По-российски вежливые миротворцы Зачем Лукашенко участие в миротворческой миссии на Донбассе, и как реагировать Киеву на предложение Минска?

Зачем Лукашенко миротворчество, как таковое, в принципе, понятно. Вся политика Минска последних лет направлена на то, чтобы занимать пустующие ниши между Западом и Россией, находясь в которых Лукашенко – не Беларусь, а персонально он, оказывается нужен всем.

Не успело стихнуть недовольное эхо, откликнувшееся из Минска на заявление Назарбаева о возможном переносе в Астану переговоров по мирному урегулированию на Донбассе, дабы начать их с чистого листа, сбросив накопившийся груз неудач, как Александр Лукашенко выступил с новой инициативой. Президент Беларуси заявил о готовности принять участие в миротворческой миссии.  При этом, сообщил, что Беларусь способна выставить многочисленный контингент миротворцев, и заверил, что она будет строго придерживаться нейтралитета.  “Я даже говорил обоим президентам, Порошенко и Путину: вы не рассчитывайте на то, что я чей-то буду. Я буду четко выполнять то, о чем вы, два президента, договоритесь: стать между – я стану, договоритесь вывести 10 тыс. вооруженных сил Беларуси – мы поставим их на границе, где вы скажете, – заявил он, общаясь с журналистами 18 февраля, после того, как проголосовал на выборах в местные Советы. – В противном случае с нашего миротворчества толку не будет, если мы займем чью-то позицию”.

Лукашенко также напомнил, что еще в первый год конфликта Беларусь направила свои предложения, как можно его урегулировать. Но, по его словам, чиновники из Брюсселя в то время не приняли их. Суть предложений никто уже не вспомнит, но раз бацька говорит, что были – значит были, и тут важен сам факт.

Заявление Лукашенко, несомненно, примечательно, хотя и порождает вопросы.

Первое: а у него точно есть 10 тысяч миротворцев?  Понятно, что 10 тысяч военных у него найдется, и даже с российским оружием, и с опытом совместных маневров с россиянами. Но миротворчество – это специфическое занятие, тут нужны специально подготовленные люди. Помнится, министр обороны Беларуси Андрей Равков говорил, что подготовленный миротворческий контингент у беларусов – 100 человек, из которых половина – постоянный состав, половина – переменный. Откуда возьмутся ещё 9900? Кто их будет готовить и определять степень готовности? Вопрос далеко не праздный.

Второе. В том, что Лукашенко, допущенный к миротворчеству на Донбассе, не встанет ни на чью сторону, сомнений, разумеется, нет. Лукашенко всегда выступает только на своей стороне – это известно давно.  Иной вопрос, какой образ действий он сочтет выгодным для себя?  И вот тут нет ни малейшей ясности.

Зачем Лукашенко миротворчество, как таковое, в принципе, понятно. Вся политика Минска последних лет направлена на то, чтобы занимать пустующие ниши между Западом и Россией, находясь в которых Лукашенко – не Беларусь, а персонально он, оказывается нужен всем. Настолько сильно нужен, что Запад закрывает глаза на его диктаторский режим и подозрительную близость к России, а Россия – на заигрывание с Западом и поток импортозаместительных продуктов, очень похожих на то, что они, собственно, замещают, но с переклеенными этикетками. Лукашенко достиг совершенства в искусстве извлекать выгоды из положения “меж двух миров”.  Но как он поведет себя в роли миротворца? Кто предложит ему большие выгоды? Притом, речь может пойти о сиюминутных предложениях: быстро воспользовался, расплатился услугой, создал новую реальность и отскочил в сторону. При такой игре с бацькой у России будет слишком много преимуществ. Запад инертен, там все решения принимаются долго. А Москва может разыграть комбинацию почти мгновенно, добиться с помощью беларусов быстрого изменения ситуации в свою пользу и поставить всех перед фактом. Это надо учитывать.

