Конечно, Трампа могли и убить, но ведь не убили. Зато его шансы на победу резко возросли. Поистине, то, что нас не убьёт, много раз пожалеет об этом.
Вечером 13 июля, в 18.11 по местному времени, через шесть минут после начала выступления в округе Батлер, штат Пенсильвания, по Дональду Трампу открыли огонь из винтовки AR-15 с крыши близлежащего здания, с дистанции примерно 130 метров. Стрелок сделал девять выстрелов, но промазал. Погиб один из зрителей, стоявший рядом с трибуной, еще двое были тяжело ранены, а Трампа достала только одна пуля, прострелив ему верхнюю часть правого уха. После этого стрелка убил снайпер Федеральной Секретной Службы (USSS), обеспечивающей охрану политиков, включая экс-президента Трампа.
Странные обстоятельства покушения
Непонятно, почему USSS не взяла под контроль здание, крыша которого была идеальным местом для огневой точки. Более того, несколько человек видели как некто с винтовкой взбирается на крышу, и сообщили об этом, но агенты USSS не придали этому значения. После начала стрельбы действия USSS также были хаотичны и плохо продуманы. Будь у стрелка подготовка на уровне, к примеру, Ли Харви Освальда, республиканцам на сьезде в Милуоки, который откроется 15 июля, пришлось бы выдвигать другого кандидата. А теперь кандидатом уже с полной гарантией выдвинут Трампа, с простреленным ухом и ещё не названным кандидатом в вице-президенты.
Стрелявший, 20-летний Томас Мэтью Крукс, белый, родом из Бетел-Парка в Пенсильвании, города примерно в 70 км от Батлера, ничем особенным не выделялся. Разве что тем, что будучи зарегистрирован как избиратель-республиканец, пожертвовал $15 комитету прогрессивных политических действий – структуре, организованной демократами. Дело было 20 января 2021 года, в день приведения к присяге президента Байдена.
В сети появилась видеозапись, сделанная Круксом перед покушением. “Я Томас Мэтью Крукс. Я ненавижу республиканцев. Я ненавижу Трампа. И знаете, что? Вы нарвались не на того парня”, – записал Крукс, и отправился на крышу. Если он мог адекватно оценить ситуацию, то понимал, что его шансы выжить – минимальны, а выжить и скрыться – и того меньше.
![](https://planeta.press/wp-content/uploads/2024/07/tomas-metyu-kruks-1024x649.jpg)
По официальной версии, Крукс действовал в одиночку. Вероятно, так и было, но кто-то внушил ему мысль о покушении на Трампа, а охрана USSS создала благоприятные условия для выхода Крукса на огневой рубеж. Было ли это цепочкой случайностей, или элементами плана по устранению Трампа, мы не знаем, и, вероятно, не узнаем никогда, как не знаем деталей других покушений на американских президентов. Такие покушения в США всегда совершают одиночки, которые подозрительно одиноки.
Круксу нужно было не промахнуться, стреляя с удобной позиции, со 130 метров, при прицельной дальности AR-15 в 400, и хотя бы раз попасть Трампу в голову. Но Крукс промахнулся, и карты оказались розданы по-новому.
Очевидные последствия
Версия о том, что покушение организовано самим Трампом для поднятия популярности, уже гуляет по Сети, но не выдерживает критики. Все играли всерьёз: стрелок был, по сути, смертником, в толпе есть убитый и раненые, а пуля прошла рядом с головой Трампа. Экс-президенту просто повезло: он удачно повернул голову вправо, благодаря чему и остался жив. После провала Байдена на дебатах с Трампом, и его многочисленных публичных говорок, которые всегда толковались как неспособность выполнять свои обязанности в силу возрастных изменений, покушение на Трампа придало его фигуре ещё больше яркости. И Трамп ушёл в электоральный отрыв, о чём, буквально в один голос, говорят сейчас все комментаторы-республиканцы, а комментаторы-демократы отмалчиваются.
Единственный шанс демократов вернуть себе инициативу –заменить Байдена, выдвинув на национальном съезде, который пройдёт в Чикаго с 19 по 22 августа, другого кандидата. Замены Байдену пока не видно, сам он отказывается уходить, но до съезда ещё месяц, а идея сменить кандидата обретает в рядах Демократической партии всё большее число сторонников. При удачно выбраной фигуре это могло бы сработать. Вот только найти такую фигуру: выигрышную в глазах колеблющихся избирателей, устраивающую базовый электорат демократов, и приемлемую как компромисс для большей части спонсоров партии, притом, в короткий срок, представляется делом невероятным. А значит, в 2025 году в Белый дом придет Трамп. Впрочем, нынешние выборы в США полны сюрпризов, и давать твердые прогнозы было бы крайне опрометчиво. Всякое может случится. Например?
Есть ли у вас план?
Трамп получил преимущество, а заменить Байдена, пока тот жив, крайне сложно. Что с этим можно сделать?
