Украина может построить армию, чтобы победить Путина Как это сделать?

Путин должен уничтожить такую Украину, которая существует сейчас. Оставить ее неприкосновенной − значит уничтожить его и его амбиции.

Он должен выиграть войну также из-за своих военных преступлений: массовые захоронения, пытки на Донбассе и в Крыму и в Малайзии самолет рейс 17. Все это для него верный путь в Гаагу как военного преступника. Он должен победить, потому что Украина расцветает  как нация, и это показывает его как неудачника. Он должен получить победу, потому что правда уничтожит его и Россию.

Путин должен вторгнуться в Украину. Он еще не готов. Но свидетельства  его подготовки очень острые. Он продолжает бороться и убивать на Донбассе. Он продолжает войну и испытания  нового оружия, людей и методов в Сирии. Он усиливает  группу войск и сил в Крыму. Он усиливает Калининград для блокирования западного подкрепления. Он оставляет военное оборудование в Беларуси. Он продолжает переоснащать  армию, особенно танками и современными технологическими системами . Все это выходит далеко за рамки любых потребностей мирного времени. Он тратит ограниченные национальные ресурсы на военных, а не на удовлетворение потребностей в других местах. Он продолжает готовиться к войне на западе, что означает, что Украина не сможет избежать нападения и сианет главной целью. Министерство обороны России открыто говорит в средствах массовой информации о том, что им нужно еще три года для перевооружения  армии на западе, а именно  танками, и завершение учения. Украина не должна упустить это время.

Что теперь Путин стратегически делает с Украиной? Во-первых, он связал  вооруженные силы Украины в одном месте, из-зачего они медленно теряют боевой дух и боеприпасы. Он хочет создать ощущение  беспомощности. Он играет в политические игры с Западом вокруг Минска и миротворцев, что  отвлекает другие страны от его реальной игры. Другие страны, вероятно,  это понимают, но слишком напуганы политическими и финансовыми последствиями перевооружения для своих стран. К этой угрозе серьезно относятся только Соединенные Штаты, Польша и страна Балтии. Остальные ждут и надеются, что все это уляжется. Даже НАТО работает только потому, что, например, не может предоставить  решение проблемы  военной слабости таких стран, как Болгария.

К сожалению, ожидания не являются действенной военной доктриной. Путин также пытается разделить Запад как политическую группу, уменьшая шансы на политическую поддержку и подкрепление, когда он решит действовать. И в  этом у него есть успехи.

Нынешнее мнение, которое демонстрирует национальное руководство страны словом и делом, о том, что ,  “война идет на Донбассе и она будет идти только на Донбассе”, есть самой опасной политической и военной проблемой для Украины. Путин хочет и нуждается в том, чтобы было так. Европа и Соединенные Штаты хотят и нуждаются в том же. Путин с удовольствием  тратит украинские человеческие ресурсы на Донбассе с обеих сторон, пока он готовит свою армию для большой игры. Недавние российские учения, во время которых самолеты ВКС РФ садилисьi на городские дороги показывают серьезность намерений России, с которыми может сравниться серьезность только некоторых стран  НАТО.  Сепаратисты –это  всего лишь пушечное мясо. Их задача- быть «покупателями времени», пока Россия готовится. Они также являются частью русского стратегемы. Военное руководство Вооруженных силы Украины считает, что они побеждают, потому что они сконцентрированы на очень ограниченных успехах тактической войны.  Они и Министерство Обороны Украины теряют шансы, потому что они не готовятся достаточно быстро к стратегической войне, которая  скорее всего произойдет не на Донбассе и не позволит активировать уже готовые силы.. В результате этого. Эта Украина теряет свои позиции в большей игре, и до тех пор, пока она становится сильнее в статичной войне, но, в целом, Россия движется быстрее и получает стратегическое преимущество

