный кандидат от CHP Зейдан Каралар, выходец из обычной рабочей аданской семьи, набрал 53,63% и победил не-местного националиста Хуссейна Сезлю из Джейхана.

Прибережный и популярный среди туристов город Анталья избрал мэром ещё одного кандидата от CHP Мухиттина Бёчека – местного активиста и политолога, набравшего 50,62%. Его оппонент от правящей AKP МендересТюрель получил лишь 46,25%. Он также является мэром-тяжеловесом, возглавляя Анталью уже 15 лет, начиная с 2004 года.

Город Измир ожидаемо стал местом настоящего разрыва сторонников Эрдогана и его партии. Здесь, оппозиционер от CHP, бывший актёр, юрист и местный чиновник Мустафа Сойер набрал 58,08% и разгромил своего соперника от AKP Нихата Зайбекчи, получившего 38,66%. И это при том, что на стороне Зайбекчи был весь админресурс, а Эрдоган лично впрягался в его кампанию. Как-никак, Зайбекчи – близкий друг президента, член парламента и министр экономики.

Стамбул стал тяжелейшим ударом по президенту и его авторитету. Это то самое место, с которого он начал свой поход в большую политику. Это тот самый город, в котором его впервые арестовали за то, что он исламист и не поддерживал полностью наследие Ататюрка, как должно всем кемалистам. Это то место, где он понял, что необходимо менять всю систему, и становиться новым Ататюрком. Эрдоган вложил колоссальные усилия в этот город, изменив его до неузнаваемости, начиная с 1990-х годов. Постройка новых мостов, модернизация городской инфраструктуры, появление жилищных комплексов и офисных зданий – многое вкладывалось и стекалось в Стамбул. Бывший премьер-министр Турции Бинали Йилдырым, правая рука президента, должен был просто зайти и триумфально сесть в кресло мэра, которое для него усиленно готовили почти полгода. Эрдоган лично вытягивал не очень харизматичного друга, бросая ему на помощь весь свой авторитет. И тут неожиданно он проигрывает выборы с разницей в 28 тысяч голосов, отдавая священное место мэра Стамбула оппозиционеру Экрему Имамоглу.

Несмотря на эти поражения, сторонникам Эрдогана удалось удержать под контролем большую часть страны, и особенно свои традиционные округа в центральных, северо-восточных и восточных регионах. Разгромную победу они получили в Бурсе, Конье, Газиантепе, Кайсери, Малатье и Коджаэли. Правда, проблемными для них оказались южные области, которые также взяла оппозиция в лице кемалистов CHP. Особенно болезненной стала потеря прилегающего к северо-западной Сирии (провинции Идлиб) региона Хатай. Впрочем, другие области восточнее, которые играют гораздо более важную роль  анти-курдской борьбе Эрдогана в Сирии, остались за AKP.

Их союзники по коалиции – националисты из MHP – взяли часть черноморского побережья (провинции Кастамону и Бартын), а также прилегающие к ним не особенно людные провинции Чанкыры и Карабюк, которые ещё в 2014 году контролировались Эрдоганом. В целом, националисты сыграли важную роль в получении президентом большинства по всей стране. Они улучшили свой результат 2014 года, получив на 3 провинции больше в этом году – целых 11 регионов. Большую часть – они просто отбили у правящей AKP, например Эрзинкан и Байбюрт в восточной Турции.

Про-курдская Партия демократии народов (HDP) традиционно победила в своих ключевых бастионах на юго-востоке, где проживают турецкие курды + забрали у националистов провинцию Карс, но проиграли Эрдогану населённый также туркоманами Ширнак на границе с северной Сирией.

Шок и горечь от поражения в городах, которые Эрдоган держал почти 20 лет (а со Стамбула вообще начинал свою карьеру), был заметен по про-властным спикерам, активно дававшим интервью турецким и иностранным СМИ в вечер выборов и в первой половине сегодняшнего дня. Как же так произошло, что оппозиция, несмотря на колоссальное давление админресурса и фактическую узурпацию власти в руках Эрдогана за последние несколько лет, сумела выбить у них мэрии основных турецких городов? Собственно, этим вопросом задался и я. И вот, к каким выводам я пришёл, по результатам анализа местных выборов в Турции.

Вывод №1. Правящая партия AKP показала худший результат с 2009 года. Хотя при нынешнем уровне сосредоточенности власти в руках партии, это не станет каким-то серьёзным фатальным ударом по системе, тем не менее, это тревожный звонок для Эрдогана и его команды, чтобы сделать выводы и изменить свою политику, дабы соответствовать ожиданиям электората. Партию Эрдогана погубило непонимание психологии и потребностей молодого поколения анатолийских турков, переселившихся в крупные города в 1990-х годах в детском возрасте. Их преимущественно бедные и консервативные семьи обеспечивали президенту победу за победой. Однако сейчас пришло время следующего поколения, которое уже гораздо меньше нуждается в духовных скрепах, неоосманском реваншизме и супер-консерватизме Эрдогана. Они постепенно теряют связь с правящей партией, переставая быть её ядерным электоратом. Урбанизация переместила этих людей в совершенно другой разряд населения.

