Деловая столица: Как Кремль использует “Росатом” для вывода капитала из России Возможно ли, что атомная корпорация, бывший босс которой сегодня курирует внутреннюю политику РФ, — просто канал вывода из страны бюджетных средств?

По итогам недавнего масштабного визита Владимира Путина в Ташкент, как сообщается официальными пресс-службами, подписано около 800 документов. Общая сумма инвестиционных договоренностей, находящихся, надо понимать, на разных стадиях подготовки, достигла $27 млрд. Цифры эти, конечно, могут оказаться в значительной мере умозрительными, некой выдачей желаемого за действительное, в особенности с учетом того, что речь идет о российских инвестициях.

Цветущий бизнес

При этом сама по себе либерализация в Узбекистане и впрямь привлекает все большее внимание крупных российских и транснациональных корпоративных структур. К примеру, в ноябре прошлого года совладелец “Трансойла” и (на тот момент) Global Ports Андрей Филатов вошел в проект разработки крупного месторождения “25 лет независимости” и строительства газохимического комплекса в Узбекистане. Бюджет начинания оценивается более чем в $5 млрд. Однако среди этих разнообразных предложений глаз останавливается на очередной, по крайней мере, декларируемой, экспансии российской государственной корпорации “Росатом”.

Еще 7 сентября премьер-министры России и Узбекистана Дмитрий Медведев и Абдулла Арипов на встрече в Москве подписали соглашение о строительстве АЭС. “Росатом” должен будет построить в Узбекистане двухблочную станцию мощностью 1,2 ГВт каждый блок. Стоимость возможной станции не называется, но аналогичная белорусская АЭС, два блока которой должны быть введены в 2019–2020 гг., стоит около $11 млрд. Вот это заграничное расширение “Росатома” с некоторого времени вызывает в международном экспертном сообществе пристальный интерес.

Картинки по запросу Дмитрий Медведев и Абдулла Арипов

Премьер РФ обсудит с премьером Узбекистана сотрудничество в области атома

По крайней мере, потому, что многие годы и более чем в значительной мере финансируется за счет средств российских государственных банков. Неявно звучат два вопроса. Во-первых, не является ли это стратегией вывода денег из российской казны? На фоне грандиозных российских афер с Danske Banka, Deutsche Bank и “молдавской схемой” совокупно почти в треть триллиона долларов такое предположение не звучит излишне конспирологически.

Во-вторых, что будет с амбициозными проектами “Росатома”, если часть или все основные российские госбанки попадут под новые волны американских и не только санкций? Если посмотреть схему зарубежных проектов “Росатома” даже двухлетней давности, уже в ней легко насчитать более $74 млрд, причем до сегодняшнего дня многие сметы ожидаемо выросли. На конец 2016 г. в портфеле зарубежных заказов “Росатома” было 34 блока.

Среди крупнейших проектов госкорпорации за рубежом можно выделить строительство четырех блоков АЭС Эд-Дабаа в Египте (общая мощность — 4,8 ГВт). Москва еще в 2015 г. согласилась выдать Каиру под проект госкредит на $25 млрд, но после подрыва пассажирского самолета “Когалымавиа” над Синайским полуостровом осенью того года переговоры по проекту были заморожены. Лишь в декабре 2017 г. генеральный директор “Росатома” Алексей Лихачев и министр энергетики Египта Мухаммед Шакер в присутствии президентов обеих стран подписали контракт на постройку АЭС Эд-Дабаа.

А теперь, стало быть, сумма приблизительно превышает $100 млрд. И все это — кредиты российских госбанков, средства Фонда национального благосостояния, а то и прямые бюджетные расходы РФ. То есть 66 трлн руб. Для сравнения: запланированные доходы трехлетнего бюджета России составляют чуть более 47 трлн руб.

Для контраста: на недавно завершившемся форуме “Открытые инновации” глава компании “Роснано” Анатолий Чубайс, ранее коллега Сергея Кириенко, а теперь — Алексея Лихачева, признал, что “если быть до конца откровенными, основные задачи, которые страна перед собой ставила в этой сфере 10 лет назад, полностью провалены… Посмотрите стратегию инновационного развития России на 10–20-е годы — вы увидите, что почти все ее показатели не то что далеки от достижения, а мы по некоторым из них поехали не вверх, а вниз… Страна не умеет держать много стратегических приоритетов одновременно. У нее есть такое свойство — она очень москвоцентрична. Она очень централизована”.