Фиксация войск в одной оборонительной позиции, как требуют Минские договоренности, является неверной, так как это придает противнику стратегическое преимущество. Россия ежедневно пользуется этим фактом. Потеря стратегического преимущества – это крупнейшее поражение любого национального или военного руководства (можно читать любых военных стратегов, все они говорят о том же, что фиксированная оборона идет против военных правил)

Россия может определить, где войска слабы и пройти насквозь или вокруг. Военная позиция Украины на Донбассе находится под критическим риском окружения, которое является типичным стратегическим маневром России. Российские войска практикуют эту тактику регулярно во время упражнений. Окопная война также порождает окопный менталитет среди солдат и штабов, который идет против всех правил войны, если Украина хочет победить. В политическом плане не может быть альтернативы Минску, но он должен быть принят как то, чем он есть на самом деле – стратагемы, направленной на фиксацию Вооруженных Сил Украины на одном месте. В этом России все удалось очень хорошо.

Украинская армия улучшается, но в целом она не является одной из лучших в Европе, поскольку она имеет некоторые критические организационные недостатки. Поставка Украины Джавелин этого не исправит, а может сделать только хуже.

Очень часто удивительную храбрость и незначительные тактические успехи принимают за оперативные и стратегические возможности.

Оперативная возможность – это способность проектировать силу в любое место и выиграть битву. Украина не имеет пока что такой способности. Стратегические возможности имеют четкую национальную цель, которая в свою очередь создает средства для проведения операций там, где они нужны для достижения этой цели.

У украинского правительства пока нет такой логики мышления, как на национальном уровне, так и в рамках Министерства Обороны Украины и у военного персонала. Военные не могут предпринимать активных действий на оперативном уровне, поскольку они не структурированы для этого, и они, конечно, не практикуют это. Однако сегодня Россия практикует операции мобильных батальонных групп. Для  Вооруженных Сил Украины сейчас оставаться в текущей военной позиции является  определенной гарантией поражения, если война станет мобильной, которой она, очевидно, и станет. Армия должна претерпеть  стратегические, оперативные и структурные изменения

Что это значит? Вооруженные Силы Украины очень хорошо делают то, что они делают сейчас, но они не имеют возможности перейти на другой стиль войны, потому что отсутствуют доктрины, оснащение и подготовка к этому. Видение мобильной армии отсутствует на всех уровнях руководства Вооруженных Сил Украины. Армия слаба с точки зрения качества старших командиров и штабов, а также критически слаба в области связи, логистики и медицинских услуг. Существует также мало доверия между войсками и командующими. Существует еще меньше доверие к работе штабов. Их игнорируют активные военные и часто по уважительным причинам. Есть еще несколько подразделений, которые до сих пор не получают запчастей и таких простых вещей, как батареи для фонарей даже после четырех лет войны. Это преступление. Логистическая система существует, но не имеет устойчивости и запаса прочности для обеспечения поддержки подвижных войск. Она будет полностью перегружена, если возникнет необходимость поддержки двух или более фронтов.

Примером может служить обеспечение продовольствием, которое поставляется на текущую фронтовую линию по контракту и эта система не сможет выдержать такую операцию, как Иловайск или Дебальцево, если она продлится две-три недели. Войска будут голодать. Штабы секторов являются слабыми в любых аспектах, и, будучи статическими, они развили менталитет “ждать, наблюдать и ничего не делать” или “наблюдать, докладывать, без приказа огонь не открывать”.

Эта идеология вообще не приспособлена ни к какой будущей войны.

Штабы должны быть активными и контролировать оперативную битву в любой момент. Штаб АТО такой же нелепый и, таким образом, еще более опасный для нации. Надеюсь, что новый командующий перетрусит это все.

Что делать?