В США выборы любого уровня – во-первых, выборы бизнес-плана: как собрать в бюджет деньги, и на что их потратить. Вторым пунктом идет план разумного ограничения прав и свобод граждан, не позволяющий им разнести страну в куски, но и не превращающий её в тюрьму. На этом всё, остальное – декорации.
США – большие, сложно устроенные и неоднородные. По сути, это конфедерация из 50 независимых государств, на которую, в ходе Гражданской войны, натянули шкуру федерации, не дающую им разбежаться. Но под шкурой они всё равно конфедерация, а шкура тесная, и чем дальше, тем больше. Помимо противоречивых интересов 50 штатов под ней борются за выживание и корпоративные игроки, чьи ресурсы, как минимум, не уступают ресурсам штатов, а то и превосходят их.
В силу определенных ограничений, сознательно заложенных отцами-основателями в Конституцию США, соперничающих партий первого ряда, с шансами провести своего кандидата в Белый дом, обычно две. Прямого запрета на третью партию нет, и она возникает временами, в периоды кризисов, чаще всего, как продукт раскола одной из ведущих партий. После чего, в долговременной перспективе выживают только две партии, среди которых может быть и новая, утопившая одну из старых, а может и не быть. В эти две партии на федеральном уровне должно уместиться всё Великое Американское Разнообразие.
Как следствие, мы получаем на президентских выборах двух суперкомпромиссных кандидатов, способных последовательно проводить в жизнь очень ограниченное количество базовых программ. Сегодня это проблема мигрантов, распределения социальных бюджетов, схема налогообложения и отношение к абортам, которое на самом деле – только верхушка айсберга социально-экономических проблем.
Когда Великое Американское Разнообразие было проще, проще было и договориться о кандидате от каждой из партий. Потом всё стало усложняться, и поиск компромисса стал сложнее. Тем не менее, примерно лет двести с момента основания США партии были способны выдвигать политиков, заточенных на достижение определенного списка целей. Затем, в связи с усложнением внутрипартийных компромиссов, задача каждого из кандидатов свелась к поддержанию статус-кво в интересах выдвинувшей его партии. Это означало кризис американской политической системы, который мы сейчас и наблюдаем – кризис роста и перехода в новое социальное состояние, от капитализма в посткап.
Каким сегодня может быть суперкомпромиссный кандидат от любой из партий? Возможны только два варианта. Первый: популист, сплотивший вокруг себя агрессивное меньшинство и подмявший им большинство внутри партии. Это Дональд Трамп – бунтарь, презирающий законы, тонущие в адвокатской эквилибристике. При этом Трамп тоже ищет компромисс: при всей своей внешней безапеляционности он готов развернуться в любом направлении, которое позволит вывести США из нынешнего пата, и лихорадочно ищет его. По этой причине он слабо предсказуем, и это многих пугает. К тому же он и по характеру склонен к риску. Неудачное покушение придало Трампу сильнейший электоральный импульс, и он получил преимущество над Байденом – вторым из двух возможных вариантов современного внутрипартийного компромисса.
Байден – суперсистемная фигура, которая будет играть строго в рамках договоренностей, не отступая от них ни на йоту, и замораживая любые изменения. Такая фигура не про развитие, а про сохранение шаткого и ветшающего статус-кво. Развитие в этом случае уходит под спуд, на уровень штатов и корпоративных игроков, что мы сейчас в США и наблюдаем, и будет размывать пат оттуда. Подобрать Байдену на замену столь же надежно-статичную, компромиссную фигуру очень сложно. Как следствие, при де-юре живом Байдене никто не сможет добиться его ухода. Корпоративный эгоизм неизбежно заморозит ситуацию.
Между двумя этими кандидатами мечется колеблющийся избиратель, не видящий пока своих интересов ни в одной из двух предлагаемых программ. Он понимает, что перемены нужны, и не хочет ещё четырех лет байденовской заморозки, но непредсказуемость Трампа его пугает. Естественно, это воспринимается им не только на логическом, но и на эмоциональном уровне. И эмоциональная встряска, полученная таким избирателем при чтении новостей о покушении, уже дала Трампу преимущество. Избирателю наглядно показали, что замораживать ситуацию больше нельзя.
Байден в таком раскладе, несомненно, проиграет. Демократы могут парировать одним способом: оперативно найти в своих рядах собственного “Супертрампа”, готового оседлать демократическую программу, и предложить свой вариант радикальных перемен, приемлемый для базового электората партии. Политтехнологически такую фигуру можно сконструировать даже за оставшийся до съезда месяц, и раскрутить её до ноября, но….живого Байдена на уровне Демпартии подвинуть невозможно. Вывод простой: если не получилось с Трампом, нужно пробовать с Байденом, надеясь на то, что на сей раз стрелок не промахнется. Тогда демократы получат на выборах шанс. Если же Байдена не заменят, выборы останутся за Трампом, и это уже предрешено.
Источник: Сергей Ильченко, «Деловая столица».