То есть если “Росатом” безо всяких инноваций процветает на уровне чуть ли не первейших миллиардеров планеты, то последняя надежда российских “инвестиционных ангелов” — Зеленоградский микроэлектронный завод “Ангстрем-Т” недавно превратился в банкрота и теперь может перейти под контроль кредитора — Внешэкономбанка (который и сам-то де-факто давно является банкротом). Оказывается, завод, конечным владельцем которого (через Кипр, разумеется) является бывший министр связи РФ Леонид Рейман, не может рассчитаться перед госбанком за кредит на 815 млн евро.

Микросхемы и схемы

И здесь вот что примечательно — инновации инновациями, ясно, что в неофеодальной гангстерской РФ они невозможны, но сама-то схема исчезновения кредита госбанка под благовидными предлогами выглядит перспективной и для большого брата “Роснано” — “Росатома”.

ВЭБ открыл кредитную линию заводу “Ангстрем-Т” в 2008 г. на покупку оборудования компании — производителя микропроцессоров AMD и строительство завода микросхем по технологии 130 и 110 нм. Платежи по кредиту должны были начаться в середине 2017 г. Но этого не произошло. По словам Реймана, одна из причин, почему завод не может справиться с долгом, — санкционные ограничения США на поставки технологий двойного назначения. В 2016 г. министерство торговли США ввело санкции против 11 российских предприятий, в том числе “Ангстрем-Т”: их деятельность противоречила интересам национальной безопасности и внешней политики США.

А что если это произойдет с “Росатомом” или его банками?

Здесь надо взглянуть на два обстоятельства. Первое — в чем причина нынешнего иммунитета “Росатома”? И второе — отчего это он вообще столько строит за рубежом? Теперь можно вспомнить, что в конце 2000-х корпорация выбила у государства около $2 млрд на перспективные активы и успела купить канадскую Uranium One с добычей в Казахстане, США и Австралии, а также месторождение Mkuju River в Танзании.

Между тем еще 1 сентября 2015 г. россиянин Вадим Микерин, обвинявшийся в получении откатов от поставщиков оборудования для транспортировки урана, официально признал себя виновным в сговоре с целью отмывания денег. Как явствовало из справки, приложенной к тексту признательного соглашения и подписанной Микериным, с 2004 по 2010 гг. он был директором американского отдела “Техснабэкспорта”, который входит в систему “Росатома”, а с октября 2010 по октябрь 2014 г. — президентом его американской “дочки”, корпорации Tenam.

Микерин, который ведал продажей и транспортировкой в США низкообогащенного урана из снятых с вооружения российских ядерных боеприпасов, обвинялся в получении отката от американских фирм, желавших заключить выгодные контракты с “Техснабэкспортом”. Расследование длилось семь лет и, как сообщают СМИ со ссылкой на источники в следственных органах, еще не закончено. Следователи подозревают, что откаты адресовались не только самому Микерину, но и каким-то московским чиновникам.

Картинки по запросу Вадим Микерин

Россиянин Вадим Микерин признал себя виновным в отмывании денег в США

“Росатом” в то время проводил внутреннее расследование, которое, разумеется, не обнаружило никаких доказательств того, что его топ-менеджеры были замешаны в каких-то нарушениях. Дело это сложное и разветвленное, но стало одним из жупелов кампании Трампа, обвинявшего Клинтон в лоббировании интересов россиян и канадцев. Рано или поздно кто-нибудь может напомнить и вспыльчивому Дональду об этой, как ни крути, подозрительной афере…

Что касается второго обстоятельства, то в самой РФ строить новые атомные энергоблоки крайне невыгодно: потребление электричества в стране практически стагнирует с 2008 г. Поэтому, если не добыть заграничные заказы, распадутся строительные коллективы, останется без работы специальное машиностроение. А поскольку свободных денег у возможных заказчиков (Египет, Финляндия, Узбекистан, Бангладеш, Турция, напомним — всего 36 энергоблоков в 12 странах на $100 млрд с лишним) как бы нет, приходится давать им связанные кредиты.

Большая часть заграничных проектов сейчас оплачивается именно российским бюджетом — госкредитами (Египет, Индия, Венгрия, Беларусь и т. д.), средствами Фонда национального благосостояния (Финляндия), прямыми вливаниями (Турция).