Во-первых, необходимо приказать войскам стать активными, так как пассивность уничтожает боевой дух. Необходимо создать новый пакет стратегических приказов, который будет побуждать подразделения к круглосуточному доминирование над пространством перед ними. Поощряйте их уничтожать любое запрещенное Минском вооружение, не находится в зонах хранения и уничтожать любые российские подразделения, которые нападут на них в пределах зоны их ответственности. Доминируйте ночью. Перерабатывайте системы управления, связи и артиллерию, чтобы стать супербыстрыми, отвечая точно, когда враг атакует. Самооборона является высшим юридическим правом, доступным для любой страны, поэтому активная оборона есть юридическим правом каждого солдата. Дайте общие приказы о том, что после каждого российского нападения должна быть сильная контратака в месте нападения или в другом месте на фронте. Враг везде один и тот же, поэтому защита не может быть ограничена географически. Захватывайте новые территории и создавайте новые передовые позиции. Убедитесь, что военные инженеры готовы к таким действиям. Двигайтесь небольшими шагами и наказывайте любую российскую агрессию. Сейчас от текущей ситуации выгоду получает только Россия.

Предоставьте приказ на подготовку ВМС Украины к затоплению всего Черноморского флота в Севастополе, уничтожение российских танкеров в украинских водах и уничтожения Керченского моста любыми комбинированными средствами. К выполнению может никогда не прийти, но подготовка и обучение необходимы для поддержания морали. Подготовьте морскую пехоту, чтобы защитить от вторжения с моря Одессу и Мариуполь. Им нужны четкие военные задачи по подготовке, чтобы поддержать их мораль до тех пор, как будет решен вопрос с расквартирования. ВМС Украины нуждаются в повышении уровня путем привлечения и подготовки.

ВВС должны регулярно тренироваться вместе с сухопутными бригадами. Каждая бригада должна иметь средства связи с самолетами ВВС и персонал для сотрудничества с ВВС.

Убедитесь, что все бригады готовят планы обороны в случае отступления и ведения боя в других районах боевых действий. Бригады должны научиться делать это как единое подразделение и не требуя детальных приказов из сектора. Но новые районы боевых действий и планы должны быть разработаны и бригады должны регулярно тренироваться за ними, включая командиров секторов и штабы. Все командиры должны знать, что делать в чрезвычайных ситуациях, если они должны наступать, отступать или перейти к совершенно новому месту при чрезвычайных обстоятельствах. Планы логистики должны быть подготовлены, чтобы поддерживать динамичный бой, а не просто стабильное состояние траншейной войны.

Генеральный штаб опасно слаб и имеет ограниченное военное мышление, понимание и воображение. Они абсолютно застряли в советском прошлом, в частности в вопросах того, как командовать и организовывать оперативные структуры и проводить обучение (я вижу это на каждом заседании Офиса Реформ). Они не понимают современные технологии и то, что они могут сделать для войска. Даже гражданские волонтеры больше понимают современное поле боя, чем они. У них почти нет настоящих военных экспертов.

Структурные изменения

Мобильное поле боя требует мобильных штабов. Сектора и штабы АТО статичны и, следовательно, являются целями высокого приоритета для российского удара. Штабы секторов должны выйти из своих текущих местоположений на местах и стать мобильными штабами на колесах. Они должны менять позиции каждую неделю. Начальниками сектора должны быть только те офицеры, которые успешно командовали бригадой. Их следует оставить на командовании до победы или пока они не будут продвинуты по службе. Персонал штабов секторов должен быть изменен на молодых офицеров (капитанов и майоров) и командиров с батальонного уровня с опытом боевых действий. Реорганизуйте сектора как дивизии.

Штаб АТО также должен стать полностью мобильным и должен перемещаться каждые 2-3 недели на новое место. Командиром АТО должен всегда быть тот, кто успешно командовал бригадой и сектором. Его следует оставить командовать до тех пор, пока он не достигнет успеха либо не окажется непригодным. Командиры любого уровня не должны назначаться, если они не командовали войсками в бою. Персонал штаба АТО должен быть изменен на молодых активных офицеров (майоров и подполковников) с боевым опытом и лучших офицеров, которые сейчас находятся в штате тыловых штабов или даже тех, кто уволился раньше. Сделайте штаб АТО действительно объединенным штабом Сухопутных войск, Военно-воздушных сил, флота, СБУ и Национальной Гвардии. Штаб АТО следует назвать штабом Корпуса.

