Neue Zürcher Zeitung: Россия: без ремня безопасности Российское государство тратит только 3,3% ВВП на здравоохранение. (...) В Германии этот показатель составляет 9,5%. (...) С 2000 по 2015 год в России вдвое сократилось количество больниц. За этот же период, по данным ВОЗ, на 450 тыс. сократилось количество больничных коек. В более чем 17 тыс. маленьких городов и поселков больше фактически нет медицинского обслуживания

“Я рискнул. Полтора года назад, в 32 года, я переехал из Берлина в Москву, чтобы работать зарубежным корреспондентом. (…) Возможно, этим переездом я сократил себе жизнь”, – пишет на страницах швейцарской газеты Neue Zürcher Zeitung московский корреспондент немецкого издания Die Welt Павел Локшин.

“Не потому, что кто-то хочет со мной расправиться, – поясняет автор статьи. – Будучи иностранным журналистом, я не подвергаюсь серьезной опасности – в отличие от многих местных коллег, которым приходится опасаться насилия, репрессий или покушений. Мне становится тревожно, когда я смотрю на демографическую статистику о российских мужчинах. (…) Согласно расчетам демографов, каждый четвертый россиянин моей возрастной группы умрет еще до своего 60-го дня рождения”.

“В 2016 году в России в работоспособном возрасте умерло в 3,6 раза больше мужчин, чем женщин. В развитом мире такая разница между мужчинами и женщинами беспрецедентна, – отмечает журналист. – Российская статистика хуже не только американcкой или европейской. Также и Таиланд, Вьетнам или Аргентина имеют сегодня лучшие показатели”.

В чем же причина этого необычного общественного феномена?

“Проблема начинается с образа жизни российских мужчин”, – говорит Анатолий Вишневский, директор Института демографии Высшей школы экономики. “60% из них курят. (…) Прежде всего для многих малообразованных мужчин в бедной провинции частью повседневной жизни является водка”, что находит свое отражение в статистике.

“Обозначение “сердечно-сосудистые заболевания” зачастую призвано скрыть смерть мужчин работоспособного возраста, связанную с алкоголем, поясняет Вишневский. Ведь ни один мэр и ни один губернатор не хочет видеть в своей статистике настоящее количество смертей от алкоголя. А родственники боятся клейма алкоголика в свидетельстве о смерти”, – говорится в статье.

“Но почему же в России такое большое количество мужчин пьют с такими серьезными последствиями? – задается вопросом Локшин. – “Употребление алкоголя – это часть российского облика настоящего мужчины”, – говорит демограф Вишневский. Согласно традиционному представлению, тот, кто умеет много пить, доказывает свою мужественность”.

При этом, отмечает журналист, официальная статистика употребления в России алкоголя вызывает большие сомнения. “Согласно официальной статистике, россияне выпивают в год только 6,6 л чистого алкоголя. Это меньше, чем в Швейцарии. Это число вряд ли соответствует действительности, ведь здесь широко распространена контрафактная водка, не учитываемая в статистике”, – указывает Локшин.

“Тем не менее, высокая смертность мужчин работоспособного возраста объясняется не одним алкоголем, – продолжает журналист. – “Представители правительства охотно подчеркивают роль алкоголя как основной причины высокой мужской смертности, – говорит Вишневский. – Этим они снимают с себя вину: государственная власть хорошая, ей, к сожалению, достался пьющий народ”. Таким образом, по его словам, замалчивается роль социальной политики”.

“Российское государство тратит только 3,3% ВВП на здравоохранение. (…) В Германии этот показатель составляет 9,5%. (…) С 2000 по 2015 год в России вдвое сократилось количество больниц. За этот же период, по данным ВОЗ, на 450 тыс. сократилось количество больничных коек. В более чем 17 тыс. маленьких городов и поселков больше фактически нет медицинского обслуживания. (…) Таким образом, у российских мужчин, которым и без того тяжело даются походы к врачу, появляется еще больше аргументов для того, чтобы прибегать к сомнительным домашним средствам или ждать, что их болезни уйдут сами собой”, – говорится в статье.

Еще одним фактором преждевременной смерти российских мужчин являются внешние причины: ДТП, самоубийства или отравления. “В Европе мы не наблюдаем подобного. Наши цифры выше в несколько раз”, – говорит Вишневский.

“Тот, кто на российских дорогах ездит, как настоящий мачо, без ремня безопасности, играет со своей жизнью, но даже в прогрессивной Москве водитель такси обижается, когда я пристегиваюсь на пассажирском сиденье, – отмечает Локшин. – Поездка без ремня безопасности считается показателем доверия. В результате в России из расчета на количество населения, по данным ВОЗ, в ДТП погибает наибольшее в Европе число людей”.

Тот, кто живет в обществе, в котором настолько превозносят мужскую силу, не пойдет к терапевту, несмотря на депрессию, полагает журналист. В итоге количество совершаемых мужчинами самоубийств почти в четыре раза превышает средний уровень по Европе. А тот, кому не хватает денег на бутылку водки, пьет спиртосодержащие концентраты для ванн – а потом оказывается в статистке по отравлениям.

“Было бы не справедливым говорить, что в России ничего не делают, – пишет Локшин в заключение. – Продолжительность жизни мужчин постепенно растет, уменьшается и смертность мужчин в возрасте от 15 до 60 лет. Эта тенденция, вероятно, связана с тем, что несколько лет назад был введен жесткий запрет на курение, а а в супермаркетах и продовольственных магазинах поздно вечером больше не продают алкоголь. Одновременно меняются и привычки, по крайней мере, в Москве и других крупных городах. Мужчины чаще пьют пиво и вино вместо водки – и так продлевают себе жизнь”.

Neue Zürcher Zeitung
Поделитесь.