Обосновывать выделение этих средств относительно легко: по сути, речь идет о связанных кредитах, дотирующих экономику РФ, так как большая часть денег возвращается в страну в качестве оплаты услуг отечественных поставщиков и подрядчиков. Но в целом способность Москвы в прежних масштабах отвлекать миллиарды долларов на столь длинные инвестиции вызывает все больше вопросов. Объекты же остаются странам, где они построены, и в дальнейшем роль в них “Росатома” нередко выглядит непонятной.

Так, официально Египет должен вернуть России $25 млрд, за которые она построит атомную электростанцию Эль-Дабаа. Этот кредит выделен под 3% годовых, и египтяне теоретически начнут возвращать его только с 2029 г. Столь же масштабно выглядело строительство в Египте Асуанской ГЭС, которую Советский Союз начал возводить при Никите Хрущеве. Для проведения работ СССР выделил 400 млн полновесных советских рублей, но треть кредита пришлось списать. Причем нынешний российский кредит выделен из… Фонда национального благосостояния (как и $17 млрд — туркам), созданного ради финансирования дефицита Пенсионного фонда. По сути, Путин развивает Египет за счет пенсий россиян и повышения их пенсионного возраста. Да только развивает ли? Не будут ли эти деньги просто украдены подрядчиками? Известно ведь, что тот же “Газпром” давно существует ради доходов своих подрядчиков, а вовсе не акционеров.

Атомное кидалово

Сегодняшний “Росатом” — это наследник Минсредмаша и Минатомэнерго СССР: 400 предприятий, десять АЭС, комплекс ядерного машиностроения, научные и проектные институты, атомный ледокольный флот. От него зависит и производство ядерных боеприпасов. Но РФ вырабатывает электричества впятеро меньше, чем Китай, и вчетверо — нежели Соединенные Штаты. Наивысшее достижение РСФСР в составе Советского Союза по выработке тока — 1990 г., 1,082 млрд кВт·ч. Итог выработки “независимой РФ” в 2017-м — 1,074 млрд. Если повезет, по итогам 2018-го удастся превзойти выработку 28-летней давности. В этих условиях строить новые атомные станции, повторимся, бессмысленно. Им попросту некуда будет девать выработку. Нет тысяч новых промышленных потребителей, электрификация РФ давно застопорилась. Поэтому заявленный главой “Росатома” Кириенко в 2006 г. план по строительству в РФ 26 новых энергоблоков к 2017 г. давно и безнадежно провален. Нет рынка сбыта электричества внутри страны. Сейчас в строительстве всего 12 новых энергоблоков в пределах РФ и только два с 2006 г. построено.

Однако, может быть, за границей “Росатом” идет от триумфа к триумфу? Летом этого года в Бангладеш начали возводить второй энергоблок АЭС Руппур. Но за два года до этого там приключилась примечательная история. О ней тогда написала местная газета The Independent. Привлеченный подрядчик — называлась некая компания “Голденберг”, назначенная СП “Атомстройэкспорт”, — принудительно прекратил функционировать, поскольку в его работе были обнаружены серьезные нарушения. После чего компания сбежала из Бангладеш, не расплатившись с местными субподрядчиками. Или в Венгрии премьер Виктор Орбан продолжает ждать завершения проекта АЭС Пакш. Но, может быть, и кредита в $10 млрд ему вполне достаточно?

Наконец, еще в 2014 г. стало понятно, что в перспективе нескольких лет “Росатом” полностью потеряет украинский рынок, в частности, поставки топлива для крупнейшего за пределами РФ парка АЭС советского дизайна, контракты на строительство топливного завода в Украине и достройку Хмельницкой АЭС, кооперацию с местными поставщиками и пр. При этом, как известно, западные санкции российскую атомную отрасль задели пока лишь по касательной — было ограничено научное сотрудничество, но ни в какие черные списки “Росатом” не попал (по причине, как было показано выше, удачной сделки Uranium One). В свою очередь, Киев пока не может разорвать контракт на поставку российского топлива для АЭС и вынужден даже их оплачивать, пусть и с перебоями, а важнейший для госкорпорации актив — “Энергомашспецсталь” в Краматорске — продолжает работать.

Не на спрятанный ли за пределами России триллион режима Путина, многие фрагменты которого за последние годы уже обнаружены? Возможно ли, что атомная корпорация, бывший босс которой сегодня курирует внутреннюю политику РФ, — просто еще один мощный канал вывода из погруженной в “патриотический” телевизионный гипноз России огромных бюджетных средств?

Деловая столица
Поделитесь.