Текущая практика комплектования штаба АТО с тыловых штабов несовершенна, поскольку создает две армии: боевую армию Восточного фронта и штабную армию Муженко. Они не разделяют одинаковых этических или ценностных основ. Я слышу это от военных каждый день. Это опасно для страны, поскольку эта ситуация эксплуатируется Путиным и ее нужно срочно менять.

Текущая система боевой логистики не была должным образом реформирована. Существующая система территориальной обороны находится в таком состоянии, что большая часть бригадной поддержки была снята и не была заменена на другое. Особенно это касается таких вещей, как продовольственная система, топливо и боеприпасы, медицинское обслуживание на передовой. Текущая система не может поддерживать мобильную битву ни в каком виде. Вы не можете должным образом материально поддерживать бой из штаба в 400 км. Это так не работает. Оперативное, материально-техническое обеспечение и планирование должны быть близкими к полю боя и под управлением командира, который отвечает за боевые действия. Это общий военный принцип. Должна быть соответствующая должность заместителя командующего АТО по логистике, с должным логистическим штабом и персоналом, созданным в Днепре для поддержки зоны боевых действий.

Командир, отвечающий за материально-техническое обеспечение должно иметь управление над всеми боеприпасами, логистическим транспортом и запасными частями, медицинскими, ремонтными подразделениями и подразделениями военной полиции Корпуса и всех запасов в зоне боевых действий или вблизи нее. Он должен иметь четкие распоряжения и полномочия поставлять и поддерживать военные силы и иметь право требовать немедленной покупки и поставки критических запасов, не проходя через ГШ и МОУ. Каждый сектор должен иметь надлежащую логистическую организацию для поддержки бригад. Следует попросить США создать курсы логистического офицера в Украине и, чтобы все батальоны и бригады имели кого-то, кто их прошел.

Объединенный штаб в Министерстве Обороны должен быть как можно быстрее реорганизован в надлежащее формата боевого штаба по лучшим Стратегическим командующим. Он должен иметь полное разрешение Президента на ведение войны. Этот человек не должен подчиняться Генеральному штабу, а только руководству государства. Он должен вести войну все время, а не когда есть время как сейчас НГШ. НГШ, в свою очередь, должен консультировать и обеспечивать общий надзор, а не воевать. Объединенный штаб должен стать центром планирования и ведения боевых действий 24/7, и эта роль должна быть полностью отстранена от ГШ. Объединенный штаб должен быть укомплектован зрелыми офицерами и людьми, которые воевали в зоне АТО, а также, получивших ранения или вышли на пенсию, и которые понимают боевые действия полностью. Этот штаб должен быть надлежащим образом объединен с офицерами ВВС, УСН, Национальной Гвардией, СБУ и офицерами ВМС, а не только Сухопутными войсками, и должен быть координационным центром всех разведывательных данных, поступающих в и из района боевых действий.

Привлечение Генерального Штаба к операциям на Донбассе не оставляет им времени для выполнения их должной роли формирования войск и развития их возможностей. Иначе говоря, они пренебрегают завтрашним днем для получения краткосрочной выгоды сегодня. Генеральный Штаб должен сосредоточиться на планировании будущего развития войска и долгосрочной стратегии на будущее. Их следует заставить правильно использовать бюджет и оптимизировать расходы, особенно ненужный персонал. Они должны иметь строгие бюджетные ограничения, и их планы должны рассматриваться ежегодно Президентом и обсуждаться в Парламенте. Иначе говоря, их задача должна быть в совершенствовании военной системы для последующей битвы, а не вмешательство в нынешнюю.