С другой стороны, участие Беларуси могло бы – в теории – стать компромиссом, сдвинувшим процесс ввода миротворцев с мертвой точки. Напомню, что основных препятствий для старта миссии три: Россия не согласна на ввод миротворцев НАТО – раз, и требует, чтобы к переговорам о вводе миротворцев были привлечены донбасские сепаратисты – два. Наконец, третье: Украина считает, что миротворцы должны контролировать весь периметр ОРДЛО, включая участок украино-российской границы, а Россия настаивает только на охране наблюдательной миссии ОБСЕ, в крайнем случае готова согласится на ввод миротворцев по линии разграничения. Украине от миротворчества по-российски никакого толку, а украинский вариант прихлопывает “республики” почти мгновенно, отрезая их от российского снабжения.

По третьему пункту всё весьма сложно. Очевидно, что миссию придется вводить поэтапно, продавливая каждый последующий этап. А вот по двум другим участие Беларуси на первый взгляд открывает некоторые возможности для торга.

Если сегодня речь идет о шведских миротворцах – мол, они нейтральные, не натовские, то появление беларусов, поскольку Беларусь – член ОДБК, позволило бы поставить вопрос о введении также и миротворцев НАТО, для равновесия. В принципе, осторожную заявку такого рода уже сделала зам. министра иностранных по вопросам европейской интеграции Елена Зеркаль.

Далее, в ситуации, когда ни Украина, ни Запад разговаривать с террористами из “ДНР” и “ЛНР” не намерены, поскольку это означало бы признание их стороной конфликта, с крайне неприятными последствиями, которые можно спрогнозировать на примере молдо-приднестровских переговоров,  а Россия настаивает на этом, поскольку в противном случае на свет вылезет, уже совершенно явно, полная управляемость ими из Москвы, эту неприятную миссию тоже мог бы взять на себя Минск. Пусть даже за рамками миротворческой миссии, на этапе её подготовки, но, так или иначе это позволило бы всем сторонам сохранить лицо. Вот вроде бы и не пустили ордловцев за украинско-западный стол переговоров – и в то же время переговорили с ними, а не напрямую с Россией, утрясая детали. Разумеется, Лукашенко записал бы на этом в свою пользу немало очков – но, тут уж ничего не поделаешь, у всего есть своя цена.  Куда важнее запустить миссию, хотя бы на начальном этапе, но в таком виде, который позволял бы в перспективе расширять её полномочия.

Что касается численности миротворцев, как общей, так и доли беларусского контингента, а также техники, которой они будут располагать в ходе проведения миссии то и этот вопрос мог бы быть просчитан. Едва ли беларусы смогли бы выставить 10 тысяч миротворцев. Да и зачем в зоне конфликта десять тысяч беларусов? Но, понятно, что и сотней ограничится не удалось бы.

Словом, предложение Лукашенко выдержано в его обычном стиле: скользко, двусмысленно, с большими рисками для нас. Понятно, что батька шулер и кидала, но играть с ним нам приходится. И, вероятно, можно было бы и сыграть, поторговавшись в своих интересах. Пользуясь тем, что батьке нужно создать миф о себе, отойдя насколько возможно от образа держиморды, а России – сохранить лицо, выдергиваясь из Донбасса,

Можно было бы, если бы не одно неприятное “но”. С учетом степени интеграции российской и беларуской армий, отличить беларуских миротворцев от российских ихтамнетов, переодетых в беларускую форму не представляется возможным. Иными словами, при любых договоренностях, даже если они и будут достигнуты, мы должны априори рассматривать беларусов, как россиян. Кстати – это вполне почтенный предлог для формального отказа: поскольку договора об интеграции России и Беларуси в общее государство никто пока не отменял, формально беларусы могут быть приравнены к россиянам.

Конечно, даже с этой оговоркой участие беларусов не стоит отметать с порога. Переговоры могут быть продолжены. Но масштаб уступок российской стороны и численность миротворцев других стран в сравнении с ненадежными беларусами должны соответствовать рискам. А, поскольку, такой масштаб, очевидно, не устроит уже россиян, исход переговоров будет, скорее всего, отрицательным. Впрочем, батька – мастер неожиданных ходов, и миротворчество ему нужно. Так что нельзя исключать и новых, более приемлемых предложений.  Ждем развития событий.

Сергей Ильченко, специально для "Planeta"
Поделитесь.