Вывод №2. Реджеп Тайип Эрдоган не достаточно сильно «закрутил гайки» ненавистному deep-state, кемалистам, которые сумели сделать невероятный comeback на этих выборах с прицелом на реванш. Для президента это сильный удар, ибо теперь перед ним морально-политическая дилемма: продолжать закручивать гайки и, возможно, вызвать недовольство населения, или попытаться работать с новыми мэрами и городскими советами, враждебно настроенными ко многим его проектам.

Вывод №3. Правящая партия Эрдогана попала в ещё большую зависимость от националистов Девлета Бахчели. Взяв 11 провинций, они усилили свои позиции, и влияние на администрацию президента, а значит и его частичную зависимость от их лояльности, особенно в случае социально-экономических потрясений.

Вывод №4. Потеря крупных городов – это мощный, хоть и символический, удар по системе, которую долго выстраивал президент Турции, веря, что она – залог успеха и процветания государства. Впереди – неизбежные конфликты между администрацией президента и местными органами власти, что парализует принятие решений на местах, и может стать источником социального недовольства в Стамбуле и Анкаре. Выборы показали, что политический ландшафт Турции размывается и расползается между разными партиями. Электорат, по разным причинам, пытается найти альтернативу правящей «Партии справедливости и развития».

Вывод №5. Политическая поляризация турецкого общества накаляет обстановку внутри государства на фоне экономического кризиса и внешнеполитических вызовов. Тот раскол, который демонстрируют нам каждые турецкие выборы последних 4 лет, лишь доказывает, что политика Эрдогана поляризовало общественное мнение до такой степени, что даже локальные выборы превращаются в чуть ли не вотум доверия всего политического курса президента и его команды. Это сулит гораздо большие проблемы и риски для вертикали «султана» Эрдогана, чем даже поражения на выборах, так как радикализует людей, подталкивая их на радикальные формы выражения своего мнения.

Вывод №6. Партийный фундамент президента размывается. Из-за безумного культа личности, который начал проявляться в полной мере после 2016 года, Эрдоган фактически разрушил основы своей собственной партии, отличавшейся чёткой социальной базой, партийной идентичностью и коллективной культурой поведения. Сейчас, всё это будто бы в прошлом, осталось в тени личности великого правителя, сосредоточившего всю полноту власти в своих руках, не давая партийным функционерам особенного поля для деятельности и принятия решений, тем самым толкая их на путь профессиональной деформации и безынициативности. Сегодня AKP чётко ассоциируется с персоной президента Эрдогана. И когда он идёт на дно на фоне высокой инфляции и экономического кризиса (экономика была «фишкой» успеха партии), то на дно идёт весь корабль. Яркость сияния Реджепа Тайипа Эрдогана затмила всех остальных, делая из команды аморфную массу простых исполнителей, неспособных ни на что. Когда один лидер пытается блистать везде, в итоге, он и проигрывает всюду.

Вывод №7. Алармистско-апокалиптические призывы власти не работают, а лишь ухудшают социальную и политическую ситуацию в стране. Попытки Эрдогана сместить фокус предвыборной кампании с экономики, финансов, банковского секторе на создание атмосферы всеобщей паники, страха и тревоги за будущее, не сработала. Наоборот, многих жителей тех же западных и юго-западных регионов она оттолкнула. Катастрофические месседжи о том, как Турция вот-вот распадётся, если не проголосовать за правящую партию, мобилизовали электорат центральных сельских районов, но этот эффект долго не продержится, как уже показали выборы 2018 года. А иногда, как в случае с выборами в Измире, это даже вредит имиджу партии, вынуждая кандидатов пытаться объяснить, что именно имел в виду главный лидер.

Вывод №8. Оппозиция явно извлекла уроки выборов 2018 года. На этот раз они сумели объединиться и пойти единым фронтом против Эрдогана, собрав вокруг себя активный средний класс. Они удачно противопоставили экономические, социальные и инфраструктурные вопросы истеричной риторике Эрдогана про конец света.

Местные выборы в Турции демонстрируют важную тенденцию по будущему развитию страны. Извлечёт ли из этого уроки сам Эрдоган? Я сомневаюсь. Слишком уж самоуверенный он сам по себе, да и проигрыш свой он, скорее всего, не увязывает со своими личными фэйлами. Но вот его однопартийцы могут серьёзно задуматься, а стоит ли им оставаться на этом корабле, если так пойдёт и дальше. Не удивлюсь, если  ближайшее время в Турции появятся ещё несколько консервативных или националистических партий, похожих на AKP, как её осколки, созданные бывшими соратниками президента, не желающими оставаться в тени. В конце концов, речь идёт о будущем политической системы всего государства.

Хвиля
Поделитесь.