Необходимо создать и научить мобильный резерв командующего корпуса минимум в размере бригады, размещенной в Днепре.

Следует рассмотреть возможность создания аэромобильного пехотного батальона быстрого реагирования с противотанковым резервом на основе имеющихся вертолетов как национального стратегического резерва. Это нужно для выигрыша времени в случае внезапной атаки или неожиданного прорыва.

Добровольные резервные подразделения должны быть созданы, оборудованы и обучены как единые подразделения, а не на основе индивидуального резерва, как это есть сегодня. Этот индивидуальный метод был дискредитирован много лет назад на уроках войн во многих странах. Это так не работает. Индивидуальные резервы редко могут вписываться в действующие боевые подразделения, если они не служили в этом подразделении в течение последних 1-2 лет. Добавленные к новым подразделений, они нуждаются в 3-4 годах  тренировки, чтобы быть в полной мере боеспособными. Резервисты, которые в большом количестве присоединяются к подразделению, делают его слабее, а не сильнее, поскольку им требуется дополнительное время тренировки, чтобы помочь им освоить особенности методов управления и культуры подразделения. Грузинская армия пыталась это сделать и проиграла. “То, чему ты не научишься во время мира, не сработает во время войны”.

Подразделения в районе боевых действий должны быть реконструированы таким образом, чтобы все бригады были сбалансированы с собственным штабом, запасным штабом и подразделением связи, включая связь с ВВС, три-четыре боевые батальоны с 350-550 человек инженерную службу, артиллерию (включая БПЛА), ПВО, собственную логистическую поддержку и военную полицию. Убедитесь, что бригады полностью укомплектованы на передовой и остаются таковыми, а потом только осуществляйте ротацию целой бригады в зону боевых действий и из нее.

Необходимо разместить национальный резерв в размере двух бригад под Киевом.

Все части в Вооруженных Силах Украины, которые сегодня не используются на передовой, должны быть превращены в боевые подразделения или подразделения боевой поддержки. Все подразделения, которые не являются жизненно важными, должны быть переформатированы преимущественно за счет резервов и срочников, а контрактники переподготовленных для службы в боевых подразделениях.

Все батальонные и бригадные подразделения должны иметь подготовленный штат разведки и правильную командную организацию J2, от штабов подразделений в Министерство обороны включительно. Прохождение разведывательных данных должно быть двусторонним процессом, а не односторонним как сейчас.

Системные изменения

Система поддержки Вооруженных Сил Украины, которая обеспечивает персонал и обучение, не изменилась настолько, насколько это необходимо. Вопрос “Почему это так” является вопросом и темой другого документа. Но пока мышления в штабах остается советским, никогда не будет необходимых фундаментальных изменений.

Основное необходимое изменение системы – это изменение лидерства. Советский менталитет требует контроля и наказания виновных. Это нужно заменить делегированием, мотивацией и вознаграждением. Система, базирующаяся на применении власти, является устаревшим похмельем советской эпохи и не подходит для новой современной Украины. Это убивает Вооруженные Силы Украины. Офицеры, которые полагаются на применение власти и контроль, должны быть отстранены, потому что они никогда не будут иметь интеллектуальной ловкости или мудрости, чтобы обучать войска и воевать в динамической войне.

После трехлетней поддержки Соединенных Штатов и Великобритании для развития боеспособности, все еще остается серьезная проблема стандартизации процедур, тренировок и тактики персонала. Это особенно важно для любых будущих мобильных боев, потому что все батальонные и младшие командиры должны иметь общую основу мышления для успешных операций. Эта система еще отсутствует, и, видимо, было немного попыток ее на самом деле создать. Советников просто не просили помочь его создать. В военных учебных заведениях преподаются советские боевые практики.

