Le Monde: Европа в борьбе Брекзитеры проиграли сердца и умы

Европу либо любят, либо выходят из нее. В 2018 году очевидно, что больше никто не хочет из нее выходить. Куда же делся евроскептицизм?

И снова появился Найджел Фараж! Мало того, что он погрузил свою страну в хаос, инициируя бунт против Евросоюза 20 лет назад, экс-лидер британской националистической партии ПНСК сегодня, забывая всякий стыд, высказывается в пользу второго референдума по “Брекзиту”: сторонники сохранения Великобритании в ЕС, поясняет он, стараются изменить общественное мнение и даже угрожают разрушить результат референдума июня 2016 года голосованием в парламенте.

В этом новом перле смутьяна, привлекающего медийное внимание, интересно косвенное признание того, что брекзитеры проиграли битву “за сердца и умы”, если подхватить выражение американских военных стратегов.

В реальности Европа существует и борется. После нескольких беспокойных лет она заставила признать себя не только Фаража и его друзей-брекзитеров, но и националистов, популистов и евроскептиков всех мастей, которые всплыли на поверхность в 2014 году во время бурного электорального негодования. Они сверхосторожны, и им уже совсем не хочется выходить из Евросоюза.

Такой урок извлекли те, кому не удалось прийти к власти, используя это негодование. Марин Ле Пен, к примеру, осознала одну из причин своего фиаско 2017 года: неподготовленность к вопросу о выходе из еврозоны дискредитировала ее настолько, что “Национальный фронт” в конце концов отказался от подобной идеи.

Что касается евроскептиков, находящихся у власти, то их преданность Европе не менее поразительна. Самый давний из них – венгерский премьер-министр Виктор Орбан, прославился умением провоцировать Брюссель, не проходя через точку невозврата. Но чем стала бы маленькая Венгрия вне Евросоюза? Могла бы она так свободно заигрывать с русским медведем, не страшась опасности?

Австриец Себастьян Курц сам не является евроскептиком, но недавно сформировал коалиционное правительство с крайне правыми министрами, откровенно враждебными к ЕС. В ноябре 2017 года он одной фразой отмел все тревожные вопросы нашего корреспондента в Вене: “Моя партия пользуется большим превосходством, мы проевропейцы, это должно вас порадовать”.

Другая интересная фигура – чешский премьер Андрей Бабич, который утверждает, что его единственная идеология – “прагматизм” и который не представляет, как в его страну могут въезжать другие иммигранты, кроме украинцев. При этом он горячо протестует, если вы поставите под сомнение его преданность Евросоюзу.

Более сложный случай с Польшей, затронутой судебной процедурой Еврокомиссии за нарушение принципов правового государства. Какое бы отвращение ни вызывало поведение Брюсселя у руководителей правящей националистической партии “Право и справедливость”, они не могут игнорировать тот факт, что 88% поляков поддерживают вступление в ЕС. Им также приходится считаться с важнейшей ролью, которую сыграли европейские капиталовложения для преобразования польской экономики.

Европу любят или покидают? В последнее время явно не покидают, но это не значит, что ее обязательно любят: таков новый вызов для Евросоюза. Бунтовщики остаются и будут пытаться изменить ее изнутри. Но кто сказал, что в Старом Свете можно соскучиться?

Le Monde
Поделитесь.