Сейчас в армии существует большой некомплект офицеров. Молодые люди без опыта и с сомнительным образованием берут на себя командование ротами или даже выше (заместитель командира батальона, командир батальона и т.д.). Система набора, продвижения и обучения не изменилась, чтобы удовлетворить реальную потребность в лидерах. В то же время качественные офицеры увольняются без всякого поощрения их остаться в Вооруженных Силах. Один советник даже вспомнил пример, когда офицер стал командиром батальона на второй год после окончания учебы, без боевого опыта. Это преступление, и кто-то должен сесть в тюрьму за это. Все курсы профессиональных офицеров должны быть сокращены до 8 месяцев боевой подготовки на местах, чтобы как можно быстрее набрать молодых офицеров в боевые подразделения, используя модель JROTC / ROTC. Академии должны быть закрыты, а средства перенаправлены. Учебные команды США и Великобритании должны быть использованы для подготовки всех молодых офицеров и командиров рот. Некоторые лучшие офицеры должны быть возвращены с фронта на непродолжительные периоды, чтобы присоединиться к тренировочным группам, а также для лекций курсантам.

Мобилизация должна быть переосмыслена. Нужно, чтобы она стала гораздо более согласованным процессом. Текущая советская система не работает. Набор должен вестись в бригады и батальоны, а не только в Вооруженные Силы в целом. Руководство бригад должно оставаться неизменным, но каждая ротация должна приводить свежих молодых солдат и младших офицеров. Бригады должны осуществлять ротацию внутри Корпуса и национального резерва, чтобы они могли тренироваться для мобильных операций и согласно высшим стандартам. Бригады должны сохраняться  как целостные боевые единицы.

Не должно быть разницы между военными подразделениями Вооруженных Сил, добровольцев, полиции и Национальной Гвардии с точки зрения подготовки и боевых стандартов. Гибкость нужна с точки зрения использования персонала. Пока война не выиграна, все должны доктринально просто иметь один стандарт. Командиры из разных сил обороны должны регулярно перемещаться в другие подразделения, чтобы получить лучший опыт. Большую часть Национальной Гвардии следует отнести к боевым подразделениям. (Слишком много стоят целый день, не делая ничего полезного).

Должны быть выбраны лучшие командиры, чтобы возглавить подразделения, независимо от того, кто они. Удалите командиров бригад и батальонов, которые не имеют боевого духа или были замечены в неэтичном или преступном поведении.

Проведите аудит сил и снимите или резко уменьшите штабы, подразделения и военнослужащих, которые не принимают участия в бою, готовятся к бою, или отдыхают после боя. Неиспользованный персонал съедает средства. Переведите деньги в другое место, ведь вам нужна каждая копейка. Будьте безжалостными по сокращению расходов.

Убедитесь, что все сферы деятельности руководствуются командующими, а не штабами. Измените номенклатуру согласно западных обозначений. Называйте кого-то не “начальником ВМС”, а “Командующим флотом” и дайте ему / ей бюджет и полномочия действовать, командиры не должны полагаться на указания Генерального штаба. Такая же логика касается и Командующего Вооруженных Сил, который должен иметь полномочия и задачи вести армию в бой.  Если он не в состоянии это делать, снимите его. Дайте им бюджет и ответственность за привлечение, подготовку и поддержку войска на местах. Генеральный штаб убивает Вооруженные Силы и ваше национальное будущее. Они не изменились и радикально не улучшились, как было с начала войны, поэтому замените их на младших офицеров и более активных молодых гражданских служащих. Они имели шанс и не использовали его. Будьте безжалостными в этих вещах – ваше национальное выживание зависит от этого.

Разделите должность начальника штаба Муженко на три отдельные должности – начальника сил обороны, начальник Генерального штаба и начальника операций (в объединенном штабе). Ни один человек не может одновременно выполнять все три задачи должным образом, и Муженко не должен это делать. Это слишком много для одного мозга и стратегически опасно для нации.

kyivpost.com
Поделитесь.